— Шестерёнка. Артефакт связи в твоем кармане. Как уйдёт твой муженёк — нажми на активатор связи. Жди меня.
Я застыла.
Сердце в груди сорвалось в бешеный галоп.
Шестерёнка.
Он сказал… шестерёнка.
Только один человек называл меня так. Только один, с тем самым чуть насмешливым, но почему-то тёплым акцентом.
Арчи?
Но — это невозможно. Это было... абсурдно!
Он ведь — в Зира’Джан. На другом конце континента. И даже если его перебросили...
Нет, он не мог бы. Это слишком рискованно. Слишком...
Я резко развернулась, готовая схватить этого неловкого фантома за ворот и выяснить, что к чему — но улица уже была пуста. Будто он испарился.
Ни тени. Ни звука. Только ощущение, будто мне в грудную клетку залили ледяной воды.
Я шла домой на автомате, с булочками в руках и шумом в ушах. Рисовая мука пахла сладко, но под ложечкой всё сжималось.
Когда я вошла, Юнчжи уже собрал папки и пил чай у окна. Он, как всегда, был уравновешен и даже слегка ленив в своих утренних движениях.
— Ты как? — спросил он, улыбнувшись.
— Всё хорошо, — ответила я, надеясь, что голос не выдал дрожь.
Мы позавтракали. Обсудили рабочие дела. Юнчжи коротко рассказал о новой зацепке — кажется, кто-то из чиновников начал пускать слухи, и это могло привести нас к поставщикам переселенцев.
Он ушёл на работу в местное отделение дознавателей, оставив после себя аромат сандала и звяканье бумажных свитков.
А я…
Я осталась наедине с собой. С тишиной. И с артефактом связи, который, по словам призрачного незнакомца, уже был у меня.
Я бросилась к своим вещам. Проверила сумку. Пояс. Куртку.
И — да.
Внутри кармана, которого я точно не помню, был маленький каменный овал с металлической вставкой, инкрустированный знаком активации. Стиль и магическая резьба — определённо работа Отдела.
Это был он.
Мой “пейджер”, только в обратную сторону.
Пальцы замерли над камнем.
Активировать? Прямо сейчас?
Нет. Сначала — тишина. Спокойствие.
Я пошла заваривать чай. Ладони дрожали, когда я держала заварочный кувшин, но мне удалось не расплескать ни капли.
Теперь я ждала.
Когда наступит тишина. Когда ветер спадёт, и все посторонние уши исчезнут.
И тогда… Тогда я нажму на активатор.
Глава 21. Доверие или осторожность?
Я сидела в полутёмной комнате, держа в ладонях артефакт и глядя на него как на предателя.
Я всё сделала правильно. Абсолютно.
Слегка коснулась зелёного кристалла, активировала — «вжик» был, как и полагается. Настроила. Продиктовала. Подумала. Даже дважды.
И тишина.
Я прождала пять минут. Потом ещё десять. Потом сорок.
Всё, что угодно — только не это.
Пустота, как у разбитого артефакта.
— Прекрасно, — буркнула я себе под нос. — Значит, это была просто иллюзия. Какое-то дурацкое испытание или ещё один провал дознавателей связи.
Я встала и направилась к чайнику — всё-таки, горячий жасминовый чай с мёдом способен примирить с миром даже такого параноидального артефактора, как я.
И тут. Звук, как будто шкаф уронили с лестницы. Потом приглушённая ругань. Потом что-то подозрительно похожее на «да чтоб тебя, ткань эта чертова…»
Я замерла с чашкой в руках. Шум шёл с верхнего этажа.
Быстро поднявшись по лестнице (не без страха — вдруг это те, кто решил закончить начатое?), я распахнула дверь в гостевую комнату.
На полу сидел... Арчи.
В каких-то нелепых восточных штанах, совершенно не подходящих к его комплекции, с поясом, сползающим на бок, и кофтой, которая была явно рассчитана на более узкие плечи и менее упрямую осанку.
— Э… привет, — сказал он и попытался встать. Штанины предательски спутались, и он снова плюхнулся на пол.
Я... не знала, смеяться мне или кричать.
— Ты… — только и выдохнула я. — Ты что тут делаешь?!
Он отряхнул рукав и огляделся.
— Искал тебя. И, как видишь… нашёл.
Пока я смотрела на него, в голове как-то сам собой сложился контраст.
Юнчжи — точный, выверенный, элегантный, словно вырезанный из чернил и шелка.
Арчи… Арчи — это как если бы снаряд попал в текстильную лавку. Резкий, мнутый, громкий и категорически неподходящий для местной эстетики. Даже волосы у него были растрёпаны в стиле «я упал в куст».
Но всё равно — он был тут.
Настоящий.
И выглядел… взволнованным.
— Я только-только завершил дело в Зира’Джан, — начал он, сбиваясь. — И, эээ, напарница моя… она перехватила информацию. По дипломатическим каналам. Типа восток не передавал официальных агентов в ваше дело.
— Что значит "не передавал"? — нахмурилась я.
— Ну... то и значит. Никто из официальных каналов Юан не заявлял о направлении агентов. Ни тебе, ни твоему напарнику не было оформлено сопровождение. Ты могла попасть в западню. Или быть пешкой. Или просто… исчезнуть.
Он посмотрел на меня, напряжённо.
Я обдумывала.
— То есть ты... примчался сюда, потому что подумал, что меня подставили?
Он кивнул.
— А ты сообщил об этом руководству?
— Нет. Ещё нет. Я... сначала хотел убедиться. Сам.
Я снова села.
Голова гудела от информации. И всё это время я расслаблялась. Пекла булочки. Болтала с Юнчжи. Смеялась. Думала, что дело движется.
А может, нас просто вели по ложному следу.
А может… он просто ревнует?
Я глубоко вдохнула.
— Я просто не могла поверить, что ты здесь, — повторила я, стоя посреди комнаты, где до сих пор витал запах рисового чая и пыли от дорожных мешков Арчи. — Как ты вообще так быстро добрался?
— Напарница помогла. Она… ну, мы вместе работали последние два месяца почти без сна. Она — блестящий агент, я бы без неё не раскрыл схему.
Он произнёс это с таким уважением, что у меня дёрнулся глаз.
— Ага, вот как. "Блестящий агент", — хмыкнула я. — И, конечно, ты слепо доверяешь ей, даже когда она ссылается на слухи и неофициальные каналы.
Арчи нахмурился:
— Это не слухи, Никки. Она вытащила задание из огня, когда меня почти засекли. Она рисковала жизнью.
— И конечно, теперь ты летишь за тридевять земель, полагаясь на "рисковавшую жизнью напарницу", чтобы спасать меня , агента, который официально в деле. — Я уже не сдерживала ядовитую интонацию. — Интересно, это она тебе посоветовала тайком вломиться в мой дом, подставить меня под подозрение и вообще развалить мою работу?
