Здесь я слукавил, поскольку если я начну изготовление кольчуги, даже самого крупного плетения, мне придётся жить в кузне несколько лет.
С моим навыком кузнечного мастерства, создание чего-то подобного, это как туземцу вручить кубик-Рубика, попросив собрать хотя бы две грани.
Из области невероятного.
— Чтобы развеять ваши сомнения, — вытащив один из своих мечей, я протянул его мастеру Эйкену. — Примерную стоимость подобного клинка представляете? Половина этого арсенала, минимум.
Приняв меч, Эйкен потрясённо застыл.
— Да, — осторожно проведя по лезвию кончиками пальцев, вынужден был признать он. — Это очень дорогой клинок. Чувствую, что ты его ковал сам. Добрая работа.
«Я тоже много всего чувствую, — захотелось съязвить мне. — Главное вовремя читать „системки“».
— Ну вот видите? — материализовал я второй клинок. — А их у меня два, представляете? Мне нет смысла воровать чужие кольчуги.
Наверное, это и перевесило чашу весов в мою сторону.
— Хорошо, — наконец, сдался Скряга. — Я с выйду, но вернусь ровно через семьдесят ударов сердца.
— Кинжалы показывать? — невозмутимо поинтересовался я. — Если что, они тоже мифриловые.
— Не нужно, я верю тебе, — неубедительно соврал Эйкен, возвращая мне меч. — Умоляю, только не испорти ничего! Второй такой в мире нет!
Когда ключ в замке провернулся третий раз, отрезав меня от назойливого внимания Эйкена, я активировал портал в мастерскую Нивела. Никак не могу сродниться с мыслью, что это уже моя кузница, продолжая ассоциировать её со славным именем давно почившего Мастера.
Смахнув в инвентарь сверток и руну, я шагнул в клубящееся марево.
Пока я пребываю на этом плане, для Нивела не пройдет и доли секунды, так что, выполняя взятое на себя обязательство, я могу экспериментировать с кольчугой и руной сколько моей душе угодно.
Главное, чтобы у меня самого хватило на это терпения.
Сейчас первостепенной задачей являлся подбор святым методом научного тыка правильной комбинации рун. Причём в таком порядке, чтобы доминантной являлась именно выданная Эйкеном руна «Уруз»
Единственной загвоздкой для меня являлся метод нанесения става на саму кольчугу. Не буду же я гравировать каждое кольцо?
На худой конец, можно будет эту кольчугу доработать, влепив на неё дополнительный шильдик, на который и ляжет гравировка. Или что-то немного крупнее шильдика.
Бросив свёрток на верстак, раскрыл коробочку с руной.
'Знак жизни Уруз.
Класс: редкий.
Напитанная Мглой руна «Уруз» способна исцелить тяжёлые раны. В руках знающего — знак Жизни способен поистине на невероятные вещи.
Расход: 13000 МР.
Откат: 60 минут.
Время действия: моментально.
Ранг: I ступень.
До следующей ступени развития: 0/200'.
'Желаете изучить «Знак жизни Уруз»?
Да/ Нет?'.
Конечно же желаю, иначе зачем вообще я это всё затевал?
«Да».
'Внимание!
Отныне вам подвластна сила Знака Жизни «Уруз»'.
'Задание «Знания равно сила» выполнено.
Разыщите любого Рунного ружейника, продемонстрируйте ему владение семью знаками Хаоса, для того чтобы узнать правильное начертание первого рунного става.
Во все времена, Рунные Мастера всегда обменивались знаниями и опытом, независимо от вероисповедания, расы и прочих аспектов. Мир иногда может сходить с ума, а братство Рунных оружейников всегда нецушимо'.
Это пафосное заявление «системы» вызвало лишь мой ироничный смешок. Единственный «рунник», с которым я был знаком лично — ушлый засранец Гарион. И то ли он не знал, что Рунные оружейники должны жить дружно, то ли не спешил мне это сообщать, подло пользуясь моей неосведомлённостью.
В очередной раз посетовав на то, что у мастера Нивела уже ничего не спросить, понял, что к Первожрецу Двалина всё же придётся обращаться.
Без вариантов.
Ладно, выделю немного времени, чтобы слетать «покошмарить» бородатую истеричку. Может удастся вызвать у него в очередной раз нервный тик своим появлением.
Развернув холстину, вытащив на свет кольчугу.
'Броня северного спокойствия.
Ранг: эпический
Тип: квестовый предмет.
Нельзя потерять, украсть, продать, передать'.
— И зачем, спрашивается, было так трястись за своё добро? — проворчал я, раскладывая почти невесомую кольчугу на верстаке. — Больше доказывал, что я не жулик. Уже бы давно всё готово было.
Итак, задание было каким? Внедрить в кольчугу руну Жизни?
По идее, «Уруз» должна либо увеличивать количество «НР», либо же периодически подлечивать своего владельца. Мне это виделось так.
Если просто присобачить к кольцам пластинку с руной, подозреваю, что толку не будет никакого.
Значит придётся изобретать рунный став, другого выхода я не вижу.
Порывшись в куче лома, разыскал несколько подходящих кусков.
Чтобы прогреть их и раскатать на наковальне в тонкие пластины, понадобилось совсем немного времени, благодаря горну, выдающему просто адскую температуру. Зубило с молотком помогло сделать из пластин более-менее похожие по размеру изделия.
Я порядком провозился, комбинируя имеющиеся у меня руны. Но у меня получилось найти эту проклятую комбинацию, в которой фигурировала руна «Уруз». Вот, что у меня вышло.
'Милость Вайнара.
Один из простейших рунных ставов, придуманных когда-то талантливым молодым оружейником.
Может наносится на предметы экипировки.
Тип: защитный.
Ранг: редкий'.
Нанесённая на тестовую пластину рунная вязь замерцала, после чего тут же потускнела, обретя законченность линий.
Странно, но никаких достижений или прироста к мастерству я не получил, хотя учитывая низкий уровень навыков, это было просто обязано произойти.
Ну, не очень-то и хотелось.
Сейчас меня больше заботило, как перенести эту наскальную живопись на кольчугу.
Здесь, конечно, пришлось повозиться.
Как я и говорил, можно было бы просто обыграть это под видом пластинки с загибающимися усиками, которые можно продеть в кольца кольчуги, но меня не покидала мысль, что приложенные усилия — они прямо пропорциональны итоговому результату. Плюс, не хотелось обходиться с кольчугой столь варварски.
Значит, буду тратить время и пытаться выложиться по максимуму. Для моей затеи нужно было лишь выбрать правильный кусок металла.
Черный мифрил — весьма легкий материал, практически невесомый, так что утяжеления веса кольчуги можно не опасаться.
Матерясь сквозь зубы второй час, я заканчивал тонкий нагрудник, на который и собирался нанести воссозданную рунную вязь.
После того, как в рунном ставе последний символ стал на своё законное место, сам нагрудник слегка видоизменился.
Неровные края и вмятины разгладились, а выпуклая пластина приобрела благородный матовый цвет, полностью избавившись от любых царапин.
На то чтобы прибить его заклепками к кольчуге, ушло ещё около часа, поскольку приходилось постоянно прогревать точки крепления.
Когда последний «бочонок» расплескался под ударами молотка, кольчуга с прикреплённым нагрудником снова претерпела изменения.
И если бы я сам не мучился над этим изделием несколько часов, дыша невыносимым жаром, ни за что бы не сказал, что она выполнена разными мастерами или была доработана.
Красиво.
Естественно, после этого у меня возникло желание примерить эту прелесть на себя, но внезапно перед глазами возникла «системка».
