Манфред: исповедь пришельца - Лер Томас

–Приближенные, – завороженно повторила Ада с мерцающим блеском в глазах, позволяющим предположить, что она уже способна на удивительное кокетство.

Она заверила Бэббиджа, что хочет еще серьезнее изучать математику, пока не будет точнее понимать его замысел, когда он создаст следующую машину, гораздо крупнее, а сейчас у них перед глазами лишь удобная в использовании и очень простая модель.

В самый горький период своей жизни Бэббидж увидел, как вспыхивает искра, как разгорается пламя, сулящее стойкий согревающий свет. Его любимая жена умерла много лет назад, трое из восьмерых детей не достигли юности. Последней каплей стала недавняя смерть семнадцатилетней дочери. Отвлекала и утешала лишь ожесточенная работа над большой Аналитической вычислительной машиной, бесконечно мудреной, с ее двадцатью тысячами прецизионных шестеренок и множеством подвохов в механике рычагов, рекламировать которую была призвана модель размером с аккордеон. И вот перед ним стояла Ада как раз в возрасте его последней утраты, горящая энтузиазмом и с такой поразительной способностью к восприятию, что ему страшно хотелось тут же углубиться в детали основного проекта. Однако мать уже увещевала хорошенькую девушку с темными локонами и вздымающимися от порывистого дыхания рюшами и цветами на платье, чтобы та позволила и другим гостям поговорить с изобретателем. Аде пришлось попрощаться с Бэббиджем, но перед этим она сообщила ему, что ей кажется утомительным в очень большой машине все шестерни с начальными разностями выставлять вручную. А вдруг можно упростить и считывание результатов? Прежде чем Аннабелла потеряла терпение и за плечо оттащила Аду от хозяина дома, те договорились писать друг другу.

Почему, спросили Мы себя в искреннем изумлении, она сразу же не предложила ему приладить клавиатуру и сконструировать механический матричный принтер?

В любом случае сигнал тревоги вызвала смычка этих двух умов в рабочем кабинете, освещаемом беспокойным светом масляных ламп и свечей. Но опасность заключалась отнюдь не в уже существующей вычислительной машине или в каком-то ее утопическом варианте. Причина всегда только в умах, по крайней мере, при нынешнем уровне технологии человеков, которая в эпоху Манфреда, куда Мы как раз и проникли, только начала вызывать озабоченность Внешнего совета. Уже в течение многих веков по человеческому летоисчислению причина была одна и та же, а именно возможность появления ПРАВИЛЬНОЙ МЫСЛИ.

Иначе Нам не пришлось бы в свое время посещать мастера Иеронима из Босха.

II. В саду земных наслаждений

Между тем Мы еще больше усовершенствовали Манфреда. После отмены наркотиков следует упомянуть такое важное мероприятие, как двухчасовая закалка и тренировка, которые Мы обеспечиваем ему каждый день, словно это железная воля внезапно толкнула его сделаться спортсменом или красавцем-актером либо вызвать интерес у дам из лиги гораздо выше его собственной (как это однажды, возможно в ранние студенческие годы, похоже, удалось ему с Сабиной, сегодня так подкупающе похожей на Аду Лавлейс в зените ее террестрической притягательности). Для выпрямления переднего ряда его зубов и придания им приятной глазу белизны у надежного специалиста Нам требовались, однако, немалые финансовые средства, а Манфред ими не располагал.

Чтобы пополнить его личный бюджет (нищенский, почти как у бедного студента), Мы пошли коротким неортодоксальным путем. На одной торговой улице в его родном городе Мы приметили человеков с не самыми мелкими купюрами в руках, споривших на то, что их глаза окажутся шустрее, чем руки игроков, которые прятали шарик под тремя одинаковыми коробочками, а затем хаотично маневрировали ими, передвигая столь незаметно, что другим человекам практически не представлялось возможным определить, под какой из коробочек шарик оказывался в конце их манипуляций. После десяти побед кряду вокруг Манфреда и сильно раздосадованного жулика образовалась небольшая толпа (два его подельника уже грозно придвигались к Нашему выигравшему). Поэтому Мы прервали серию, намеренно допустив ошибку. Только что приобретенный капитал Мы частично инвестировали в расположенном неподалеку зале игровых автоматов, пока и там благодаря Нашему чутью на легкую асимметрию в механизме мигающих и попискивающих автоматов не привлекли к себе внимание гигантскими выигрышами. На улице, где уже смеркалось, за Манфредом в сквер проследовали двое из наперсточников, узнавших его у игровых автоматов. Может, они хотели выведать у него что-то о его трюках? Нет, горя желанием отомстить, они выхватили ножи. Когда они приблизились к Манфреду, Нами овладела жуткая мысль, что живописец из Босха позволил себе шутку, еще несколькими столетиями раньше написав картину с наперсточником. Тот человек в темном цилиндре и мандаринового цвета плаще! Казалось, его носатое лицо со срезанным подбородком надето, словно маска, прямо на физиономию широкоплечего участника поножовщины, напавшего первым. Иероним нарисовал тогда даже оружие этого мошенника, узнаваемое по вытисненной на лезвии букве «М» (как «Манфред»), однако сильно увеличенное; напоминая устройство для приведения в исполнение смертной казни, оно, окруженное двумя гигантскими ушами – похоже, им же самим и отрезанными, – бродило среди бедных грешников в изображенном художником аду. Но вернемся к нападавшим: Манфред не понимал, что с ним происходит, или, вернее, как ему обороняться. Однако в Нашем распоряжении есть так называемая Малая Лупа Времени, которая показывает Нам движения в как бы реальном мире человеков настолько плавно и неторопливо, что в данном случае Мы преспокойно успели как следует наподдать обоим бандитам. Увидев валяющихся на земле, скулящих мошенников, коих он вывел из строя каким-то абсолютно непостижимым, молниеносным, якобы рефлекторным действием, Манфред зачем-то сбежал.

Через несколько дней на одной трамвайной остановке Нам бросилась в глаза реклама государственного игорного дома. После того как Манфред купил себе эффектный черно-белый наряд, будучи уверен, что собирается однажды пойти в оперу, его обуяло поразившее его самого желание попытать счастья в казино «Хедвигсхёэ». Выигранные до сего времени и обращенные в фишки наличные в размере его прежнего скромного месячного заработка он увеличил там за три часа игры в рулетку в тридцать раз. По статистике, гарантированно выигрывает казино, и очевидно, что и тут крайне редкое исключение из этого правила Мы могли продемонстрировать один-единственный раз, применив (поскольку задействовать Малую Лупу Времени в данном случае было бы слишком опасно) Короткую Петлю, ту возможность слегка предвосхищать события в пространстве-времени, пользоваться каковой Нам, агентам, позволено весьма ограниченно. Число, которым пронумерована ячейка, где скоро успокоится серебряный шарик, Мы внушили Манфреду в виде интуитивной догадки, так наглядно, что ошибиться он не мог. Однако восторженными восклицаниями о мощи своего чутья на числа он начал вызывать столь явные подозрения, что Мы и тут заставили его проиграть, а затем отправили домой с суммой, двадцатисемикратно превышающей его обычный месячный доход. На этот раз, когда он шел по ночному парку, вопреки его опасениям, никто на него с ножом не напал. Но ему нужно учиться доверять своему новому внутреннему величию.

Обладая теперь довольно внушительным стартовым капиталом, Манфред ощутил у себя внезапную и вместе с тем все же основательную предрасположенность к тому, чтобы заняться акциями и ценными бумагами. Так как Короткая Петля неприменима для выигрышей в лотерею, где ставки делаются очень заблаговременно, Нам пришлось найти анонимный и привлекающий меньше внимания способ приумножить его капитал. Без особых усилий Манфред открыл онлайн счет депо. За десять дней неустанной учебы он вызубрил азы игры на бирже, научился разбираться в бизнес-моделях компаний, в качестве их продукции, в их репутации у поставщиков, их стратегиях, оценивать доли заемного капитала, заносить их в свою откомментированную таблицу коэффициентов «цена/прибыль». Быстро проглотил он и дюжину справочников по биржевым торгам, пользы от которых, разумеется, было мало, иначе благодаря им появились бы уже тысячи мультимиллионеров. А вот из состряпанных литературными рабами псевдобиографий жаждущих известности старых акул фондового рынка удалось почерпнуть кое-что разумное (никогда не лови падающий нож! Всегда бери быка за левый рог! Три NASDAQом, пока не погорячеет! и тому подобное).