— Там ничего не падало, — перебила Авасарала.
— Да, но у них осела бо́льшая честь пепла. Мои люди прорабатывают маршруты и возможные потребности. Информация с поверхности весьма отрывочная.
— Пояс? — спросила она.
— Пояс есть Пояс, — ответил Пикиор. — Широкое разнообразие откликов. Ганимед пока держит нейтралитет, но он крепко сидит в зоне контроля Вольного флота. Если мы сможем предложить защиту, скорее всего они будут за нас. АВП разделился. Только станции Тихо, Келсо и Рея осудили действия Вольного флота. Троя и Япет молчат. Бо́льшая часть остальных... они за Вольный флот. Пока им будут обещать провизию, сырье и защиту, заставить астеров организоваться будет трудно, даже если предположить, что они этого хотят.
Саузер откашлялся. Его высокий голос напоминал пение.
— Мы проанализировали записи передач «Лазурного дракона». Они указывают на то, что прямо сейчас на Церере идет встреча руководства Вольного флота. Инарос и четыре его капитана.
— Что за встреча? — рявкнула Авасарала.
— Похоже, никто не знает. Но у нас нет подтверждений о наличии второго корабля-наводчика. Мы смогли определить еще семь метеоритов, направляющихся к Земле, следим за ними и готовы перехватить.
То есть, они наконец свободны. Авасарала подалась вперед, прижав пальцы к губам. Ее разум заметался по всей Солнечной системе. Станция Медина. Рея, выступившая против Вольного флота. Продовольствие и поставки с Ганимеда. Голод и смерть на Земле. Марсианский флот, разделившийся между таинственным Дуарте и Смитом. Теперь Ричардс. Потерянные колонии. АВП Фреда Джонсона и фракции, которые он не контролирует. Корабли колонистов, страдающие от нападений пиратов Вольного флота, и станции и астероиды, получающие прибыль от пиратства. И пропавшие корабли. И украденный образец протомолекулы.
Она перебирала десяток возможностей — передислоцировать силы на станцию Тихо и поддержать Ганимед, блокировать Палладу и попытаться отрезать Вольный флот от поставок, организовать защищенную зону для кораблей колонистов — и отбрасывала их. Тысячи дорог, и никак не узнать, куда они приведут. Если она выберет не ту, это может означать крушение всего, что еще оставалось.
Но Марко Инарос со своими капитанами находятся в одном месте, и ее флот свободен.
— Удача любит смелых, так? — сказала она. — Хрен с ним. Давайте вернем Цереру.
Глава 11
Па
За семь десятилетий до рождения Мичо Па Земля и Марс пересмотрели соглашение о тарифах на необработанную руду с Пояса. Официально причиной объявили поддержку создания и расширения перерабатывающих предприятий в Поясе, а также около Юпитера и Сатурна. Возможно, это даже сработало. Но в краткосрочной перспективе это значило, что разведчики недр Пояса и шахтёры с астероидов, которые и так существовали на грани выживания, соскользнули за край, в бездну. Одни суда были арестованы, владельцам других пришлось перейти на нелегальное положение; некоторые, будучи не в состоянии платить за своевременный ремонт и обслуживание, исчезали вовсе. Земля и Марс в те времена шли рука об руку, и для Пояса единственной надеждой получить хоть какое-то правосудие оставалось только создание собственных вооружённых сил.
Это происходило неофициально. Альянс Внешних Планет выживал, будучи нелегальным и разобщённым. Однако начало было положено именно тогда. Создание группировки, построение командной структуры, формирование тонкого, но прочного скелета, которому ещё предстояло обрасти мускулами, стать ответом на продвижение власти внутренних планет туда, где Солнце казалось лишь самой яркой звездой.
Когда Мичо Па исполнилось двадцать два, Фред Джонсон, Палач станции Андерсон, стал для неё чем-то вроде луча надежды. Землянин, сражающийся за Пояс. Идущий против собственной выгоды. Ей, тогда совсем юной и ветреной, это придавало стойкости. Она нашла место на станции Тихо, и, сначала установив контакты, стала приверженцем его дела. Обучалась в полувоенном формировании, образованном Джонсоном. Взрослела.
Тогда Па была истинно верующей. Маленькая наивная формалистка. Но это до «Бегемота».
Назначение старшим помощником на первый настоящий военный корабль Пояса стало для неё исполнением мечты. Этот тип кораблей не предназначался для боя, но его экипаж был готов сражаться. Так она себе говорила.
Командование принял капитан Ашфорд, Па стала его помощником. Третьим за ними, начальником службы безопасности, назначили личного друга Фреда Джонсона, Карлоса де Бака. Быка. Её наставника, которому предстояло взять управление на себя, как только она в первый раз ошибётся. Па его возненавидела. Она использовала каждую доступную возможность его унизить. Отслеживала и вытаскивала на свет любую его оплошность. «Бегемот» шёл к кольцу, чтобы нагнать страху на Землю и Марс. Чтобы показать, что Пояс — сила, с которой нужно считаться. Всем, и наверху, и внизу. А Па сочла своим долгом показать Быку, что она лучше него.
И потому её сильно ранило то, что Сэм приняла его сторону.
Они же всё обсуждали, она и Сэм. Как важно сохранить в тайне их отношения. Как не дать никому — особенно из командования — о них догадаться. И Сэм соглашалась, может быть, потому, что на самом деле не была против. А может быть, для того, чтобы успокоить неуверенную в себе Мичо. А потом Сэм и Бык стали играть с бюджетом. Па восприняла это как предательство, глубочайшее из возможных. Сэм, её Сэм действует заодно с землянином. С землянином, которого подослал Фред Джонсон, присматривать за никчёмными астерами.
Это стало первой её ошибкой в цепи многих последующих. Мичо позволяла эмоциям ослепить себя, игнорируя мудрость и опыт Быка до тех пор, пока дела не пошли из рук вон плохо. Несмотря на все потери после той катастрофы, она не смогла распознать в ярости и неустойчивой психике Ашфорда симптомы повреждения мозга. Не смогла отстраниться от своей веры в иерархическую цепочку командования.
И она не успела помириться с Сэм прежде, чем Ашфорд ее убил.
Фред Джонсон послал её в этот вихрь потому, что она из астеров, а ему понадобилась марионетка. Па не была готова, но оказалась кстати. И из-за этого погибли люди.
«Бегемот» не вернулся через врата. Его разобрали, перестроили магнитный барабан и опять переименовали в станцию Медина. Мичо Па отправили обратно, на станцию Тихо, на марсианском военном корабле — после больших потерь в медленной зоне там появилось много пустых кают. Едва добравшись до дома, она тут же подала в отставку. Даже душ не успела принять. Па уволилась отовсюду — со своей официальной работы на Тихо, с военной должности в ополчении АВП. Фред Джонсон слал ей личные сообщения. Мичо даже не знала, что в них, удаляла их не читая.
Она растерянно хваталась то за одну работу, то за другую. Старалась скрывать ночные кошмары и сдерживать плач. Она водила корабль утилизационной компании, иногда промышлявшей пиратством. Руководила торговым кооперативом, не прописанным в тарифных ведомостях — фактически контрабандой. Управляла складским комплексом на Рее для полукриминальной группировки с Титана, там её и нашли Надя и Бертольд. Через полгода Па поняла, что влюблена в обоих, и ещё через четыре месяца — что и они к ней неравнодушны. День, когда они впервые поселились вместе в дешёвой дыре с разреженным воздухом в полукилометре от поверхности спутника, стал одним из лучших в её жизни.
Остальные пришли к ним каждый по-своему. Лаура и Оксана — вместе. Потом Джозеф. Эванс. Вступление каждого из новичков в их брак она воспринимала как расширение своего клана. Они — её близкие. Не политики, не военачальники, не люди, облечённые властью. Они оказались по разные стороны — Пояс с его борьбой и вратами, которые Па помогла открыть, и члены её семьи, их голоса и тепло тел.
Однако мечта не умерла. Идея о сильном астерском флоте, который когда-нибудь сможет тягаться с флотом Земли и Марса и потребовать уважения, тлела где-то в глубине подсознания, но продолжала жить.
