Меньшее из зол (СИ) - Быченин Александр Павлович

В туалетной комнате с моего последнего визита практически ничего не изменилось, так что я по уже знакомому маршруту забурился в санузел, проигнорировав защёлку на двери. Смысл, если Милли в курсе, где я и что я? Опять же, я в душевой кабинке, а у неё стенки хоть и довольно прозрачные, но матовые и мутные, и свой замок есть. А вот потолка — увы, нету! Говорю же, здесь всё по минимуму, особенно ценовому. Вроде как есть, и ладно. Так что заморачиваться я не стал, зато встал под лейку, предварительно отрегулировав температуру до самой для моего текущего состояния комфортной. Чуть-чуть тёплой, так, чтобы кожу не холодило. Потоптался под ласковыми струями, потом осознал, что что-то не так, и стянул труселя, закинув их на сдвижную дверцу. Ну и моментально о них позабыл, преступно расслабившись — хорошо-то как!

Кстати, Милли права — пылищи на мне оказалось столько, что страшно представить. И в такие места забилась, что прямо ой. Сказать стыдно. Я даже на свой ёжик треть бутылька шампуня извёл, в смысле, от той половины, что ещё в нем болталась. А сколько Милка вылила⁈ Наверное, как раз первую половину… и одёжку в стирку закинула, умничка! «Оливе»-то пофиг, её из шланга окатил, и готово. А вот всё остальное… н-да. Как там, в старом фильме было? Ну, где в привокзальной камере хранения целая инопланетная цивилизация обитала? Славься, Эм! Славься, Эм!.. Хм… труселя, что ли, простирнуть, пока я здесь? В них-то тоже извёстки дофига и больше…

С этой мыслью я к ним и потянулся, но… снова опоздал! В который уже раз, с-сыбаль! И ладно, если они просто сами по себе с кабинки упали… но почему так вовремя и почему наружу? Внутрь-то они больше свисали, так что только логично им было бы мне под ноги шлёпнуться…

— Вырубаев!

— Что⁈ — чуть не подпрыгнул я от неожиданности. Вернее, подпрыгнул, и чуть было не поскользнулся, успев упереться обеими руками в стенки кабинки — не враскоряку, но враспор. — Мил, ты чего тут⁈

— За остатками одёжки твоей пришла! — пояснила девушка. — В стирку закину вместе с постельным бельём, у меня как раз машинка освободилась!

— А подождать не могла⁈

— Нет же, говорю!

— Да я бы и сам…

— Клим, ты дурак⁈

— А чего сразу дурак?.. — возмутился я. — И вообще, что я теперь надену? Мне так тут и сидеть, в душе⁈

— На!

— Что «на»⁈

— На вот, шорты тебе! Назаркины запасные! Должны налезть!

— А чего шорты?..

— А того шорты! — передразнила меня подружка. — Во-первых, трусов нет, а во-вторых, они тебе малы! Так что шорты в самый раз, сойдут за плавки! Держи, в общем!

Громкое «шмяк» возвестило о неудачной попытке девицы закинуть одёжку ко мне на кабинку, после чего Милли приглушённо чертыхнулась и велела:

— Открывай, блин! Я тебе в дверку просуну!

— Может, просто рядом положишь? — почему-то оробел я.

— Да теперь уже фигушки! — упёрлась девица. — Зря, что ли, напрягалась⁈ Хочешь сделать хорошо, делай сама! На вас, лишенцев, надежды никакой!

— Ладно! — щёлкнул я запором, и аккуратно, чтобы не переборщить, чуть сдвинул в сторону скользящую секцию. — Давай!

— На, держи! — просунулась в щель Милкина рука со свисающей из кулака цветастой шмоткой.

Фига се расцветочка! Вот уж не думал, не предполагал, что Назар Лукич такое предпочитает! Только не при его характере! Или он лишь на работе такой сурьёзный, что аж сам себе в зеркале не улыбается, а в неформальной обстановке рубаха-парень? Любопытно! Вот бы узнать! Хотя нет, пожалуй, я бы от подобного удовольствия воздержался…

— Ага, спасибо… — потянулся я за шортами… и сослепу промахнулся, коснувшись девичьего запястья.

Тонкого, но крепкого. И крайне приятного наощупь.

Н-да… в очередной раз повёлся на девчачий развод, и, как показала практика, в очередной раз напрасно: меня при касании словно молнией пронзило — да-да, от макушки до пят. И, полагаю, только лишь по этой причине мои пальцы сомкнулись на её ладони. Говорю же, электричество! Неконтролируемый спазм! Ну, из-за которого провод под током нужно проверять исключительно тыльной стороной ладони, чтобы в случае чего рука отдёрнулась? Вот я на этом и погорел, хе-хе. Ну а то, что Милли не стала высвобождать руку, это уже она сама виновата. Потому что как-то вдруг само собой получилось, что девушка оказалась не просто в душевой кабинке, а конкретно в моих объятиях… и в себя мы пришли, во-первых, нескоро, а во-вторых, в кровати…

Глава 2

It’s a kind of magic

… что характерно, вовсе не в той, что нынче ночью досталась мне. Или не только нынче? Кста-а-а-ати!..

— Мил?..

— А?..

— А который час?..

— Вырубаев! — возмущённо нависла надо мной Милли, оперевшись на руки.

И да, не только она сама, но и некие её… весьма, скажем так, средненького размера… достоинства прямо перед глазами замаячили, хе-хе! Нет, вы не подумайте, я не жалуюсь. Мне и раньше в Милке всё нравилось, даже, кхм, бойкий и задиристый характер. Плюс удивительная пропорциональность. Ну а теперь я и вовсе в неё влюблённый. Что и немудрено, после всех этих восхитительно проведённых — кстати, где только не! вплоть до, кхм… ладно, об этом скромно умолчу! — часов. Упоительно долгих! Прямо-таки бесконечных! И да, это вам не это, в смысле, не услуга на коммерческой основе, и не дополненный функционал виртуальности. Это по-настоящему, это на самом деле. И оно того стоит. В том числе и всех потенциальных неприятностей. Каких? Про вынос мозга даже говорить не буду, к этому я уже морально подготовился. Но есть ещё, к примеру, некий поручик Купфер, Назар Лукич, он же мой куратор. И он же, что удивительно, родной — и старший! — братец моей пассии. Родители её, опять же… да и мои — до сих пор игнорируемые — близкие и дальние твердянские родственники. Что-то они скажут? А и пофиг! Подумаю об этом завтра, как говаривала одна небезызвестная литературная героиня.

— Чего «Вырубаев»⁈ — возмутился я. — Я что-то не то сказал?

— Да нет, ничего такого, — потупилась девушка. — Просто… неожиданно как-то! Не привыкла я к таким вопросам, да ещё и в такой обстановке! Типа, всё настолько ужасно, что ты уже от меня сбежать намылился⁈

— И в мыслях не было! — отпёрся я со всем возможным энтузиазмом. — Вовсе даже наоборот! Счастливые часов не наблюдают! Вот так бы лежал и лежал…

— Только лежал? — прищурилась Милли.

— Ну, не только… дай передохну чуток… с мыслями соберусь…

— Ладно! — улеглась Мила рядом, пристроив голову мне на грудь. — Пока что прощаю.

— Ну так который час? — настоял я на своём.

— Когда ты в душ пошёл, около двух пополудни было, — припомнила моя подружка. — А сейчас… ну, часа три!

— Да ладно! — не поверил я.

— А что?

— Мне, так-то, показалось, что несколько часов прошло…

— Льстишь мне, гадёныш?

— Ну, не без того… а день? День-то какой⁈ — спохватился я.

— Ну наконец-то! — рассмеялась Милли. — А то я уж думала, что не спросишь. Понедельник сегодня.

— Всего лишь понедельник⁈ А… неделя? Неделя какая? Ну, после… — замялся я, не в силах подобрать адекватного определения замесу с големом.

— Да вчера это было, около часу дня! Уймись уже!

— То есть я проспал?..

— Почти сутки, — подтвердила мою догадку девушка. — Ну, как проспал? Сначала в обморок грохнулся, но так у всех обычно бывает. Ну а потом, через какое-то время, обморок в сон перешёл. А что, ты ничего не помнишь?

«Окстись, женщина! — хотел было патетически воскликнуть я, — какое помнишь⁈» Я ж в обмороке был, если твоим же словам верить! Но титаническим усилием воли сдержался. Ну и заодно признался с лёгким сердцем:

— С того момента, как ты по голему долбанула, и у меня аура взорвалась — не-а! А мы как вообще здесь оказались? Это же ваша дача, в смысле, Купферов? Э-э-э… загородный дом?

— Ну да, — подтвердила Милли. — Ну а как оказались… я тебя сюда привезла. На машине. Опричники только погрузить тебя помогли, а уж дальше сама, всё сама! Всё своими руками!