— Кхе-кхе… Мири? — позвал я в пустоту.
Ответа не последовало. Питбой на руке оставался темным, лишенным жизни куском пластика и металла. Золотистое сияние моей напарницы исчезло, оставив меня один на один с тишиной и разрухой. Я попытался отстегнуть ремни, но замок заклинило. Пришлось доставать из-за голенища нож и просто резать плотную ткань, которая теперь казалась мне петлей на шее.
Корабль не двигался. Вибрация двигателей исчезла, сменившись едва слышным потрескиванием остывающего металла. Мы где-то приземлились или просто зависли в пространстве, лишенном звезд.
— Роджер… ты здесь? — голос Киры донесся из темноты справа. Он звучал слабо, надтреснуто, с интонацией испуганного ребенка.
— Здесь я, принцесса, — я наконец освободился и сполз на пол, чувствуя под ладонями битое стекло. — Живой, если это можно так назвать. Руки-ноги на месте, голова вроде тоже, хотя за последнее не ручаюсь.
Я нащупал фонарик в кармане комбинезона и щелкнул выключателем. Тонкий луч света разрезал дымную завесу, выхватывая из темноты искореженные панели, свисающие провода и Киру, которая сидела в своем кресле, обхватив плечи руками. На ее лице виднелись порезы, а фиолетовые глаза расширились от шока, отражая свет моего фонарика.
— Где мы? — прошептала она, озираясь по сторонам.
Я направил луч света в панорамное окно. За толстым стеклом не было ни звезд, ни планет, ни туманностей. Там расстилалось нечто серое, бесконечное и абсолютно неподвижное, похожее на застывшее море ртути под невидимым небом. Мы находились в месте, которого не было на картах, в ловушке неизвестности, куда не заглядывал свет ни одного солнца.
— Понятия не имею, — честно ответил я.
