И это было плохо.
- Шторм подходит к докам, - сказал Алекс, и его голос звучал, как рассыпающийся пепел. - Если у кого-нибудь есть хорошие идеи, я слушаю.
Руки и ноги дрожали от усилий, пот заливал глаза. Она рискнула взглянуть вниз. Её команда двигалась за ней, но они были только на полпути. В этот раз будет только она.
Голоса донеслись с командной палубы. Резкие, рявкающие приказы. Бряцание, вероятно из оружейного шкафчика. Они знали, что времени не много, но думали, что ей предстоит покрыть значительно большее расстояние, чтобы добраться до них. Лифтовая панель поползла в сторону, и она подтянулась вверх, схватив чей-то локоть в синем форменном рукаве, вытягивая человека в проем и запуская вниз. Он отскочил от пары стен, прежде чем ему удалось уцепиться, и к тому времени на него были направлены пушки её людей, а Бобби попала через открывшийся люк на командную палубу.
Три человека, в амортизаторах самого странного вида, который Бобби доводилось видеть. Бобби подняла пистолет. Да уж, определенно, экипаж недоукомплектован.
Светловолосый мужчина увидел её первым и взвизгнул:
- Коммандер Дэвенпорт!
Старший выдвинулся вперед. По крайней мере, он был старше, чем остальные. Но он по-прежнему выглядел как молокосос.
- Заводите нас в доки! Во что бы то ни стало!
- Я сержант артиллерии Роберта Дрейпер, Марсианский Десант, - рявкнула Бобби. - Убью любого, кто коснется управления.
Дэвенпорт дерзко вздернул подбородок.
- Вы слышали приказ.
- Не надо так, - сказала Бобби. - Вы знаете, чем всё закончится. Ваши люди умрут. Мои тоже. Как и множество гражданских, если для уничтожения корабля мне придется протаранить им станцию. Я сказала. Не прикасаться к элементам управления.
Пилот вздрогнул, взглянул на Дэвенпорта. Тот пристально пялился на неё, как на свою смерть. Будто пытался уговорить себя быть храбрым, но пока ещё не справлялся. И это был шанс, в промежутке между тем, кем он был, и кем он пытался быть. Убийство этих троих не повлияло бы на ситуацию на инженерной палубе. Не спасло бы Амоса. Позади её люди вплывали на командную палубу. Хотела бы она, чтобы они подошли позже. Большее давление на лаконианцев только укрепит их решимость. И когда она заговорила, то попыталась придать своему голосу спокойствия и сделать его примирительным.
- Вот наша ситуация. Либо умрут все ваши люди, и мои тоже, либо мы все будем жить. Сейчас вы должны решить, стоит ли наша группа дилетантов и придурков лучшего экипажа Лаконии.
- Э! - воскликнул кто-то из ее команды. Она проигнорировала его.
- И вы ждёте, что я поверю, что вы не украдете корабль? - спросил Дэвенпорт.
Ну, до настоящего момента я такого не планировала, - подумала Бобби. Но раз уж ты об этом упомянул...
- Я не говорю о корабле. Я говорю о вас, и всей вашей команде, которая либо попадет в шлюз, со скафандрами и кислородными баллонами, либо умрёт здесь.
- Я видел вашу работу, - сказал он. - Если мы сложим оружие, вы все равно нас убьёте. У вас нет чести.
- Прикуси нахер язык, - взревела Бобби. - Я Марсианский Десантник. И если ты это переживешь, спросишь потом у своих стариков, что это значит. И они расскажут тебе, как тебе повезло, что я не разорвала твою жопу просто за эти слова. Если я говорю, что ты и твоя команда в безопасности, значит ты в долбаной безопасности.
Дэвенпорт молчал, но за его упрямством теперь скрывалось что-то ещё. Она полагала, что это может быть надежда. Она вызвала Амоса.
- Эй, здоровяк.
- Хей, Бабс, - сказал он. Его голос казался взволнованным. - Я пробился на инженерную палубу. Дай ещё пять минут, и я сожгу этого ублюдка. Может, откусим кусок станции, когда взорвемся, но как по мне, это уже не наша проблема. Ты как там?
- Твоя команда должна остановиться, - сказала она. - Никаких агрессивных движений в сторону врага. Подтверди.
На линии повисла тишина.
- Это не тот план, который я слышал, - сказал Амос.
- Амос, слушай меня. Стойте. Не взрывайте корабль. И если кто-нибудь там убьет какого лаконианца, я лично его пристрелю. Включая тебя. Понял?
- Ага.
- Жди. Если мне понадобится, чтобы ты вернулся к плану "А", я дам тебе знать через минуту.
Дэвенпорт смотрел на команду, столпившуюся позади неё. И хмурился. Бобби почувствовала, что вдыхает через раз. Она ждала.
- Тридцать секунд, мистер Дэвенпорт, - сказала она.
- Вы выбрали не ту сторону, канонир, - сказал Дэвенпорт. - Вам следовало быть одной из наших.
Двадцать пять минут спустя, выживший экипаж Грозового Шторма, связанный друг с другом, ждал в грузовом воздушном шлюзе. Руки стянуты за спинами, щиколотки скованы вместе, а от маневровых двигателей скафандров отключены баллоны с топливом. Амос и человек из его команды в последний раз проверяли замки на костюмах, и привязывали к коленям аварийные маяки. Командир Лаконианцев теперь наблюдал за Бобби с видом человека, планирующего месть.
Амос постучал по лицевому щитку шлема Дэвенпорта, чтобы привлечь внимание.
- Как дышится там? Воздух хорошо поступает? Если нет, самое время сказать.
Он кивнул, являя собой прекрасное физическое пособие по негодованию.
За пределами Шторма, корабли уходили через врата по графику, придуманному Наоми. Большинство из них направлялось в маленькие колонии, туда, где была наименьшая вероятность столкнуться с судами, ожидающими возобновления транзита. Но некоторые отправлялись в хорошо освоенные места, такие как Комплекс Бар Гаон, надеясь на собственную способность избежать любого отслеживания с той стороны, чтобы обеспечить безопасность. Оставалось немногим больше часа, когда по плану должен был уйти последний корабль, а вслед за ним, смог бы уйти и Шторм. Если все пройдет правильно, датчики Медины будут тонуть в своих диагностических судорогах ещё как минимум четыре часа. А у пленников достаточно воздуха на десять. Шестичасового окна должно было быть более чем достаточно, чтобы их подобрали.
Амос показал ей большой палец, и Бобби кивнула. Он отстегнул трос от палубы шлюза, оттолкнулся и проплыл, чтобы остановиться рядом с ней. Бобби запустила цикл шлюзования, и когда внешняя дверь открылась в более темное, чем космос, пространство медленной зоны, коснулась радиопередатчика.
- Хорошо, - сказала она. - Давайте-ка посмотрим, работает ли управление так, как они рассказали.
- Понял, боссманг, - отозвался её новый пилот-астер.
Шторм сместился, слегка подался в сторону. Пленники, казалось, уплывали, хотя на самом деле двигалась Бобби. Далеко в темноте, чей-то факел привода вспыхнул звездой, и погас, уходя сквозь кольцо.
- Хорошо, - сказала она. - У нас порядок. Удостоверьтесь, что мы отойдем достаточно далеко, прежде чем включим привод. Я не для того их спасала, чтобы вы могли сжечь их факелом.
- Sa sa, - подтвердил пилот.
- Алекс? - позвала она, но вспомнив, что костюм всё еще находится в режиме малой мощности, изменила его и попыталась ещё раз. - Алекс? Какая у нас обстановка?
Но ответил другой голос. Бобби потребовалось несколько секунд, чтобы узнать его.
- Мы тут тремся возле Медины, в готовности к эвакуации.
- Хьюстон? - спросила она. - Это ты?
- Теперь, когда вы, мудачьё, убедились в безнравственности централизованной власти? Да, я. И готов принимать извинения, как только вы выжмете подгузники.
- Он будет доволен, - спокойно сказал Амос. - Я вроде как даже соскучился по нему.
Бобби отключила микрофон.
- Понять не могу, это у тебя сарказм или что? Мне нужно знать такие вещи, - и включила микрофон обратно. - У нас поменялся план. Не надо нас подбирать.
- Никак нет, - возразил Алекс. - Я вас тут не брошу.
- Мы летающий эскорт, - сказала Бобби. - Шторм теперь наш.
- Да ладно? - поперхнулся Алекс, и завопил. - Святое дерьмо, ты взяла приз? Похоже, в конце концов, ты добыла себе собственный корабль, Капитан Дрейпер.
