Измена. Попаданка в законе (СИ) - Нильская Тереза

А он вмешался в их жизнь и отношения с Тимми, раз она Богами была признана его истинной. Дана ему, раз и навсегда, как он считал для продолжения рода.

Боги, так ошибаться в понимании истинности.

Истинность, это еще и безграничная любовь, всепрощение.

Как он не мог понять этой истины! Истинная — она ведь не просто самка для вынашивания и выращивания его детей.

Она прежде всего — личность, человек, со своими желаниями, стремлениями, любовью.

И у нее до него — такого вот замечательного, боевого, умного, древнего, красивого и… очень одинокого дракона — была своя жизнь, свои идеалы и дорогой ей человек.

И ему с драконом надо было бороться за свою любовь совсем по другому.

Надо было завоевывать свою истинную любовью, а не права лорда предъявлять.

Осознание и понимание этого пришло полностью.

Что ж теперь делать?

Глава 24

Первые вести

Осознание и принятие. Да, они пришли ко мне. Я осознал, какой был идиот, когда не понимал, что надо добиваться взаимности и расположения истинной.

Все само собой не придёт. И даже если Боги тебе указали на нее меткой.

Нельзя юную девушку ошеломить своим богатством и своим напором, любовным пылом. Ее чувство при этом не станет искренним. Сейчас мне даже неловко вспоминать себя и свои неистовые любовные ласки.

Как добивался ответных чувств от Ларики. На телесном уровне. Как постоянно твердил о наследнике в желании зачать драконенка.

«Наследник сам собой не появится, надо постараться». Это же мои слова. Моя мечта стала целью, и я не видел препятствий в ее осуществлении. Глупец.

Пришло принятие. Я принял, что был не прав. Что поступал не правильно и дурно. Мне надо сказать об этом Ларике. Когда найду.

Все это мне надо было понять гораздо раньше. Раньше, до случая на конюшне. Теперь я понимал, что это был их единственный раз. Единственная их близость физически. Но было еще другое, более важное. Было ещё родство их душ.

Чего у нас с Ларикой еще не было. Вернее, оно было, но как пришедшее магически сверху, а не как любовь у людей. То чувство, которое не связано с Богами, не дано ими, а приходит само, неожиданно.

Всегда завидовал в этом людям.

Правда, у них любовь может прийти и уйти. Глупцы, что люди иногда теряют ее, не ценят. А у драконов любовь, как чувство, навсегда.

Потому ее и называют истинной.

И мне надо было не допустить случившегося на конюшне, своей любовью, вниманием и заботой доказать в этом негласном соперничестве, что именно я ее суженый, на сотни лет вперёд. Мне так в этом помогали Боги, а я…

Образно говоря, мне надо было влюбить, точнее даже, перевлюбить Ларику в себя. Все бы получилось, у всех драконов это получалось, иногда не сразу, со временем.

Не у всех все сразу замечательно складывалось с истинными. Даже у короля Арчи. И другие примеры были. Но все находили свой путь.

А я поторопился просто. Очень хотел наследника. Был одержим этим. Не дал Ларике время. Молодой девчонке совсем. Ей ведь мои переживания совсем не были понятны.

Она ведь даже не знала, что я последний из своего рода. Древнего рода драконов Эшбори. Где не осталось никого, кроме меня. Войны… Войны вымели всех драконов рода.

Мы не говорили с Ларикой еще об этом. И о родных Ларики практически не говорили.

В сущности, я же очень мало что знал о Ларике. О ее жизни, настоящих родителях.

Кем были ее мать и отец? Были ли они оба магами? Каких кровей они были? Почему Ларика сама слабый маг?

Я знаю совсем немногое.

Что она из простых людей, дочь торговца снадобьями. И что ее мать обладала лечебной магией. И чо как целительница она была Севере и погибла там во время прорыва.

Помню, как мачеха после происшествия на конюшне посмела говорить грязные слова о матери Ларики. Посмела оскорбить мою истинную. Что Ларика вся в мать.

Что это означало, я тогда не вникал. Видимо, была в жизни матери Ларики какая-то тайна.

Но именно за грязные слова Хильды в адрес моей жены и моей супруги я и выставил ее из замка вместе с дочерьми. Как они не умоляли оставить их.

Правда, отправил с имуществом и средствами, и дом еще ранее распорядился привести в порядок, как имущество родных жены. После пропажи Ларики, заподозрив Хильду, распорядился все имущество вернуть.

Снова возвращаюсь мыслями к родителям Ларики. В редкие минуты наших разговоров о жизни моя истинная с большой теплотой отзывалась о своих родителях. О их любви друг к другу. А это никак не вязалось со словами мачехи Хильды.

Но Хильде вообще верить нельзя. Это я четко чувствовал с момента «происшествия на конюшне», как я его называл для себя. У драконов чутьё на многое. В том числе на обман и ложь.

Мысли снова переходят к поискам истинной. Как многое мне надо будет ей сказать, когда я ее найду! Я столько натворил, своими руками!

— Вот и ищи теперь, глупец, свою суженую по всем мирам и границам, — ехидничает дракон.

Он прав, мой дракон, моя совесть. Всегда прав. Миры и границы. Где же ты, Ларика?

До других миров практически не дотянуться, даже драконам. Только самые сильные маги иногда, говорят, могли перемещаться во времени и пространстве.

И к нам изредка попадали заброшенные из других миров. И эти попаданцы несут угрозу королевству. Потому что могут разрушить наш мир. И потому невероятно опасны.

Они — враги короны. При малейшем намеке на их появление, на попаданцев объявляется охота. Если они при этом уцелеют, то они подлежат немедленной изоляции и заключению в Королевскую тюрьму. Навсегда.

Думаю, что в других мирах также относятся к нашим магам, перемещающимся во времени и пространстве.

В другой мир за Ларикой, если она вдруг там, самому мне не попасть. В каком из миров она может быть? Как мне туда перенестись? Как забрать ее оттуда?

И не знаю такого мага в королевстве, способного этого сделать.

Тупиковый для меня путь.

Но я все чаще и чаще думаю об этом. Другие миры и попаданцы. Наша Вольтерра практически ничего не знает об этом.

— Есть еще приграничье, не забывай, — беседует со мной дракон. Умник мой чешуйчатый.

Это прилегающие к границе зоны. Полосы вдоль границы. Это тоже очень опасные зоны. Восемь лет назад королеву Мэлли удалось найти и отбить именно в приграничье. На Северной границе. Еле нашли. Еле отбили. Она чуть рассудком не тронулась. И тогда была война.

Страшная война.

Мы все там сражались. Сколько драконов там погибло!

Я унес королеву на себе, по приказу короля, когда битва была еще в самом разгаре. Еле выбрались, кругом все горело. С тех пор я не был на Севере.

Битва закончилась без меня.

Там погибали не только драконы, но и маги.

Позже я узнал о подвиге женщины-магички, служившей лекарем на границе. Дары. Я не знал ее, не довелось познакомиться. Как жаль. Весь Север ее чтит. Она там национальная героиня. Ее подвиг переломил ход битвы. Говорят, что ей поставили памятник на границе.

Она оказалась невероятно сильным магом. Но никто не знал об этом ранее. Дара.

Кажется, маму Ларики звали тоже Дара. Красивое имя. Чем-то перекликается с Ларой.

Снова возвращаюсь в мыслях к поискам.

Я облетел в облике дракона все границы, кроме северной. Она самая опасная, и в ней более всего гарнизонов, охраняются все участки.

Десять гарнизонов. Все боевые драконы королевства в случае опасности сразу прибывают туда. И самые молодые, и взрослые.

Хотя долететь туда нелегко, несколько дней лета, через горы Центральных земель, через неплодородные северные земли. Иногда перемещаемся порталами, но они нерегулярно там работают, помехи от купола.

Самый край границы, выступающий в океан, с крепостью и тюрьмой на высоком мысе, защищен магическим куполом. От вторжения Черной мглы, которое именно здесь наиболее возможно.

На куполом работали самые сильные маги королевства. Они периодически приезжают туда работать. Поддерживать купол. Но купол глушит и связь с границей.