Эйцих указал на север:
— Этот человек пошёл туда?
— Мы не знаем, пошёл ли он туда или наоборот пришёл оттуда.
— Это ведь где-то там был потерян мучитель разума?
— Да, экзарх. Где-то в ближайшей низине. Так сказал Голос.
— Мне известно, что сказал Голос.
— Простите, экзарх, — низко склонился говорящий с мертвецами.
— Тут неподалёку город паченрави. Этот человек мог прийти от них?
— Город отсюда к юго-востоку, а второй след на юго-западе. Но если он двигался не по прямой, то да, мог.
Эйцих повернулся ко второму говорящему:
— У тебя, насколько я помню, есть свои уши у паченрави.
— Да, экзарх, есть один человек.
— Как много он знает о жизни города?
Говорящий пожал плечами:
— Нам неизвестно, насколько он информирован. Знаю точно, что о работе порталов ему почти ничего неизвестно. Мы спрашивали о них однажды, он ничем не смог помочь. Сразу сказал «нет» и вернул плату. В остальных случаях помогал.
— Как быстро ты сможешь узнать, не уходил ли кто-то из города в пустыню?
— Простите, экзарх, я не могу ответить. С паченрави всё непредсказуемо, связь с тем человеком непостоянная.
— Как свяжешься, все, что можно узнай, и тут же лично мне доложи. В любое время можешь меня беспокоить.
— Да, экзарх.
— И что там по столице Мудавии? Ты обещал, что у тебя вот-вот появится там новый агент с хорошими связями.
— Да, экзарх, агент уже там. Но возникли некоторые сложности.
— Конкретнее.
— Оказалось, что агента знает в лицо десница Кабула.
— Это тот дерзкий юноша, из-за которого пострадали наши братья?
— Да, из-за него. Сейчас он в Мудавии по степи носится и угоняет скот, будто обычный конокрад. Но рано или поздно вернётся, и нашему человеку придётся принимать меры предосторожности, чтобы с ним не столкнуться. А ещё у агента возникли неприятности из-за местного криминала. Какие-то столичные воры его обокрали. Настоящие виртуозы сработали: пролезли через узкий лаз, куда крысы едва протискиваются, обошли все меры безопасности и вынесли самое ценное. Пропали дорогие товары, доставленные по заказу человека, который сейчас, вроде как, самый главный в Мудавии. Хотя может это и не так. В этой ненормальной стране ни в чём нельзя быть уверенным. Но, так или иначе, наш агент именно под предлогом быстрой доставки нужных товаров втёрся к нему в доверие. А теперь товаров нет.
— Этот мудавиец, получается, будет недоволен?
— То, что пропажа заказа ему не понравится, несомненно.
— Твой агент не может заново собрать эти товары?
— Простите, экзарх, но некоторые вещи в Мудавии очень сложно достать. Например, чистые алмазы большого размера огромная редкость. У местных ювелиров даже мелкие тяжело найти. А там несколько штук весом от пятнадцати до девятнадцати карат. Быстро доставить новую партию никак не получится.
— Это может навредить твоему агенту?
— По поводу вреда пока ничего сказать не могу. Но агент неглупый, опытный. Надеюсь, как-нибудь выкрутится. Экзарх, вы хотели дать ему какое-то поручение?
— Да. Пусть поспрашивает. Может кто-то где-то видел артефакт, или что-то о нём слышал. Вещь приметная. Я не верю, что его забрали паченрави. Подземные черви не высовываются из своих пыльных городов, это противоречит их укладу. Скорее всего, артефакт перевезли куда-то в Мудавию. И заодно пусть твой человек присмотрится к этому неугомонному деснице. Голос назвал его имя и сказал, где находится особый дар для названного. Тот, чьё имя произносит Голос, должен принадлежать Смерти. И мы, как её верные служители, об этом позаботимся.
⠀⠀
