Annotation
Стать королем Баварии в восемнадцать лет? А что тут такого? Особенно если в Людвиге, которого прозвали самым романтичным королем, поселился старый циник из двадцать первого века. Благодаря ему Германская империя стоит на грани войны с Францией. А сам Людвиг застрял с войсками в Швейцарии. Что будет дальше? Еще одна мировая война (это уже будет Вторая мировая. если первой считать Наполеоновские войны)? Или король Баварии опять что-то придумает? Поживем- увидим.
Я — король Баварии 3 ((Немного богатый Людвиг))
Пролог
Глава семьдесят пятая. Римские каникулы
Глава семьдесят шестая. Император изволит гневаться!
Глава семьдесят седьмая. Тьер-бульдог и прочие нехорошие люди
Глава семьдесят восьмая. Как поделить Швейцарию без драки и без остатка
Глава семьдесят девятая. Дерибан
Глава восьмидесятая
Глава восемьдесят первая. Превентивные меры
Глава восемьдесят вторая. Любовный фронт не спит или полезности для здоровья
Глава восемьдесят третья. Содом, Гоморра и прочие мелкие неприятности
Глава восемьдесят четвертая. Неприятное знакомство
Глава восемьдесят пятая. Будущее империи
Глава восемьдесят шестая. Во вторник я проснулся женатым человеком
Глава восемьдесят седьмая. О грустном
Глава восемьдесят восьмая. Ганноверский кризис
Глава восемьдесят девятая. Цейтнот или цуцванг?
Глава девяностая
Глава девяносто первая
Глава девяносто вторая
Глава девяносто третья
Глава девяносто четвертая
Глава девяносто пятая
Глава девяносто шестая
Глава девяносто седьмая
Глава девяносто восьмая
Глава девяносто девятая
Глава сотая. Французский гамбит
Глава сто первая
Глава сто вторая
Глава сто третья
Глава сто четвертая
Глава сто пятая
Глава сто шестая
Глава сто седьмая
Глава сто восьмая
Глава сто девятая
Глава сто десятая
Эпилог
Я — король Баварии 3 ((Немного богатый Людвиг))
Пролог
Пролог
Пенсильвания. Геттисберг
5 июня 1863 года
Генерал Роберт Эдвард Ли объезжал поля битвы. Трупы, развороченные внутренности, погибшие лошади, почему-то именно лошадей генералу было как-то жалко. Эти благородные животные ни в чем не виноваты, но гибнут по прихоти человека. Увы, запах войны — трупный. И не самый приятный. Это кровопролитное сражение обескровило его армию. Таких потерь южане еще не несли. И главный вопрос, который волновал генерала: стоил ли результат приложенных Ли и армией южан усилий и жертв. Нет, результат был: армия Потомака понесла серьезные потери и вынуждена была отступать. Но всё-таки не была разгромлена. Так что это? Победа, которая в стратегическом плане ничего не дала? Ии замаскированное поражение? Что ему делать дальше? Идти ли Ли на Вашингтон? Но это слишком авантюрно… Что будет делать Мид? Куда он отступил? Будет прикрывать столицу и их президента-негрофила или же отступит на Мэриленд, угрожая ударом во фланг, если генерал Ли рванет на Вашингтон?
Тут к генералу подъехал капитан Джордж Стэнфилд, он был взволнован.
— Мы выполнили ваш приказ, мой генерал! Мы нашли его…
Ли оторвался от созерцания сцепившихся в смертельной схватке федерала и конфедерата. Смерть настигла их обоих во время, когда они, потеряв оружие, сцепились в рукопашную. Так и легли рядышком…
— Что с ним?
— Тяжело ранен, потерял много крови. Без сознания. Мы доставили его в лазарет. Доктор Хук его осмотрел и будет оперировать, но шансы невелики.
Генерал Ли тяжело вздохнул. Повернулся к сопровождавшим его офицерам.
— Поворачиваем в госпиталь.
Когда они подъехали к импровизированному лазарету, война обернулась еще одним страшным лицом: раненные… Кого-то уже прооперировали, кто-то лишился руки или ноги, с кем-то не стали даже возиться, оценив его как безнадежного… Крики боли, стоны тяжелораненых, которым уже не доставало сил даже кричать, запах ранений, смерти, боли…
— Вот он, сэр! — капитан указал на палатку, откуда вытаскивали носилки с тяжело раненным. Человек, в котором генерал с трудом узнал этого «упорного немчика»: генерал-майора Клеменса Шенка фон Штауффенберга. Этот военный был направлен от короля Баварии в качестве военного наблюдателя, но он как-то быстро нашел общий язык с офицерами штаба генерала Ли. И эта битва была выиграна во многом благодаря его советам. Это он поторопил кавалерию южан и тем удалось налететь на Геттисберг 30 июня и занять выгодные позиции просто сметя несколько пикетов, прикрывавших город. В самом городке армии Потомака еще не было, а небольшое ополчение не могло противостоять кавалеристам южан. Благодаря этому решительному маневру конфедераты не только заняли Геттисберг, но и расположили свои пикеты на холмах вдоль реки Рок Крик. А подошедшая пехота генерала Хета заняли единственно удобное направление наступления северян, в более-менее равнинной местности южнее городка, там строились импровизированные укрепления. Этим неожиданным преимуществом генерал Ли воспользовался в самой лучшей степени. Геттисберг был важнейшим пунктом обороны северян. От него открывались серьезные стратегические перспективы: можно двигаться на Вашингтон, можно очистить от войск противника Вирджинию, можно ударить по Балтимору, отрезая столицу от сообщения с остальными штатами. И отбить Геттисберг для северян становится целью номер 1.
Надо признаться, что играя от обороны. Генерал Ли чаще всего побеждал. Пока что тактические построения еще не были готовы к массовому применения скорострельного оружия, карабины Генри показали себя с лучшей стороны в обеих армиях. И если твои солдаты находились за линией укреплений, выбить их оттуда было непросто. Кроме всего прочего, неожиданно в конфликт вмешались два флота: российский и британский, которые на сей раз оказались ситуационными союзниками. Они прорвали блокаду северян. В порты южан прибыло большое количество кораблей с «гуманитарной помощью», большую часть которой составило вооружение и порох. Британцы занялись патрулированием своей зоны ответственности не допуская флот северян к побережью Конфедерации. Русские же патрулировал караваны трампов, с той самой «гуманитаркой». Так что впервые генерал Ли имел преимущество в артиллерии, и его солдаты могли не жалеть патроны. В Лондоне столкнулись мнения двух партий, которые решали, как себя вести в этом конфликте. Представители одной из них финансировались из Индии: там начали выращивать хлопок в промышленных масштабах, и блокада поставок хлопка из Конфедерации была им более чем выгодна. Вторая группировка — промышленников уже сейчас с опаской смотрела на бурный рост промышленного производства в северных штатах федералов. В РИ победила первая группа, которая добилась невмешательства британского льва в замятню за океаном. В НАШЕЙ ветке истории именно вторая партия получила преимущество. Промышленники сумели задавить купцов. И на их стороне было общественное мнение. Главное: в правительстве южан обсуждали возможность отмены рабства. Как ни странно, но это было выгодно именно производителям хлопка: расходы на содержание рабов можно было переложить на плечи самих рабов, выплачивая им небольшую денежную компенсацию за их труд. Но пока самый важный вопрос тонул в дискуссиях местных политиканов.
Генерал Штауффенберг набрал бригаду егерей из этнических немцев, осевших в южных штатах. Вы не подумайте, это звучит весьма грозно, но в бригаде было тысяча сто двадцать шесть штыков! В этой войне полки редко превышали по численности пятисот-шестисот человек (батальоны обычной армии), бригада в тысячу стволов — уже норма, в дивизии от четырех до восьми тысяч человек. И не более того! Но именно на его стрелков пришелся первый, самый мощный и отчаянный удар северян. Битва началась рано утром второго июля и закончилась поздним вечером четвертого. Потомакская армия северян потеряла половину своего состава, но всё ещё оставалась серьезной силой. К вечеру стали ясны расклады.
