Дорога охотника (СИ) - Ли Ян

И она смотрела на меня.

Глава 16

Пустые глазницы смотрели на меня.

Именно смотрели — не просто были направлены в мою сторону, а именно смотрели. Я чувствовал этот взгляд кожей, затылком, яйцами — всем, чем можно и нельзя чувствовать взгляд каменной статуи, которая по всем законам физики или там, биологии смотреть не должна. Но она про эти науки, видимо, не знала, и распрекрасно смотрела. На меня. В глазницах тлело что-то красное, похожее на угли в потухшем костре, и это «что-то» было явно разумным. Или, как минимум, целеустремлённым.

Охотничий инстинкт выл как сирена, сообщая очевидное: ОПАСНОСТЬ, БЕГИ, СВАЛИВАЙ, ТЫ ИДИОТ, СДОХНЕШЬ НАХРЕН. Причём выл так громко, что я почти физически слышал этот вой — на грани между интуицией и галлюцинацией. Давно такого не было. Даже сумеречный охотник не вызывал такой реакции.

Но я стоял. Не потому что был храбрым — просто ноги отказались двигаться. Классическое «замри» из списка «бей, беги, замри». Самый бесполезный вариант, между прочим. Эволюция, спасибо тебе огромное за этот подарок. Миллионы лет развития — и вот результат: стоишь столбом перед каменной тварью, которая явно хочет тебя прикончить.

Статуя — голем? — не двигалась. Просто стояла там, среди обломков крыши и битого камня, и… наблюдала. Секунда. Две. Пять. Я успел рассмотреть её подробнее: грубо вытесанное тело, угловатые конечности, когти вместо пальцев. Ни лица, ни выражения — только эти тлеющие глазницы да провал рта. На груди — что-то вроде символа, выбитого в камне. Руна? Печать? Хрен его знает, я в местной магии не разбираюсь. В неместной тоже, если что.

А потом она издала звук. На редкость отвратительный звук, надо сказать. Как будто кто-то провёл гигантским когтем по школьной доске, помножил на сто и добавил инфразвука для полноты ощущений. От этого звука у меня заныли зубы, а желудок попытался эвакуироваться через пищевод. Кажется, я даже присел от неожиданности — колени сами согнулись, тело пыталось стать меньше, незаметнее.

Голем сделал шаг. Медленно. Тяжело. Пол под его ногой в любой момент грозил треснуть, по стенам прошла волна вибрации. Куски штукатурки — или что там было на этих древних стенах — посыпались вниз. Эта хрень весила как танк, и двигалась примерно с такой же грацией. Но двигалась. И направлялась ко мне.

Зато ноги наконец-то включились.

— Ыыыы! — выдал я глубокомысленный комментарий и рванул вниз по лестнице.

Ступеньки мелькали под ногами — узкие, неудобные, явно рассчитанные на кого-то с ногами покороче моих. За спиной — грохот. Голем не собирался меня отпускать. Его шаги сотрясали башню, с потолка сыпалась пыль и мелкие камешки. Я слышал, как трещит камень под его весом, как ломаются перила винтовой лестницы.

Третий этаж — магический круг, который я так умно обошёл в прошлый раз. Пробежал мимо, не останавливаясь. Даже не глянул — не до того. Второй этаж — стол с инструментами, пустые склянки. Снёс что-то локтем, не глядя. Зазвенело, покатилось. Первый — почти на выходе…

Сзади раздался оглушительный треск. Часть лестницы обрушилась под весом преследователя. Камни полетели вниз, разбиваясь о пол. Это дало мне пару секунд форы — голем замешкался, выбираясь из завала. Я услышал скрежет — он просто проломил себе путь через обломки.

Вылетел из башни, как пробка из бутылки. Скелеты у входа равнодушно пялились пустыми глазницами — им-то что, они уже своё отбегали. «Интересно, — мелькнула дурацкая мысль, — они от этой хреновины убегали? Может, он их и прикончил?»

Двадцать метров. Тридцать. Обернулся на бегу.

Голем выбирался из дверного проёма. Точнее, выламывался — проём был для него маловат, и камень крошился под напором каменных плеч. Часть стены рядом с дверью обрушилась, подняв облако пыли. Не остановился. Даже не замедлился. Просто прошёл сквозь препятствие, как человек проходит сквозь бумажную ширму. Только бумажная ширма была из камня толщиной в локоть.

— Охуеть, — выдохнул я, ускоряясь, насколько хватало сил и статов.

Он был медленным. Медленнее меня — это точно. Но он был неостановимым. Не уставал, не сбивался с шага, не спотыкался о корни, просто пёр вперёд, как локомотив на рельсах. Или как терминатор — ха, отличное сравнение. Только терминатора хотя бы стильный Шварц играл, а эта хрень — просто глыба камня с когтями.

И он не отставал.

Пустошь вокруг башни закончилась, начался лес. Деревья должны были его замедлить — он же каменный, здоровый, неповоротливый. Логика подсказывала: лес — это препятствие. Много препятствий. Должны были замедлить, но не замедлили. Голем просто ломал их. Шёл напролом, оставляя за собой просеку из сломанных стволов и вывороченных корней. Треск древесины, хруст ветвей — это было как слушать лесоповал, только в ускоренной перемотке.

— Да блять! — Я петлял между деревьями, пытаясь увеличить дистанцию. — Что тебе от меня надо⁈ Я же тебя не трогал! Ну, почти! Я даже на четвёртый этаж не заходил, между прочим!

Голем не ответил. Он вообще не издавал звуков, кроме грохота шагов и треска ломающихся деревьев. Молчаливый убийца. Каменный молчаливый убийца — звучит как название паршивого фильма категории «Б». Или как диагноз психиатра.

Думай, думай, думай… Как говорил кто-то умный, в критической ситуации главное — не паниковать. Хрен там, паника — это нормальная реакция на двухметровую каменную хреновину, которая хочет тебя убить. Но панику можно контролировать. Направлять. Использовать адреналин себе на пользу.

Стрелы? Бесполезно — он каменный. Стрелой камень не пробьёшь, разве что глаза… но у него вместо глаз светящиеся дыры. Копьё? Аналогично. Наконечник сломается, древко разлетится в щепки. Ловушки? Яма не сработает — он просто выберется, у него руки-когти хоть и корявые, но рабочие. Растяжка с гарпуном — он её не заметит, как не заметит укуса комара. Петля… петля на двухметровую каменную тушу весом в полтонны? Ага, конечно, сейчас, только шнурки поглажу. Но что-то же должно сработать? Камень — он ведь не бессмертный. Камень можно расколоть. Камень можно… уронить с высоты?

Обрыв.

Мысль пришла внезапно, как озарение. В нескольких километрах отсюда был обрыв — я нашёл его неделю назад, когда исследовал окрестности. Крутой склон, метров тридцать вниз, к бурной реке с торчащими из воды камнями. Я ещё тогда подумал, что хорошо бы туда не свалиться случайно. Пометил на своей мысленной карте как «опасная зона». А теперь эта опасная зона могла спасти мне жизнь. Если эта каменная сука упадёт туда… Даже камень не выдержит падения с тридцати метров на острые скалы. А если выдержит — хотя бы повредится. Станет медленнее, слабее. Даст мне шанс добить или хотя бы сбежать.

Развернулся, помчался в нужном направлении. Голем следовал за мной, не отставая. Пять минут бега. Десять. Пятнадцать. Я бежал, как никогда в жизни — даже в школе так не бегал, а там за мной гнался Серёга-второгодник, которому я случайно наблевал в рюкзак. Лёгкие горели, ноги горели, что уж говорить о жопе — но я продолжал.

«Неутомимый» из списка талантов сейчас бы очень пригодился. Но я выбрал «Несокрушимого». Сука, как же я сейчас жалел об этом выборе… Хотя нет, не жалел. «Несокрушимый» уже несколько раз спасал мне жизнь. Просто сейчас хотелось и того, и другого. Как говорится, и рыбку съесть, и на…