Лицо Корри имело правильный для его расы миттаров голубой цвет, грудная клетка спокойно поднималась сквозь плотный дым. Процедура шла отлично, несмотря на недавно перенесённое отравление.
– Ты что, спишь с ними?! – театрально прошептала бабушка пациента и демонстративно схватилась за грудь. – Если скажешь «да», у меня инфаркт случится!
Я хмыкнула и поддела:
– А почему нет? Мужчины же, всё как ты хотела. И, Тиль, сердце располагается не настолько слева, оно ближе к центру грудной клетки.
– Тебе не по статусу! – прошипела Матильда. – Эстери, посмотри на себя! Ты… ты…
Я даже заинтересовалась. Что «я»?
– У тебя внешность межгалактической фотомодели! У меня в «Афродиту» на кастинг девочки приходят ежедневно, и каждая из них удавилась бы за такие ноги, лицо или волосы, как у тебя! Я содержу райский дом уже более сорока лет и, поверь, прекрасно разбираюсь в женской красоте. Женщины эффектнее, чем ты, я ещё не встречала, несмотря… на некоторые твои странности.
Такого комплимента услышать в свой адрес я никак не ожидала, а потому слегка растерялась и ответила без иронии:
– Я не сплю с телохранителями. Что из меня был бы за работодатель, если бы я имела интим со своими подчинёнными?
– Фу-у-у… – Матильда показательно шумно выдохнула, но не прошло и минуты, как она снова взялась за своё: – Но если ты с ними не кувыркаешься, то это всё равно плохо. Любой женщине нужен мужик, а ты, Эстери, не любая, ты роскошная…
– А мне не нужен! – На этот раз намеренно резко я прервала речь собеседницы. Миттарка в ответ лишь покачала головой и всплеснула перепончатыми руками.
– Ну ладно, акробатикой не хочешь заниматься, могу понять. Но ты о Лее подумала? Ей отец нужен, хороший, надёжный, правильный, а не всякие… – Она вновь фыркнула, бросив косой взгляд на мою охрану.
Я сжала губы, молча рассматривая лицо Корри через прозрачное окошко. Процедура орошения лёгких подходила к концу, небольшие жабры на шее уже имели правильный сапфировый оттенок.
– Ты знаешь, – задумчиво сказала Матильда, – как-то я слышала теорию, что женщины за первые десять секунд знакомства с мужчиной могут сказать, будет у них секс или нет. Что на самом деле не надо долго знакомиться, ходить на свидания и прочее… Само это ощущение, что секс с мужчиной будет хорошим и они подходят друг другу на физическом уровне, определяется в первые мгновения. Давай я оставлю у тебя планшет и ты всё-таки посмотришь…
Диод над окошком моргнул салатовым цветом, и крышка с шипением отъехала вверх. Миттарка осеклась, сосредоточив всё внимание на внучатом племяннике. Подросток несколько раз вздохнул, всё ещё пребывая во сне, а затем длинные ресницы дрогнули. Корри открыл глаза и откашлялся.
– Я здоров? – Корри всегда спрашивал одно и то же.
– Абсолютно. – Я улыбнулась и потрепала мальчика по вихрастой голове. – Только ты должен прийти ко мне снова через месяц, хорошо?
– Хорошо. – Он важно кивнул и с подозрением посмотрел на бабушку. – А о чём вы говорили, пока я спал?
Я думала, что Матильда ответит как обычно, что-то вроде «о погоде» или «о росте цен на продукты», но она пожаловалась:
– О том, что госпожа Эстери Фокс проявляет на редкость ослиное упрямство. Она уже много лет одинока и всё никак не выберет принца.
Я с укоризной посмотрела на пожилую миттарку, но та лишь развела руками. Зато Корри неожиданно сгладил обстановку:
– О-о-о, так это госпожа Фокс правильно делает. Она ждёт самого лучшего! Меня! Я, когда вырасту, сделаю ей предложение. Вы же пойдёте за меня замуж?
Я расплылась в улыбке от очаровательной детской непосредственности.
– Я обязательно подумаю над твоим предложением, Корри, но до того, как ты его сделаешь, ещё надо подождать девять лет. Может быть, ты за это время передумаешь и решишь, что такая старая женщина тебе не нужна в жёны.
Мальчишка округлил большие синие глаза и возмущённо выдохнул:
– Кто старая?! Эстери, вы красавица!
– Вот! – важно подняла палец Матильда. – Даже ребёнок видит.
– Ба, мы идём? – засобирался мой пациент. – У меня на сегодня ещё встреча во дворе, с друзьями в футбол играем!
– Да-да, конечно. – Тиль взглядом нашла сумочку, подхватила её и встала со стула.
– Гхм-м-м. – Я кашлянула, привлекая внимание. – Корри, а давай ты там снаружи с дядями постоишь. У того, что татуировка на голове, есть классная игра на коммуникаторе, а нам с твоей бабушкой надо ещё немного пошушукаться о своём, о женском.
– Ох, девчё-о-онки, – протянул мальчик, показательно закатив глаза. – Опять платья, небось, обсуждать будете. Ладно, ба, я за дверью, жду тебя.
Корри, важно кивнув, удалился за пентапластмассовую дверь и бесстрашно пристал к Рону, а его бабушка тут же полезла внутрь сумочки за кошельком.
– Эстери, если ты о дополнительных кредитах на процедуру, то я всё-всё оплачу. Понимаю, что в этот раз была не только плазма, ты добавила что-то ещё от отравления. У меня из нала с собой не так много, я не рассчитывала, но…
Я подняла ладонь, останавливая поток речи клиентки.
– Я добавила средство от обезвоживания, но это ерунда. Мой подарок. Я хочу поговорить о Корри.
– Да, конечно. Спасибо огромное за всё, что ты делаешь… Нам на Миттарии чётко сказали, что он не жилец, лёгкие заменить нельзя, а процедура орошения на детях запрещена как экспериментальная. Ох, если бы не ты, то у меня бы его не было…
– Мне жаль тебя расстраивать, Тиль, но я вижу, что орошение с каждым разом работает всё хуже и хуже.
– Как?! – растерялась пожилая женщина, её губы задрожали. – Но ведь помогает же… Раньше Корри задыхался и говорил, что печёт в груди, а сейчас…
– Орошение увлажняет их как следует, однако альвеолы пересыхают всё сильнее.
– Но на снимках всё прекрасно! И его мать жила на М-14 всего пять лет! Это не так много… это вообще ерунда! Я спрашивала, некоторые миттарки там и беременели, и детей рожали, и всё у них прекрасно с дыхательной системой…
Матильда непроизвольно отрицательно качала головой, отказываясь верить в диагноз, и перечисляла всё больше аргументов, почему её мальчик должен непременно выздороветь. Увы, реакция слишком мне знакомая. Отрицание. Я искренне сочувствовала женщине, которая за секунды набрала лет десять, а то и двадцать. Мышцы лица ослабли, щёки опустились, морщины стали ещё глубже.
– А Корри не повезло, вулканические испарения слишком сильно ударили по его здоровью. На снимках пока рецидива не видно, но я слышу его кашель. Он мне не нравится.
– Ясно… и что теперь?
– Ищите донорские лёгкие.
– Донорские лёгкие? – Матильда смотрела на меня с плохо скрываемым отчаянием. Я ей уже объясняла, что лёгкие растут вместе с организмом, а потому в случае Корри искать надо точно такого же размера, детские и непременно от чистокровного миттара, чтобы была совместимость с жабрами. Лёгкие любого другого гуманоида даже нужного размера и группы крови не подойдут, и увы, у Корри такой сложный случай, что долевая родственная трансплантация тоже исключена.
– Где же я такие найду?!
– Время в любом случае ещё в запасе есть. Мои процедуры перестанут помогать не мгновенно. Ищите. Я тоже буду пробивать по своим каналам… и да, играть в футбол Корри не стоит, как и заниматься любым спортом, который может вызывать учащённое дыхание. К сожалению, это лишь усугубит ситуацию. Переведите его на компьютерные игры или что-то безобидное, не забывайте ставить увлажнитель воздуха рядом с рабочим местом. Извините, мне надо идти, – закончила я, видя, как секретарша пытается пробраться в нашу сторону через толкучку Глот – Рон – Корри в узком коридоре.
– Да-да, конечно. Спасибо ещё раз, – тихо отозвалась Матильда, смотря стеклянным взглядом в стену позади меня.
Я кивнула на прощание и вышла из процедурной, мысленно напоминая себе, что нельзя принимать близко к сердцу ситуацию с пациентами. Если постоянно об этом думать, так и сойти с ума можно.
Глава 3. Проблемы
Эстери Фокс
