— Я и не хочу.
— Мы не хотим, — сказал Амос. — Ты хотел сказать, мы не хотим. Ни ты, ни твоя стая.
— Мы не хотим.
— Великолепно. Тогда никаких проблем. И отдай Бутчу свои вещи, хорошо? И брось пистолет.
— Да, сэр.
Амос прошел обратно в ангар. И конечно, Персик стояла в дверном проеме, скрестив руки. Он вытер свои руки. Костяшки кровоточили.
— Видишь, вот это и есть цивилизация, — сказал он. — Куча историй. Вот и все.
— И что с того, если так? — сказала Персик. — Мы действительно хорошо рассказываем истории. Все катится в дерьмо, а мы уже находим способы, как все вернуть обратно. Стокс и остальные слуги были готовы драться и погибнуть, но я назвала его имя, он вспомнил меня, и теперь эта история о том, как он хочет нам помочь. Ты вышел наружу и послал сообщение, чтобы те парни оставили нас в покое. Всех нас. Больше, чем шестерых или семерых. И заметь, ты ведь знаешь, что ребята из Пинкуотера вернутся и попытаются тебя за это убить, верно?
— Нужно просто, чтобы они подольше готовились, — сказал Амос. — Думаю, к тому времени мы уже будем высоко.
Стокс возник сзади Персика с виноватым выражением.
— Насчет этого… Есть небольшая проблема.
Ангар был высотой с кафедральный собор, а «Чжан Го» стоял посреди него, как экспонат гигантского искусства. Поверхность корабля была похожа на золотую и серебряную филигрань на лазурном корпусе. У конусов двигателей были похожие на золотые идеограммы, но, по-видимому, не плавившиеся при высокой температуре. Он мог сказать, что у него нет двигателя Эпштейна. В два раза больше, чем «Росинант», возможно, четверть его функций, это был такой же орбитальный челнок, как и произведение декаданса.
И еще неисправный.
— Источники питания в доме исчерпаны, — объяснил Стокс. — А без энергии никакой рециркуляции воды. Никакого тепла. Никакого соединения с сетью.
— Так, — сказал Амос. — Как вы понимаете, было очень разумно собрать кучу людей, которые никогда не видели рабочего термоядерного реактора, чтобы они запустили один из них, просто с целью зарядить батареи? Такой самоубийственный оптимизм не каждый день встретишь.
Стокс пожал плечами.
— Корабль был здесь только потому, что нуждался в ремонте. У нас ни за что не вышло бы запустить его.
Амос похлопал мужчину по плечу.
— Ты просто дай мне все инструменты, что у вас есть. Я в этом кое-что понимаю.
Стокс рысью побежал прочь, окликая остальных из своей группы. Люди Эриха, вроде как, устанавливали охрану периметра и заодно высматривали, чем бы ценным набить карманы. Эрих и Персик подошли и встали рядом с ним.
— Насколько глубоко мы в жопе? — сказал Эрих.
— Не знаю, — сказал Амос. — Как первое предположение — что-то странное с источником питания. Слишком шумит. Плохое соединение. Из-за чего-то сработало безопасное отключение. Но чтобы понять причину, надо лезть между корпусами и смотреть.
— Я помогу тебе прозвонить цепи, — сказала Персик. Эрих посмотрел на нее, удивленный. — Я несколько месяцев провела в качестве техника-электрохимика, — сказала она.
— Ну само, бля, собой, так и было, — сказал Эрих.
— Ты взял деку? — спросил Амос.
— Конечно, — сказал Эрих. — А что?
Амос указал на конус двигателя подбородком.
— Ты можешь запустить диагностику, а я могу объяснить тебе, что значат выходные данные.
Эрик нахмурился и задумчиво почесал шею своей крошечной рукой.
— Конечно. Полагаю, я могу это сделать.
Персик кашлянула, затем усмехнулась.
— Эрих? Ты когда-нибудь убивал кого-нибудь?
— Я управлял нарко-империей в Балтиморе, — сказал Эрих. — Конечно я убивал. А что?
— Ничего, — сказала она. — Просто мы здесь, трое убийц, а то что нас может спасти, если это вообще возможно, так это умение ремонтировать ядерный реактор.
Эрих улыбнулся:
— Мы вроде бы неплохо для этого подходим, да?
— Это да, но, думаю, лучше бы поставить какой-то дозор, пока мы этим занимаемся, — сказал Амос. Мой план свалить отсюда раньше, чем вернутся проблемы, может и не сработать.
— Я могу попросить Стокса помочь и с этим тоже, — сказала Персик. — Они не могут драться, но могут постоять на шухере. И еще я могу попросить нескольких из них, кто посмекалистей, помочь нам собрать корабль, если хочешь.
— Чем больше, тем лучше, — сказал Амос. — Только пусть руками ничего не трогают, пока мы им не скажем.
— Когда будем уходить, возьмем их с собой? — спросила Персик.
— Ага, — сказал Амос.
Она ухмыльнулась.
— Потому что они племя?
— Чёрт, нет. Моё племя — это команда «Роси», может, ещё вы двое и одна мертвая женщина. На самом деле мне будет насрать, если сдохнут все эти ушлепки.
— Тогда зачем их брать?
Один из людей Эриха что-то сказал и другой засмеялся. Ещё один присоединился к этому. Амос потер мозоли на кулаке и пожал плечами.
— Кажется, это влияние Холдена.
Глава 41: Наоми
Наоми подняла ручки тренировочного станка над головой, а затем медленно опустила их. Сарта сидела на коробке с гелем сопротивления и смотрела на нее, как скучающий посетитель на зверушку в зоопарке. Наоми это не волновало. Они не разговаривали. Ни о чем. Наоми была одна при принятии важных решений.
Лучшим трюком, она решила, будет забрать все скафандры, а не один. Если испортить данные, то никто не узнает, что она забрала что-то. Но, если сломать только шкаф костюмов, это будет подозрительно. Она подняла ручки снова. Мускулы в ее руках и плечах болели. Она опустила их назад, смакуя боль. Если бы она могла получить один из сканеров, которыми она пользовалась раньше, она смогла бы загнать фальшивые данные в систему. Забить её тысячами призраков и миллион вакуумных костюмов заполнит каждый сантиметр корабля. Тогда, даже если она не сможет стереть данные, она сделает их бесполезными. Только была проблема….
Раздался предупреждающий клаксон. Сердце Наоми провалилось в живот. Они готовились к отключению двигателя и переходу к свободному падению. У неё кончилось время, но она ещё не была готова. Снаружи корабля пуповина всё ещё была на месте. Как только её втянут, «Пелла» и «Чецемока» разделятся и все её хрупкие надежды умрут. Она бросила рукоятки и кабель вернул их на место, готовых для следующего человека.
Она не была готова и не собиралась, но это не значило, что нельзя попытаться.
Она прошла несколько шагов к гелю сопротивления и кивнула охраннику. — Иду в туалет.
— Дык была уже.
— Собираюсь снова, — сказала она, разворачиваясь прочь.
— Слышь, какого хрена. Эй! — Наоми сделала вид, что не замечает женщину, и прислушалась, как та слезает вниз позади нее. До этого момента она была образцовым заключенным, и такое неповиновение выбило Сарту из колеи. Ну, так и было задумано. Снова зазвучала тревога, а потом обратный отсчет. Нулевое g через три. Два. Наоми обеими руками ухватилась за дверную коробку. Один. Верх и низ исчезли, и она сжала свое тело в тугую пружину, и рванулась к Сарте. Обе ее ноги врезались в живот охранницы, отбросив ее назад через все пространство комнаты. Та схватила левый ботинок Наоми, и сорвала его, когда крутясь, отлетела прочь. У нее заняло несколько секунд, чтобы добраться до другой стороны комнаты и от чего-то оттолкнуться. Вот теперь-то все и началось. Сарта уже кричала.
Наоми швырнула себя сквозь люк, потом дальше, по коридору, слишком быстро для безопасного движения. У нее оставалась минута. Осталось меньше минуты. Неужто она и правда думала, что сможет вскрыть шкаф, натянуть костюм и запустить цикл шлюза? Тогда математика говорила, что это сработает. Сейчас представить это было невозможно.
Сарта была где-то сзади, она кричала. Поднимала тревогу. Но Наоми уже повернула за угол. Если она будет вне поля зрения Сарты, той придется догадываться, где она свернула. Если повезет, это даст ей несколько дополнительных секунд. Ей нужны были только секунды. У нее были только они. Шлюз экипажа был закрыт. Она запустила протокол открытия внутренней двери и начала открывать шкафы. Только бы кто-нибудь прозевал, ну хоть кто-то. Оставьте его незапертым. Металл громыхал и подавался под ее пальцами, и она тянула, и тянула, и тянула. Пуповину еще не отцепили? Они что, втянули ее внутрь? Кажется, должны были.
