Эхо Ривеннора (СИ) - Карелин Антон

Я подумал, что такие ответы нужно преподавать в школе куртуазного диалога.

— А что, ты уже жалеешь, что не отобрал Силу? — улыбнулась Ори, легко перейдя в казуальный стиль.

— Нет, не жалею. Тебе идёт быть крутой.

— Благодарю за комплимент, на который я столь бесхитростно напросилась. Но продолжай сводку, Яр, у тебя хорошо получается.

— Картина попала к вам в галерею, наверняка есть какие-то записи, в которых указана дата. Но сложно сказать, когда в пейзаж подселили магией двоих мраконосцев.

— На самом деле не сложно! — вдруг просияла Ориана. — Сейчас выясним.

Она поманила рукой — и ко мне, с достоинством покачивая слегка пыльными боками, подлетела крупная и тяжёлая книга в синем переплёте с серебряной вязью.

— Это каталог галереи, в нём отмечены даты появления всех полотен, указаны имена дарителей или продавцов, а также приведён репринт на момент покупки. Найди нашу картину в алфавитном указателе… пока я чищу потолок и занавески.

Мы усердно принялись за работу, и я справился первым:

— Хм, картину принял в дар лично дядя Бенджи, всего-то пятнадцать лет назад. Источник: Базарат, скорее всего, она неоднократно была у перекупщиков и коллекционеров. Но цена прямо символическая: тысяча воронов, наверняка её истинная ценность куда выше.

— О, безусловно. Продавец явно хотел, чтобы она оказалась внутри Закрытой секции, и теперь мы знаем почему: чтобы мраконосцы могли атаковать меня без свидетелей. Кто продал картину?

— Некий Лаурентис Д.!

— Д.? Потомок художницы с той же фамилией? — предположила Ори.

— Очень похоже.

— Тогда проверь репринт: есть там две маленьких крылатых фигуры на фоне туч?

— Есть! — ответил я через минуту.

— А на изначальной картине Д. их не было! — торжественно подняла палец княжна. — Она их не рисовала, значит, добавил Лаурентис.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что изначальное изображение есть в другой книге, которую я читала в детстве. Сам посмотри.

Она подозвала небольшой и скромно выглядящий томик в потёртой обложке, который выскользнул из далёкой и неприметной полки в самом углу зала. Обложка была пустой и тёмной, без названия и регалий автора — только с вытертым пропечатанным символом, который я тут же узнал, хоть ни разу в жизни не видел. Шпиль башни проходил сквозь круг, словно разрывая границы и оковы, очерченные высшими силами. Это был символ ордена хранителей, который основал Бран — осколок души потянулся к эмблеме, меня охватили одновременно радость и печаль.

Я быстро открыл и пролистал книгу: в ней повествовалась история Ривеннора от очерка по молодым годам Брана до осады города и последствий его крушения. Список богов Союза с портретами, их основные противники — кратко, поверхностно, но очень информативно. Книга была обожжена: её пытались сжечь и вытащили из огня, кто-то стёр надписи на обложке, оставив лишь символ, хотя убрал из него серебрение, чтобы тот стал малозаметен. Внутри, на потемневших страницах, виднелись небольшие рисунки и пометки, сделанные чернильным пером, каракули, похожие на детские. Не рука ли этой юной Ори?

В конце книги нашёлся рисунок нашей картины — очень точный, совпадали все детали, только без двух маленьких крылатых фигур. Собственно, сейчас передо мной висел в точности такой пейзаж, какой был запечатлён в старой книге.

— А можно взять этот томик напрокат? Обещаю вернуть.

— Милостиво дозволяю, — улыбнулась Ориана, домовито спалив паутину, которая скопилась в углу под потолком.

— Ну и крамольные же книги вы читали в детстве, ваша светлость.

— Нет уроков важнее уроков истории. И эту книгу мне дал дядя Бенджи.

— Значит, он был наш человек? — удивился я. — Вот как, не зря Силен пришёл ему и тебе на помощь. Ори, но получается… ты тоже на стороне Брана? Ты понимаешь, какими лицемерами был Гелион Разящий и его коалиция? Они просто защищали своё право на тиранию смертных, а Брана, который освобождал людей, превратили в чучело для пугалок. Светоносные совершили чудовищное преступление, уничтожив Ривеннор.

Ориана слетела вниз, как Мэри Поппинс без зонтика, и приложила палец к моим губам.

— Тише, — сказала она сдержанно и серьёзно. — Да, мы под максимальной доступной защитой, дядя Бенджи не просто так её поставил, и твой Силен наверняка ему помог. Они много лет готовились к этим событиям. Но нельзя недооценивать богов Союза. В конце концов, Свиток Лексора находится в этом комплексе! Конечно, очень вряд ли божеству есть дело до маленького княжества, которое он сотню лет назад бросил на произвол судьбы. Но нам лучше проявлять сдержанность и выбирать слова.

Зелёные глаза смотрели мягко и предупреждающе, теперь стало ясно, почему княжна с самого начала так сдержанно и нейтрально рассказывала про ужасного убийцу Брана и доблестных богов! Зачем так тщательно подбирала слова.

Внутри меня вспыхнуло ликование: всё это время я полагал, что Ори, как глава Антара, по определению находится в числе людей с промытыми мозгами и считает Брана воплощением зла. Хотя он и был спорной личностью, но уж точно не убийцей и злодеем. А оказалось, что некоторые потомки завоевателей прекрасно понимают свою роль в истории и всю неоднозначность их рода, в котором смешалось столько линий и народов после гибели города. Выходит, юная хранительница библиотеки с самого детства читала правильные книги — и сложила собственную картину исторического процесса, отличную от официальной антарской пропаганды.

Меня это очень порадовало.

— Я прочла всё, что было по теме, — словно оправдываясь, развела руками княжна. — И даже девчонке стало ясно, как трагична история Ривеннора. Как равнодушно и по-хозяйски боги Союза относятся ко всем смертным: своих армий и чужих. Люди для них лишь послушное стадо, а Безбожник определённо был не так плох, как они его малевали. Так что… если ты на стороне справедливости, Яр, то мы с тобой на одной стороне.

— Лучшая новость за сегодня.

В глазах Орианы вспыхнули искры, а на щеках румянец, ей было приятно. Она отвернулась, чтобы не демонстрировать свои чувства, и сказала наставительным тоном:

— Продолжайте свой вдумчивый анализ, милорд.

— Потомок художницы Д. или служит демону чёрной крови, или просто действует с ним заодно. Он заключил в картину двух мраконосцев и продал её в Планарную библиотеку, зная, что полотно с запрещённым в Антаре сюжетом обязательно будет храниться в Закрытой секции.

— Звучит логично.

— И два полудемона пятнадцать лет ждали в стазисе, а сегодня сработал какой-то триггер, по которому они освободились и напали на тебя. Зачем? По их собственным словам, чтобы забрать «прекрасное» и «высшее» внутри тебя и отнести хозяину. Но что это может быть?

— Сила? — помедлив, Ориана озвучила единственный напрашивающийся ответ.

— Вроде и да… только не логично. Знали бы мраконосцы, какая внутри тебя прячется мощь, они бы не напали. Вспомни, эта пара считала тебя обычной смертной. Нет, они не понимали, какая Силища в тебе дремлет, для них это стало сюрпризом. Значит, их демонический хозяин тоже не понимал, иначе бы не отправил ценных слуг на убой.

— Чего же тогда они собирались забрать изнутри меня? — озадаченно моргнула княжна.

— Думаю, станет понятно, когда мы узнаем, каков был триггер, почему они пробудились. Ты же и раньше приходила к картине, смотрела на неё, касалась?

— Множество раз.

— Вот именно. И ни разу ничего не случилось, а сегодня они проснулись, почему?

— Из-за тебя, — тихо сказала княжна.

Внутри дрогнуло, ведь она была права, именно я — новый фактор, который изменил ситуацию. Стоп, неужели слуги демона тьмы хотели получить осколок души Брана? Эта догадка встала прямо на своё место в пазле, который собирался у меня в голове, я практически услышал сухое деревянное «щёлк». Вот за чем охотится демон, вот что должны были достать изнутри меня мраконосцы и принести своему владыке. Но они перепутали смертного и атаковали княжну!

Но если так, то опять получается темпоральная путаница: тогда демон чёрной крови каким-то образом за годы до моего появления должен был знать, что к картине придёт человек с осколком души Брана. Конечно, если Д. была провидицей, то её прорицание могло попасть и в чужие руки, а может, потомок с той же фамилией унаследовал и дар.