Сон моих воспоминаний (СИ) - Блик Саша

Спутники бросали на нас с Фетом заинтересованные взгляды, но в разговор не вмешивались. Удивительно, что внешне они действительно отличались от большинства знакомых мне людей. Высокие выдающиеся скулы, чёрные волосы, узкие глаза. Они как будто всё время щурились. Сперва я решила, что так оно и есть, но со временем осознала свою ошибку.

И теперь я могла слышать их голоса. Они переговаривались на незнакомом для меня языке и иногда над чем-то тихо смеялись.

Я шла молча, с любопытством разглядывая деревню. Чем дальше, тем меньше она ассоциировалась у меня с коренными народами Азуны. Куда же мы попали? И к чему был этот маскарад у подножия скалы?

Поймав эту мысль, я недобро покосилась на провожатых. Женщина, говорившая с нами, всё ещё шла рядом, чуть впереди. Заметив мой взгляд, она замедлила шаг и обернулась.

— Ты хотела о чём-то спросить, Разрывающая?

Поймав второй уже раз странное обращение, я напряглась. Но спросила о другом:

— Вы ведь не Чиаки?

— Смотря что ты под этим подразумеваешь.

— Не коренные народы?

Женщина лукаво улыбнулась. Дома расступились, выпуская нас на идеально круглую площадь. Высокий дом стоял на другом её конце. В центре суетились люди, складывая домиком крупные брёвна. А вдоль краёв высились деревянные столбы с вырезанными лицами. Вытаращившись от изумления, я разглядывала тотемных идолов Чиаки. Они выглядели так же, как на рисунках. Ладно, не совсем так, но сходство было невероятным. Выходит, это всё же настоящие коренные племена?

— Мы называем себя Ньёкаби, — сказала женщина. — Чиаки на языке наших предков означало «чужаки». И именно это слово слышали пришельцы, нападая на наши селения.

— Ньёкаби, — повторила я. — И вы выжили. Я думала, что вас всех…

— Убили? — грустно усмехнулась женщина. — Вовсе нет. Но чтобы этого не случилось, наши предки покинули обжитые земли. А ещё наделали много глупостей.

Она поджала губы и направилась в сторону большого дома.

— Идёмте. Мы всё вам объясним. Но не здесь и не сейчас.

В голове метались варианты. Зачем мы здесь? Вряд ли для того, чтобы через нас отомстить пришедшим в Азуну захватчикам. Тогда для чего?

И что это за странное прозвище, которым наградила меня женщина? Разрывающая? Мне придётся что-то разрывать? Или разрывать будут меня? Боюсь, меня не устраивал ни один из вариантов. Но вряд ли мне собирались давать выбор.

С этими мыслями я остановилась напротив широкого крыльца. Навстречу нам шагнула высокая женщина в рубахе, расшитой цветными бусинками. На вид ей было не больше тридцати лет. При этом женщина была невероятно красива какой-то дикой, необузданной красотой. Робко выглянувшее из-за облаков солнце играло на её чёрных как смоль волосах, дополняя образ.

При виде неё наши спутники замерли и почтительно поклонились. А я растерялась. Стоит ли мне поклониться или сделать реверанс? Возможно, книксена будет достаточно? Или всё же поклониться — всё-таки я в брюках?

Но пока мои мысли метались в панике, момент прошёл, и над площадью зазвучал её мелодичный голос:

— Приветствую Разрывающую и её прекрасного спутника!

Как выяснилось, дом принадлежал главе деревни. В просторной гостиной я чувствовала себя не в своей тарелке. Незнакомые люди смотрели на меня так, словно им всё обо мне известно. И даже больше, чем мне самой. Это напрягало.

А ещё напрягало то, что я совершенно не понимала, как мне себя вести. Я знала, что и как следует делать на светских приёмах. И я разобралась, как вести себя в лесу и на острове. Но вот какие правила приличия уместны для светского приёма в лесу на острове… Тут я терялась. И невероятно нервничала.

— Вас, должно быть, мучает голод, — произнесла глава, входя в гостиную. — Я распорядилась об обеде.

— Благодарю, — выпалила я, вскакивая с кресла, чтобы поприветствовать хозяйку.

— Нет необходимости вставать, дитя, — улыбнулась она и перевела взгляд на Фета. И взгляд этот мне сильно не понравился. Она как будто оценивала добычу. Нужно будет обязательно рассказать ей, что Фет в нашем мире ненадолго, поэтому рассматривать его как партнёра не стоит. Ей так точно.

— Моё имя Берхане, — представилась она тем временем. — Та женщина, что привела вас сюда, зовётся Тола, ведунья. Я рада приветствовать вас в нашей деревне.

Я неловко кивнула и сдвинулась ближе к Фету. Странно всё это было. Мой спутник тоже не спешил проявлять радушие. Следил за хозяйкой и ведуньей исподлобья. Но женщины словно не замечали нашего состояния. Лишь продолжали улыбаться.

— Простите, а зачем мы здесь? — решила поинтересоваться я.

— Неужто вам здесь плохо? — встрепенулась хозяйка. — Можем ли мы скрасить вашу печаль?

Вот теперь стало совсем не по себе. Как будто бы нас даже не собирались отсюда отпускать.

— Всё в порядке, спасибо, — произнесла я глухо и ненавязчиво сдвинула кисть руки, чтобы найти ладонь Фета.

Он словно этого ждал. Мужская рука сразу завладела моей, переплетая пальцы. Берхане жадно уставилась на наши сцепленные ладони. Повисла неловкая пауза. Мы сверлили взглядами хозяев, они отвечали тем же. Никто не шевелился.

— Тола, будь добра, осведомись об обеде, — попросила хозяйка. — Возможно, нашим гостям понравится еда.

Кивнув, ведунья поднялась, и покинула комнату. Мы остались втроём.

Молчание всё не заканчивалось, что не удивительно: для этого хоть кто-нибудь должен был что-то сказать. Но все молчали. А Берхане ещё и улыбалась. От этого становилось особенно жутко.

— Так, еда готова, — раздался жизнерадостный голос Толы. Она бодрым шагом вошла в гостиную и придержала за собой дверь. — Можно идти есть.

— Мы, наверное, не голодны, — пробормотала я, не двигаясь с места.

К несчастью, именно в этот момент от распахнутой двери донёсся умопомрачительный запах жареного мяса, и рот наполнился слюной. Вид у меня, наверное, был ну очень несчастный. Потому что Тола оставила дверь и шагнула ко мне.

— Ну что ты повесила нос, Разрывающая? — улыбнулась она, садясь передо мной на корточки. От подобной фамильярности я даже дёрнулась. — Сейчас поедим, познакомимся, и побеседуем уже нормально. Договорились?

Она смотрела настолько искренне и открыто, что я сдалась и кивнула. Фет, кажется, был не согласен, но отпускать меня одну не собирался.

Проследовав за Толой и Берхане, мы оказались в уютной комнатке с накрытым столом.

Фет

Разговор не задался с самого начала. Нет, даже не так… Знакомство не задалось с самого начала. С того самого начала, когда у подножия горы, где Фет пытался согреть своим теплом продрогшую девушку, их окружили странные фигуры в костюмах а-ля дешёвый слэшер девяностых.

Стоило признать, костюмы вызывали определённый трепет. Но гораздо больше раздражения. В основном за то, что прервали довольно интимный момент. Не то чтобы Фет мечтал об интимном моменте с Виолеттой, конечно… Но отрицать и дальше было невозможно: Виолетта его притягивала. Вызывала желание защитить, укрыть от всего мира. Так же, как когда-то в прошлой жизни это было с Кейтлин.

Только Виолетта не Кейтлин. Она моложе, наивнее, намного женственнее. При этом в ней чувствовался тот самый внутренний стержень, который он так ценил в людях. Случившееся в борделе в Молвасе не сломало её. Хотя Фет видел, как она дёргалась поначалу от мужских прикосновений. Сейчас девушка полностью оправилась и была готова учиться, как стоять за себя. С каким усердием она окунулась в тренировки! Ещё в Маго проявила чудеса усердия. И упражнялась в магии на Рууху в компании выпускников академии. Хотя сам Фет решительно не одобрял подобных приятельских отношений с мужчинами. Откровенно говоря, он с удовольствием тренировал бы её сам, если бы умел…

Увы, прямо сейчас он не мог даже заживить мелкие ранки на исцарапанном лице девушки. И это злило неимоверно.

— Вечером состоится праздник, восхваляющий освобождение источника, — донёсся голос Берхане, вырывая их мыслей. — Вы станете почётными гостями на нём.