— Я верю в тебя, Мстислав. Семья Оболенских в надёжных руках.
С этими словами он покинул зал.
Как только дверь за ним закрылась, Мстислав обессиленно опустился на кресло — то самое, что символизировало власть главы Дома. Он глубоко вздохнул и вытер со лба проступивший пот. Напряжение последних минут дало о себе знать: мышцы ныли, в висках стучала кровь.
«Два часа… — подумал он, глядя на голографический таймер, отсчитывающий секунды. — За это время многое может измениться. Но я не отступлю. Дом должен быть единым — и я стану тем, кто его объединит».
Мстислав закрыл глаза и попытался расслабиться.
«Всё или ничего, — мысленно повторил он. — Либо Великий Дом Оболенских станет опорой новой Империи, либо падёт под натиском Валуа. Третьего не дано».
Он открыл глаза, взглянул на дисплеи с оставшимися данными от Ратибора и твёрдо произнёс вслух:
— Империя возродится. И Великий Дом Оболенских будет в её сердце.
Два часа пролетели как один миг. Мстислав продолжал сидеть в большом зале для совещаний в кресле главы Дома. Он ждал — ждал, пока его дяди проверяли информацию. К моменту, когда двери зала открылись, его нервы снова были на пределе.
Он встал с кресла и посмотрел на входящих. Сначала появился отец, следом — мать и сёстры. За ними шёл князь Александр со своей семьёй, а за ним — семья князя Ярослава, возглавляемая самим Ярославом.
Мстислав вздрогнул. Это был совет семьи в полном составе, хотя он его не собирал. «Хорошо, может, так даже и лучше, — мелькнула мысль в его голове. — Сейчас мы поставим все точки в наших отношениях».
Мстислав продолжал стоять, пока семья подходила к столу, но никто не садился. Все стояли и смотрели на молодого князя — кто с надеждой, кто с настороженностью, кто с искренним уважением. В воздухе витало напряжение, смешанное с ожиданием.
Вперёд вышли Александр и Ярослав.
— Мы проверили часть информации, — начал говорить Александр. — Всё оказалось правдой. Среди агентов Валуа — люди, которым мы доверяли годами. Они саботировали наши решения, передавали данные о наших ресурсах…
— И что теперь вы на это скажете? — не удержался Мстислав и перебил князя Александра. Его голос прозвучал резче, чем он планировал, но он не стал извиняться.
— Мы признаём тебя главой Великого Дома Оболенских и вверяем судьбу всей нашей семьи в твои руки, — твёрдо произнёс Александр.
Александр и Ярослав склонили головы. То же самое проделала вся собравшаяся семья — мужчины, женщины, даже подростки. По залу прокатился шёпот одобрения.
— Мы ждём приказаний, мой князь, — не поднимая головы, произнёс Ярослав.
— Я рад, что наша семья наконец‑то стала единой, — спокойным голосом начал говорить Мстислав. Он сделал паузу, давая словам осесть в сознании каждого. — Прошу вас, присаживайтесь. Нам необходимо многое обсудить.
Мстислав опустился в кресло. Его ноги дрожали, как и руки, — нервы были на пределе. Он покрепче взялся за подлокотники, чтобы семья не видела его нервного напряжения. Но в душе он ликовал: впервые за долгие годы Дом был един, а он — его признанный лидер.
Князья вернулись к столу, и вся семья Оболенских стала рассаживаться вокруг.
Глава Великого Дома Оболенских обвёл всех взглядом, подождал, пока все устроятся, и заговорил. Теперь голос Мстислава звучал уверенно, в нём были нотки стали и властности, которых раньше никто не слышал:
— Князь Ярослав, так как вы являетесь главой разведки, прошу вас сформировать отряды верных нам людей и начать аресты всех предателей нашего Дома. Действуйте быстро, но аккуратно — нам не нужны жертвы среди невиновных.
— Будет исполнено, мой князь. Я уже начал зачистки ближайшего окружения — тех, кто находится непосредственно в нашей цитадели, — тут же ответил Ярослав. В его глазах читалась решимость.
Мстислав кивнул и посмотрел на Александра:
— Князь Александр, вы, как глава охраны семьи, должны усилить нашу защиту. Ни один член семьи не должен пострадать, пока князь Ярослав проводит зачистки внутри цитадели. Организуйте дополнительные патрули и обеспечьте безопасность жилых секторов.
— Я уже предпринял меры, мой князь. Отряды верных нам штурмовиков выставили дополнительные посты и помогают с арестами штурмовикам князя Ярослава. Сегодня зачистка цитадели будет закончена, и семья будет полностью в безопасности, — ответил дядя Мстислава.
— Хорошо. Это радует, что вы своевременно позаботились о защите семьи, — сказал Мстислав и перевёл взгляд на отца. — Князь Владимир, вам я поручаю изъять все активы у людей Валуа. Проведите аресты. Наладьте управление верфями, добывающими предприятиями и предприятиями по производству продуктов под нашим контролем. Привлекайте нашу семью. Пусть молодые начнут работать в полную силу и приносить пользу нашему Дому, как это было раньше.
— Будет исполнено, мой князь. Я сегодня же начну заниматься этим вопросом, — произнёс отец Мстислава с гордостью в голосе. Он впервые видел сына таким уверенным и властным.
— Хорошо, — Мстислав сделал паузу, обводя взглядом собравшихся. — Теперь я хочу, чтобы семья утвердила договор о протекторате с князем Ратибором Медведевым. Но перед этим внимательно ознакомьтесь с небольшим дополнением, которое является самым важным в этом договоре. В нём обозначено, какое место займёт Великий Дом Оболенских в новой Империи.
На столе поднялись небольшие дисплеи перед каждым членом семьи. Теперь все могли спокойно изучить договор и проголосовать.
Никто не спорил, не задавал вопросов. Члены семьи молча изучали документ. По мере чтения на лицах появлялись улыбки — дополнение гарантировало Великому Дому Оболенских место в Высшем Совете Империи и право голоса в ключевых решениях.
Через несколько минут князь Александр поднял голову:
— Договор утверждён единогласно, мой князь. Великий Дом Оболенских присоединяется к Империи и признаёт князя Ратибора Медведева своим императором.
По залу прокатилась волна одобрительных возгласов. Мстислав почувствовал, как тяжесть, давившая на плечи, наконец‑то уходит.
— Благодарю вас, — произнёс он, вставая. — Вместе мы построим Дом сильнее прежнего. Империя возродится, и Великий Дом Оболенских будет в её сердце.
Глава 17
Звёздная система «Янтарный Утёс». Корабль-матка «Стальная Берлога».
Я открыл глаза и взял чашку кофе со стола, в которую андроид уже успел налить свежий кофе.
— Итак, друзья, — сделав пару глотков кофе, произнёс я, глядя на сидящих за столом, — пока Себастьен летит за Женевьевой, а Мстислав решает вопросы со своей семьёй, давайте посмотрим бой Маркоса и разберёмся с информацией от Каэля и Милославы. Яр, включай запись боя.
Яр кивнул, и через пару секунд на большом голографическом экране пошла запись. Все внимательно смотрели, особенно Марк — он успевал делать пометки на своём планшете, быстро водя стилусом по поверхности.
Когда трансляция завершилась, я обвёл взглядом собравшихся:
— Что скажете?
— Одну минуту, мой князь, — произнёс Яр и, подойдя к Марку, сел рядом с ним.
На голографическом экране снова появился кадр боя — на этот раз в режиме замедленного воспроизведения. Яр взял управление интерфейсом, выделил нужный фрагмент и запустил его с начала.
— Обратите внимание на этот момент, — начал говорить Яр, обращаясь уже непосредственно к Марку. — Вот тут видишь? — На экране подсветился корабль противника — эсминец. — Маркос допустил ошибку. Точнее будет сказать, мы с тобой не учли, Марк, что эсминцы могут быть вооружены тяжёлыми торпедами ближнего боя. Это новое вооружение — его начали устанавливать всего несколько месяцев назад.
Кадр ожил, и пошла трансляция в замедленном режиме. Эсминец противника, воспользовавшись тем, что тяжёлые истребители и фрегаты прикрытия тяжёлых кораблей адмирала Эгеуса отвлеклись на другие цели, подошёл на достаточно близкое расстояние, чтобы выпустить торпеды, которые не успеют уничтожить. Совершив манёвр уклонения, он спокойно отошёл на безопасное расстояние — а наш тяжёлый крейсер получил серьёзные повреждения: пробоины в кормовой части, отказ систем наведения и частичное отключение энергоснабжения.
