Чонса (СИ) - "Ла Рок"

— Значит, вы преступники… — тихо уточняю. — Как Слон?

— Андрей, — обратилась к водителю босс Ян, — нас сравнивают с тупым уродом.

— Грубо, — послышалось спереди, — очень…

— То, чем занят Чон ЫнСик с-сонбэ, — выплюнула босс Ян и закрывает книжку, — это прошлый век, а мои интересы лежат в иной плоскости.

Наконец-то мне удалось рассмотреть обложку: «Русско-английский разговорник». Именно эти два языка! Тута, эта… чего тогда получается…

— Значится, вы не местные? — вопросительно хмурю брови.

— Откуда такой вывод?

— Необычное название, — киваю на томик в руках соседки.

— Иногда слова ранят острее меча, — уклончиво говорит босс Ян, — чем больше их запас, тем шире мой арсенал.

На что она намекает? Получается, дедок сказал правду, может, к ней просто ключик не подходит…

«И выхо-о-одит и входит, замечательно выходит!» — проблеск мелькнул внезапно. Почему я чувствую себя ослом? Забавные мультики, только их не хватало.

— Допустим, — привычно говорю на великом и могучем, — интересный выбор языков.

Босс Ян легко согласилась:

— Годится, для сахаллин ханин…

(Сахаллин ханин [사할린 한인] — Самоназвание части этнических корейцев, уехавших на Дальний Восток.)

Удивительное дело, приехав в Корею, мне всё больше встречается какой-то непонятный интернационал! Куда весь местный колорит делся? Что за фигня?! Думаю, глобализация с открытостью страны всему виной.

— Корейцы Сахалина? — задумчиво переспрашиваю.

— Репатриация, — усмехнулась босс Ян.

— Репо… Чего?

— Возвращение на родную землю.

— Получается, вы приезжие?

— Кочка.

Вопросительно поднимаю брови над Фарэрами: я не в курсе таких направлений.

— Остров Сахалин, — мрачно уточнила босс Ян.

— Карафуто?

— Да, японцы называют эти земли именно так. Но ты на них мало походишь, Ангел Тао.

— Я ваще мало на кого похожу.

Слегка улыбаюсь внимательной соседке, замечая, как вздёрнулся уголок её чувственных губ.

— Что получается, имея здесь родственников, я могу тупо приехать и на раз-два выбить гражданство со всеми плюшками?

— Не совсем, — поправляет меня босс Ян, — есть несколько быстрых способов получить вид на жительство в Республике Корея.

— А какие?

— Необходимо принести неоценимую пользу стране, например владеть крупной международной компанией и вложить более пяти миллиардов вон в экономику.

— У меня чутка недостаёт, — правдиво заявляю, локтем пихая налик ближе к двери. Совсем малую-малость…

— Или способствовать национальной безопасности государства.

— Не катит, — вяло констатирую и вслух оцениваю недавние события: — По большей части, у меня выходит наоборот…

— Ну а самый действенный вариант, это репатриация через кровных родственников или брак с гражданином страны, что тебе не светит из-за несовершеннолетия.

— Голяк…

— Столичный выговор идёт тебе, — отстранённо произнесла босс Ян и тихо выдыхает в тонировку окна: — Зачем портить красивую речь детскими жаргонизмами?

— Привилегия несовершеннолетних, — весело ей намекаю.

— Именно поэтому у тебя возникло желание стать знаменитостью, — равнодушно откликнулась босс Ян. — Рок-н-ролл, житуха ради славы, кэш в сумке и мокрые трусики на стадионах, — мгновенно оборачиваясь, она распахнула мёртвые глаза: — Действительно, хочешь?

— Э-э… — тяну, несколько оторопев, — было бы неплохо…

— Замечательно, а нас подрядили сделать из тебя звезду, — оскалилась босс Ян, — чем мы вскоре и займёмся.

Чёт мне сразу расхотелось быть звездой.

(Тем временем) Кабинет президента «ЯГ Интертейнмент». Сеул.

С центрального диванчика зоны отдыха смотрит кореец в тёмном костюме. Недобро сузив близко посаженные глаза, он требует:

— МиМи, видео опубликовали по твоей просьбе?

Напротив владельца кабинета застыла фигурка в простой одежде. Склонив головку с распущенными волосами, она испуганно согласилась:

— Йе, Ян ХёнСок сабо-ним…

— Тебе прекрасно известны условия контракта, ты отлично знакома с обязательной процедурой одобрения публичных выступлений. Объясни, почему?

— Я не могла ждать, сабо-ним…

— Куда неслась?! — сердито вклинился моложавый кореец и подпрыгнул на боковом диванчике: — Мы едва успели оформить авторские права! Теперь штраф заплатишь!

— Хорошо, ГюСик сонбэ… — виновато ответила МиМи.

— А идиотское послание? И кому?! Для ЧонСа?! — рвёт и мечет ГюСик. — Все его видели! Как ты могла говорить ей слова благодарности?! Ты должна её заменить и скинуть в пропасть, как она поступила…

— Я не могу исполнять «Тьму»! — осмелилась громко крикнуть МиМи.

— Что?! — бесится ГюСик, сузив колючие глазки. — Бунт на корабле? Мы тебя вырастили! Сделали тем, кто ты есть! Без нас ты ничто! Что скажем, то и будешь делать! Согласно условиям контракта!

Храбро вскинув голову, девушка сверкает глазами над лихорадочным румянцем:

— Я хочу быть собой.

Рядом с ней замер кореец в офисном костюме. Часто моргая, он переборол сильное удивление от необычного упрямства своей протеже и быстро говорит:

— Саджан-ним, после утреннего видео число подписчиков растёт ударными темпами! Мы легко нагоним отставание из-за случая в аэропорту! Студия готовит полную версию «Сияния», с этой песней камбэк будет невероятным, а ещё сегодня в арт-отделе Ким МиХян получила одобрение на другую композицию…

— КёнДу, а доблестная возмутительница спокойствия знает причину катастрофы в Японии? — ХёнСок удивлённо рассматривает хрупкую девушку, которая застыла от понимания своей дерзости. — Знаешь, кто увёл твоих фанов? Виновата ЧонСа.

— До меня дошли слухи, — потупилась МиМи и тихо говорит: — Помню аэропорт Ханэда, там я была сама не своя… ей стало очень плохо… но я не остановилась… хотя могла… я боялась…

— И ты послала ей благодарность?! Что у тебя в голове? Совсем из ума выжила! Да ты…

— ГюСик! — ХёнСок одёрнул личного помощника и пристально смотрит на девушку: — Ум… Есть другие песни?

— Йе, сабо-ним! — отрывисто кивнула МиМи. — Они давно вертелись рядом, но обрывки никак не складывались, а после выступления в универмаге меня осенило. Теперь я часто вижу музыку, когда закрываю глаза… это… как благословение…

— От ангела, по имени ЧонСа! — ехидно скривился ГюСик.

— Которую до сих пор не могут найти! — ХёнСок громко упрекнул личного помощника, тот сразу просёк ситуацию и прыгнул с диванчика, виновато сгибаясь перед главой компании.

— Саджан-ним, песням МиМи стоит уделить особое внимание! — КёнДу низко поклонился, утянув за собой хрупкую девушку.

— Арассо, — смилостивился ХёнСок, оценив учтивость сотрудников. — А потом мы обдумаем наказание за нарушение условий контракта, — повелительно махнув рукой, он говорит девушке: — Ум… иди занимайся.

«Странники»

Во время стихийного переселения многие этнические корейцы отправлялись в Российскую империю и Союз, это так называемые: Корё сарам и Сахаллин ханин.

235

(6 декабря 16:16) В чёрном джипе. Сеул.

Мы едем в тишине. Необычная соседка вернулась к книжке в руках, пока водитель со странным именем крутит руль, а я обнимаю пакет с деньгами и смотрю в окно, где рыжие пустыри сменились россыпью многоэтажек столицы.

Тяну воду из трубочки: лёд в стакане растаял, давно кончилась газировка.

Увесистый кулёк меня беспокоит. Основная заковырка в том, что там местная валюта, а не доллары. Почему дурацкие аристократы не могли вручить баксы, как договаривались? Конечно, чудик виноват, это он не мог нормально объяснить сеструхе, всё у них через одно мягкое место!

Расплатились, ксо! На тебе пакет с «кирпичами», и теперь носи его, опасаясь таких странных попутчиков. Будь у меня нормальная «зелень» из десятка пачек, тогда их легко распихать по карманам, сразу появляется мобильность, позволив удрать, сейчас же…