Альфа-ноль. Все части. Компиляция (СИ) - Каменистый Артем

Нет, не верится в такое. Рамир говорил про Черный колодец, а я пока что вижу только горизонтальный коридор. Где-то дальше должен располагаться спуск, и надо его не пропустить.

Спасибо ночному зрению. Пусть вижу все в серых тонах, но этого достаточно, чтобы не натыкаться на стены. То, что мне надо, непременно разгляжу.

Шагов через сто коридор вывел к квадратному залу, посреди которого зиял такой же формы громадный провал, окруженный невысоким каменным барьером. В одном месте вдоль стены под пологим углом спускалась узкая лестница с широченными ступеньками.

Похоже, вот он, Черный колодец. И если я обегу его и начну спускаться, троица успеет добраться до этого края провала и подсветит меня факелами. Этим они меня, разумеется, не остановят, но кто знает, что у них на уме? Один из наемников таскает за спиной малогабаритный арбалет, да и у второго может оказаться что-нибудь убийственно дальнобойное в навыках. Рамир может пожалеть бедного синеглазого мальчика. То есть пожалеть в своей манере. Прикажет выпустить в меня пару болтов, чтобы раз уж ему не достался, так пускай и стриги познают горечь облома.

Нет, я, конечно, могу многое пережить, включая обстрел. Но, если начну демонстрировать все, на что способен, это выдаст меня с головой. Рамир поймет, что все это время его за нос водили. И если догадается отправить в погоню всех тех наемников, которые попались нам по пути, это может помешать моим планам. Да и ни к чему посторонним знать, что в подземелье спустился непонятно кто, обладающий хитрыми умениями, которых у простолюдинов быть не должно.

Раз так, план придется чуточку подкорректировать. И я этому даже рад.

Не потому, что кровожадный, а потому что некоторые люди лучше бы вообще не рождались.

Потому подавил в себе порыв метнуться к колодцу. Вместо этого шагнул к стене, вжался в нее спиной, пошарил по запястью, сорвал маскирующий амулет. И, сражаясь с подкатившей из-за пробудившихся параметров слабостью, активировал «мимикрию». Если Рамир альфа с богатым набором навыков, обмануть его таким нехитрым способом непросто. Однако надо учитывать, что обстановка самая мрачная, плюс отблески от факелов в руках наемников добавляют сумятицу. Переменчивое пятно на таком фоне способно затеряться. Особенно если пригнуться и отставить одну руку назад, ломая очертания фигуры. За неимением длиннополого плаща это лучший способ избавиться от бросающегося в глаза сходства с человеком.

Троица пронеслась мимо, предсказуемо не отреагировав. А я, пользуясь тем, что ограничивающий мои возможности амулет теперь безобидно покоится в кармане, успел бросить на Рамира особый взгляд и полез в скрытое вместилище.

Слишком торопливо аристократишка промчался, но этого хватило, чтобы срисовать два важнейших параметра: двадцать девятая ступень просвещения и сто восемьдесят восемь атрибутов. Наполнение последних неизвестно, но если поделить их количество, на одну ступень выходит шесть и пять десятых. То есть меньше семерки. Даже если отбросить в сторону трудное детство с ослабленным развитием, ответ получается удивительным.

Рамир, если брать в среднем, даже не альфа. Да-да, этот зажравшийся провинциальный аристократишка всего лишь бета. Причем бета ничем не выдающийся. Он даже Камаю солидно уступает. А ведь тот вовсе благородным не был.

Это как так? Даже с учетом того, что Рамир младший сын главы рода, смотрится печально.

Похоже, делишки у семьи Данто идут не очень хорошо.

Предположим, у Рамира все атрибуты открыты исключительно в ПОРЯДКЕ. Почти на сто процентов в этом уверен, потому что получить дополнительный набор такой никчемности не светит. Следовательно, если брать мои параметры строго в ПОРЯДКЕ, я превосхожу его в три раза.

Ну а если учесть, что для него мое наполнение — это нечто из области ненаучной фантастики, разрыв увеличивается еще в два-три раза. В сумме может дойти до десятикратного преимущества. То есть он против меня все равно что голодавший две недели дистрофик против полного сил мастера спорта по тяжелой атлетике на состязаниях по поднятию тяжестей.

Даже если его обучали сражаться самые лучшие мастера (что вряд ли), отточенной боевой техникой столь колоссальный разрыв компенсировать проблематично.

Троица между тем достигла барьера и дружно склонилась, пытаясь высмотреть меня в недрах громадного колодца.

— Да где он?! Светите лучше! Вниз! Вниз светите! — нервно вопил Рамир.

Наемники торопливо водили факелами из стороны в сторону, имитируя бурную деятельность по улучшению освещения. Один в какой-то момент перекинул свой факел второму и начал возиться с арбалетом, лязгая металлом. Под эту суматоху я, тихо подкравшись, без замаха вбил острие Жнеца в основание шеи ближайшего вояки. Аккурат под край шлема, не задев металл. Тот мало того что не берется волшебной сталью, так еще и нашуметь способен.

А шум мне сейчас не нужен.

— Гу-у-унт! — заорал Рамир, склоняясь над колодцем.

Я поборол нестерпимое желание отвесить аристократу знатного пинка. Амулет, несмотря на описание, после снятия впервые вызвал серьезное ухудшение самочувствия. И голова кружилась, и подташнивало, и тело неуверенно слушалось. В таком состоянии удар может выйти смазанным, и жертва, вместо того чтобы полететь в глубины Черного колодца, сильно на меня обидится.

Нет, сейчас надо твердо стоять на обеих ногах и всячески избегать размашистых движений.

Чуть сместившись, повторил нехитрый прием со вторым охранником. Тот, оглушенный воплями Рамира, позволил убить себя столь же легко.

По-хорошему, следовало изначально достать Крушитель и завершить дело в пару секунд. Против такого аргумента этой троице противопоставить нечего. Вряд ли кто-нибудь кроме высших аристократов способен без печальных последствий выдержать пару-другую ударов чистой силы с короткой дистанции, а в Хлонассисе такие альфы не водились. Но, если разнести эту троицу на фарш, понадобится бригада уборщиков и не один час работы, чтобы скрыть следы случившегося. Сомневаюсь, что мне предоставят столько времени.

Вот и пришлось действовать аккуратно.

Второй наемник завалился неудачно, раскидывая руки и преграждая путь к третьей цели. И что самое неприятное, этот сжимал оба факела, и перехватить их я никак не успевал.

Проигнорировать падение пары источников освещения сложно. Рамир, надо отдать ему должное, не стал разворачиваться. Первым делом он отпрыгнул в сторону и лишь затем уставился на меня.

— Гунт?! — изумился аристократ.

Я, небрежно перебросив Жнец из руки в руку, кивнул, начиная обходить противника по широкой дуге.

— Вообще-то меня зовут не Гунт, но для тебя пусть будет так.

— Что тебе от меня надо, щенок?! — изменившимся голосом спросил Рамир. — Тебя послал Ингармет?!

— Да вы уже достали! Дался всем этот Ингармет. — Я покачал головой.

— Значит, это он, это точно он, — злобно оскалился Рамир. — Я так и знал, что он предаст, что все эти тупые переговоры — это обычное вранье степняков.

— Предаст? — чуть удивился я. — Не хочется вникать в вашу внутреннюю политику, но Ингармет вроде как вожак тех, кто против вас взбунтовался и прямо сейчас осаждает город. Предать можно союзника, но не врага.

— Можно все, — заявил Рамир, медленно вытаскивая саблю. — У нас с ним были кое-какие договоренности. Да мы вот-вот собирались начать переговоры. Он клялся, он обещал, он перестал лезть на стены, а мы прекратили вылазки. Все затихло. Но ты только что убил наших людей. Договоренностей больше нет.

— Да плевал я и на вас, и на Ингармета, и на все ваши договоренности.

Решив, что разговоров с меня достаточно, я наконец перешел к делу. Прыжком разорвал дистанцию, ложно замахнулся, провоцируя противника на блок саблей, под которую мой клинок и поднырнет, ударит под мышку, достанет до сердца, рассечет его, остановит. Это может снизить посмертное кровотечение, меньше работы по сокрытию улик.

Хотя пока не представляю, как такое выдать за несчастный случай.