Путь Орла. Книга 5. Угроза возвращения - Имп Алексей

Девушка замешкалась и чуть не пропустила шорох летящего вдогонку копья. В последний момент она отскочила вперед и побежала дальше, что есть мочи наверстывать фору перед преследователями.

Забежав в заросли, дезориентированная наткнулась на крепкие объятья притаившихся сородичей с испугом наблюдавших погоню и ловко заткнувших ей рот.

Поднятая над землей белокурая беглянка по инерции продолжала дрыгать ногами, брыкаться, пытаясь вырваться из цепкой хватки. Но братья почему-то не собирались следовать вместе с ней, а, по-родственному, успокоительно стукнув увесистым кулаком по голове, продолжали удивленно таращиться на поляну. И, действительно, посмотреть имело место на что…

Там инопланетные агрессоры получали неожиданный отпор от грязного существа, причем по полной программе. Четверых неуязвимых самоуверенных воинов он без особых затруднений тяжело ранил. А вот их глава-колдун смог исподтишка наслать на него заклятье, неожиданно развеявшее героя из виду как туманный морок в лучах светила.

Оркастрам уже не было дела ни до какой глупой аппетитной крошки. Они еле собрали свои «кости» и поплелись обратно, оставляя кровавые следы на траве. Их позорное ретирование подняло дух и обрадовало туземцев. Но видимо все причины для удивления дикарей еще не окончились. Посредине лесного пяточка снова проявился неподвижно лежащий на травке победитель.

Тут, то ли от увиденного, то ли от увесистого тумака до пришедшей в себя Лирессиль дошло. Дочка вождя, заподозрив в явлении знак свыше, первая рванула к нему, увлекая за собой осмелевших родичей.

Пока отец только пытался вызвать Избранного, как духи уже, возможно, сами снизошли до них, и прислали своего слугу им в помощь. Охотники, не веря своим глазам, решили на всякий случай потыкать древками в того, кто материализовался как призрак и выглядел как мертвец.

С долей командной истерики накричав на тупых соплеменников, уже пытавшихся проткнуть кожу избавителя своими костяными наконечниками копий, остроухая приказала отнести его к вождю. Уж он-то поможет разобраться, кто перед ними.

Всю дорогу братья восторженно бубнили, обсуждая бой, не заботясь о комфорте перевозимого. А у того от тряски то рука соскользнет с носилок, то нога, то голова…

– Отец! Отец! Смотреть, что наша твоей принести! – девушка в районе входа в пещеру, не сдержавшись, побежала навстречу вождю. Она желала первой сообщить радостную новость.

Вот только не все, как выяснилось, потом ее разделяли. Пока несли тело Олега, произошли мистические происшествия. Всё с таким трудом собранное и добытое сырье для обряда неожиданным образом исчезло.

Изначально конечно живые ингредиенты наличествовали, братья же не самоубийцы обманывать строгого шамана. Ушасто-хвостатых даров природы добросовестно поймали и уложили в плетеные заплечные сумки. Пока несли они скреблись и пищали внутри предвидя скорый конец, и тут раз… стало подозрительно тихо.

Когда спохватились, стало уже поздно, дошли до убежища Рода. Заглянули, проверили, убедились, что предчувствия не обманули. Зло покосились на безмятежного пассажира.

Им хватило смекалки (хотя науку математику их родичи пока не открыли) сложить в уме два плюс два, и понять, кто причастен к исчезновению пойманных зверей. Угрюмые лица охотников выражали глубокую досаду и решимость разделаться с шутником. Только появление шамана не давало им пустить кулаки в ход.

Не пропала собранная поклажа лишь у радостной эльфийки, потому, что бежала позади, не приближаясь к носилкам. На протяжении всего пути она категорически отказывалась быть удостоенной этой чести их нести, не меняясь местами с хитрыми братьями в этом сугубо мужском деле.

– Показывать, моя глядеть. – Вождь, услыхав крики дочери, вышел навстречу добытчикам, его поначалу довольное усеянное морщинами лицо медленно преобразилось с удивленного на негодующее. Белые ритуальные полосы раскраски на его лбу слились в жирную линию.

– Это дохлая тварь твоя притащить? От его вонять! Ваша быть отбитым головой об каменные потолки тупицы. Моя учуять смрад еще на граница деревня. Наша капище требовать живой зверь! Моя хотеть их кровь на обряд. Где есть исполнять? Чем моя окроплять священный камень? – назревал нешуточный скандал с отлучением провинившихся от Рода.

– Великий вождь… справедливый, великодушный отец. Наша добыть, что твоя просить, но… – старший, самый умный, языкастый сын Фалтебин попытался оправдаться.

– Олухи, почему ваша сумка опустеть? – строгий родитель как молодой скайррел подскочил поближе к процессии и скрюченными руками помацал плетенки за спинами носильщиков, – Ваша все потерять, растяпы? – раздраженно сделал он далеко идущее обидное заключение.

– Нет. Не все! Моя сумка тут, пучки трава лежать на месте. Принести как просить. – Продемонстрировала неполную торбу наивная дурочка, скидывая ее с плеч и пытаясь сгладить инцидент. Не понимая, что тем самым, еще больше вгоняла остальных мужчин в краску, и раздувала позорную ситуацию с виновными в непослушании родительской воли.

Теперь даже нельзя списать на историю столкновения с пришельцами, из-за которых они все могли растерять. Одна то героиня как-то умудрилась этого не сделать. Мужчины гордо, но обреченно опустили головы, но самый младший оборвашка Салнирин не выдержал и принялся оправдываться:

– Отец, его безволосый орса быть во всем виноват. Его чрево лежать на носилках и держать внутри много темный дух. Как в дупло старый дерево рой дикий кусачий шершень. Пока наша нести, нечистый сожрать весь припас. Моя считает: его есть осквернитель. Темный зверь нельзя оставлять в деревня. Его сам проклят и осыпать проклятье на наш Род.

– Рукохвост! Жалкий попытка хотеть оправдаться. Как дохляк мочь кого съедать? Горе ложить на ваша никчемная голова! Моя раньше считать ваша лучшие охотники племя. Не быть у моей теперь дети! Убираться вон за камни и не возвращаться без добыча. Заодно забирать ваша падаль, и не пытаться втюхать вместо моя зверь. Выбросить дальше за деревня. Его провонять тут вся пещера. – В сердцах махнул вождь рукой в направлении выхода.

– Нет, папа, подождать! Наша существо нельзя выбрасывать. Его и быть тот Избранный, прийти к наша помогать! Они видеть, как его один расправиться с захватчик, что нападать на моя. – Набралась храбрости и вступилась эльфийка.

– Что за бредить твоя нести дочь? Моя хотеть похвалить, но видеть твоя тоже тронуться рассудок. Как мочь его дохлый вонючий заморыш один справиться с заколдованный воины орда? – отец с сомнением стал пристально приглядываться в глаза остальных поникших отпрысков. – Ваша тоже это видеть балбесы?

Поначалу они не хотели сознаваться, отворачивали взгляд, все еще тая злость на необычного гуманоида, но врать толком не умели. Обиженные, под давлением шамана, нестройно подтвердили сказанное сестрой. Описали случившееся на поляне.

Выслушав сбивчивое повествование, глава задумчиво перебирал собранные на тесемочку клыки от трофеев, висящие как четки на его шее.

– Не походить его на сильный воин. Да и на новичок охотника не тянуть. Где быть боевые шрамы?

– Точно, шрамы! – вспомнила Лирессиль, – Тут на рука есть один… Ой, а куда его деваться? Моя помнить, что находиться здесь! – глядела она на абсолютно гладкую после регенерации серую кожу человека.

Уставшие охотники опустили носилки. Пока их сестра бесцеремонно ворочала и ощупывала неподвижное тело, наперебой кинулись просить отца избавить от этой ноши и участи изгоев.

– Его послать злой дух. Нельзя тут оставлять. Это навлечь на Род проклятье! Наша считать, надо положить отродье в пламя, как это делать зеленый враг. – загомонили они, про себя припоминая унижения, которые им достались из-за Беркутова.

– Цыц! Вождь думать! – резко оборвал отец неискренние стенания, распознав в них нотки обиды. Вроде бы получается, сыновья не виноваты, но и прощать их будет неправильным, подорвет дисциплину среди младших.