Алексей Небоходов
Изолиум. Невозвращенцы
Глава 1
Утро встретило друзей холодным светом и запахом ночного дождя. На крыльце особняка стояли Денис и Даша с Машей – девочкой с белыми глазами. Рядом с ними – профессор Самолётов, Илья, Фёдор, Лиза и Оксана. За спинами – отряд Овсянкина: десять человек в униформе Изолиума, вооружённые.
– Все готовы? – спросила Даша, поправляя рюкзак.
– Пора, – коротко кивнул полковник Овсянкин. – До северного входа пешком пару километров, дальше подземные коридоры. Головин ждёт раньше – план изменили: будет торжественная встреча.
Денис и Даша переглянулись: вместо тихого проникновения пару ждала толпа, камеры и пресс-служба.
– Чем грозит?
– Повышенным вниманием, – ответил Овсянкин с отвращением. – Головин любит спектакли.
Развернувшись, отряд двинулся цепочкой в туман. Маша шагала между Денисом и Дашей, и её белые глаза зорко всматривались в лес. Тропинка вела через редеющие дачи с провалившимися крышами, где давно не жила цивилизация.
Через час вышли к маскировке института – маленькому бетонному сооружению. Спустившись в коридор под мягким голубым светом, Овсянкин предупредил:
– В Изолиуме всё записывается. Говорите только то, что можно слышать Головину.
Маша касалась стен, ловила эхо. Денис шепнул:
– Как объясним отсутствие Ока Далии?
– Уже включил в отчёт: захватил нападавший. Головин будет недоволен, но дитя с белыми глазами интереснее артефакта.
Когда профессор поинтересовался размерами Изолиума, Овсянкин ответил с гордостью:
– Двадцать тысяч человек, три уровня: технический, жилые кварталы и мраморные залы администрации с храмом Осона.
Коридор упёрся в стальную дверь с символикой. Овсянкин приложил сканер – дверь отъехала, открыв путь в главный зал.
– Здесь начинается настоящий путь, – бросил полковник, переводя группу к боковому входу.
За неприметной дверью ощущался запах сырости, вода хлюпала под ногами. Узкий тоннель семидесятых вёл глубже: аварийные лампы, свисающие ржавые прутья. Овсянкин предупредил об обвалах, и отряд шёл гуськом, поддерживая друг друга.
Вскоре коридор расширился до круглого зала с массивной банковской дверью. Полковник снова приложил ладонь, произнёс код по распоряжению Головина – тяжёлый стальной массив медленно отъехал. Яркий свет хлынул внутрь, озаряя лица.
Когда глаза привыкли к свету, перед группой открылось зрелище, от которого перехватывало дыхание. Громадная подземная пещера размером с несколько футбольных полей. Но не обычная пещера – целый город с домами, улицами, площадями. В центре возвышался огромный купол из стекла и металла, от которого расходились широкие проспекты. Здания между ними располагались концентрическими кругами – от простых одноэтажных построек на периферии до величественных многоэтажных строений ближе к центру.
Над всем этим под потолком пещеры сияло искусственное солнце – громадная световая панель, имитирующая дневной свет. От панели исходило мягкое свечение, создававшее иллюзию весеннего дня.
– Невероятно, – прошептал профессор, и его глаза расширились от изумления. – Настоящий город под землёй.
– Добро пожаловать в Изолиум, – сказал Овсянкин, и в голосе смешались гордость и горечь. – Последний оплот цивилизации. По крайней мере, так говорит Головин.
Отряд вышел на широкую площадку, откуда открывался панорамный вид на город. Под участниками экспедиции располагалась транспортная развязка – электрические вагончики, похожие на маленькие трамваи, сновали по узким рельсам, перевозя пассажиров.
– Нас уже заметили, – заметил Денис, указывая на людей, собирающихся внизу. Десятки, затем сотни людей – женщины, мужчины, дети – выходили из домов и магазинов, устремляясь к центральной площади перед куполом.
– Головин объявил о вашем прибытии по общегородскому радио, – пояснил Овсянкин. – Это часть представления. Идёмте, нас ждёт транспорт.
Группа спустилась по широким ступеням к станции, где уже стоял готовый к отправлению электромобиль – длинный, обтекаемый, из трех соединенных секций. Корпус сиял полированным металлом с золотыми вставками, через тонированные окна виднелись мягкие кожаные сиденья. На дверях красовалась эмблема Изолиума, подсвеченная голубым светом.
Когда все заняли места, водитель в белой форме коснулся сенсорной панели. Электромобиль тронулся бесшумно, и только лёгкое гудение выдавало работу двигателя. За окнами проплывали здания – ухоженные, свежевыкрашенные, с цветами на подоконниках. Повсюду виднелись электромобили меньшего размера – одни скользили по дорогам, другие стояли у зарядных станций.
– Почему нас так приветствуют? – спросил Фёдор, глядя на людей, останавливающихся при виде транспорта. – Ведь они не знают, кто мы.
– Знают, – ответил Овсянкин. – Головин сказал жителям, что вы – научная экспедиция, героически вернувшаяся с поверхности. Что привезли ценные артефакты и знания, которые помогут восстановить мир.
– И верят?
– Здесь верят всему, что говорит Головин, – пожал плечами полковник. – Альтернатива – выселение наверх. А это равносильно смертному приговору.
Электромобиль плавно остановился у центральной площади, где уже собралась внушительная толпа. Люди стояли плотными рядами вдоль специально огороженных дорожек. По краям площади были аккуратно припаркованы десятки одинаковых белых электромобилей с символикой службы безопасности.
– Не обольщайтесь, – тихо сказал Овсянкин, когда выходили из салона. – Половина людей – члены службы безопасности в гражданском. Остальные пришли по разнарядке. За отсутствие – штраф.
Толпа приветствовала аплодисментами и радостными возгласами. Но Денис, внимательно наблюдавший за лицами, замечал странную картину – некоторые люди улыбались искренне, с любопытством и надеждой. Другие – как по команде, с пустыми глазами и механическими движениями. Будто два разных народа смешались в этой толпе – настоящие люди и безупречные манекены.
Маша крепче сжала руку Даши, белые глаза испуганно смотрели на толпу.
– Что с тобой? – тихо спросила Даша.
– Странные, – прошептала девочка. – Некоторые… пустые внутри. Как куклы.
Даша озадаченно посмотрела на Дениса, но тот лишь слегка кивнул – и сам заметил странное различие.
Группу провели по центральной дорожке к огромному зданию под куполом. Вблизи строение оказалось ещё внушительнее – сочетание стекла, металла и натурального камня, с высокими колоннами и широкой лестницей, ведущей к главному входу.
По обеим сторонам лестницы стоял почётный караул солдат в парадной форме Изолиума – белые мундиры с голубыми нашивками и символом города на груди. Лица были бесстрастны, спины неестественно прямые.
На верхней площадке лестницы стоял человек в длинном белом одеянии, напоминающем римскую тогу. Высокий, худощавый, теперь с длинными волосами и аккуратно подстриженной бородой. Лицо сочетало черты учёного и пророка – высокий лоб, глубоко посаженные глаза, тонкий нос, жёсткая линия рта.
– Виктор Головин, – представил Овсянкин, хотя в этом не было необходимости. Все узнали человека, чьё имя значилось на документах проекта «Завеса». Человека, отключившего свет для миллиардов, чтобы создать собственное маленькое солнце.
Головин медленно поднял руки, и площадь мгновенно затихла. Даже дети перестали шуметь. Тишина была абсолютной, почти физически ощутимой.
– Граждане Изолиума! – голос Головина, усиленный скрытыми динамиками, разнёсся над площадью. – Сегодня великий день для нашего города! День, когда возвращаются герои! Научная экспедиция, отправленная на поверхность для поисков священных артефактов Осона, вернулась с ценными находками и знаниями!
Толпа взорвалась аплодисментами. Камеры на высоких штативах поворачивались, записывая каждый момент для трансляции по Изолиум-ТВ.
– Особая благодарность, – продолжил Головин, указывая на Дениса и Дашу, – молодым людям, проявившим невероятное мужество и находчивость! Они прошли через испытания и опасности, чтобы вернуться к нам с сокровищами мудрости!
