К тебе сквозь "до" и "после" (СИ) - Журавлева Юлия

Ох, насколько все, оказывается, непросто! Удивительно, как раскрывается история, когда знаешь ее с разных сторон. И чисто по-женски я могла понять Джессику. Горячей и порывистой девушке безусловно требовался соответствующий спутник жизни, способный выдержать ее темперамент, не ломая ни ее, ни себя.

— Это все замечательно, но у вас назначена свадьба, ты не забыла? Ник и меню наверняка утвердил.

Джес застонала и легла головой на стол, накрывшись руками.

— Не знаю, — отозвалась она, не поднимаясь. — Я ведь говорила, что мы семь лет с Николасом вместе, страшно взять и бросить его. Еще и перед свадьбой. У нас с Ником все серьезно, и тут я его брошу ради Энтони, а вдруг мы через месяц разбежимся?

— Все может быть, — подтвердила я, не собираясь облегчать ей выбор.

Если она бросит Ника, то пусть это будет исключительно ее решением.

— Вот что мне делать, а, Эм? Как бы ты на моем месте поступила? — Джес приподняла голову, так что показались глаза из-под рыжей челки.

— Я бы не бросила Ника, — честно ответила ей. — Но меня его характер полностью устраивает.

Если бы не Ник с его характером, я бы не выжила после трагедии. Или выжила, но как бы устроилась — непонятно.

От мутных, подернутых дымкой воспоминаний, как мы сидели в моей скромно отремонтированной квартире на матрасе и смотрели сериалы, такая тоска напала. В груди болезненно защемило.

Мы обсуждали все на свете, и мне никогда не было скучно с Ником, даже мыслей не возникало променять его на кого-то другого.

— Такое ощущение, что тебе понравился Ник, — с улыбкой заметила Джес, снова севшая ровно.

— Понравился. И я считаю, что он заслуживает любящую жену, для которой будет одним-единственным.

Джессика вздохнула и потупилась.

— Ты права, конечно. Я подумаю, Эм, правда подумаю. А ты, — куратор ткнула в меня указательным пальцем, — подумай о дипломе. Так дело не пойдет. Если ты совсем не собираешься им заниматься, то я отстраню тебя от практики, так и знай. Для твоего же блага! — поспешно добавила она, видя мое вытянувшееся лицо. — Спасибо, что выслушала, и не рассказывай, пожалуйста, больше никому, ну… о нас с Энтони, — на прощание попросила Джес и быстро покинула библиотеку.

Вот и поговорили…

Разумеется, после такого разговора я совершенно не могла сосредоточиться на работе. И это я не про диплом, на него я решила совсем внимания не обращать. Ни от чего меня Джес не отстранит, ей банально Фальц не позволит!

Но все равно предательский червячок сомнений принялся меня грызть: неужели Джессика способна выполнить свою угрозу и отстранить лучшую практикантку из-за какого-то диплома? Пойдут ли ей навстречу другие руководители? А если пойдут?

Неужели все-таки придется на диплом время тратить? Я и без того ничего не успеваю!

А ведь завтра еще к родителям ехать…

Я не представляла, как с ними встречусь. Вернее, представляла, но как сохранять при этом спокойствие и вести себя — как и раньше, не знала.

Но не встретиться не могла. Ведь, кроме банальной тоски, мне необходимо было убедить их праздновать папин день рождения где-то за городом. Так что надо взять себя в руки, натянуть на лицо улыбку и съездить домой.

В итоге, промучавшись сомнениями до вечера, я ушла на ужин. К моему огромному облегчению, Джес в зале ресторана не оказалось, а Питера я уже привыкла воспринимать как белый шум.

— … планы? — пробилось сквозь мои мысли.

— А? Что? Прости, Питер, задумалась, — я попыталась сконцентрироваться на парне.

— Говорю, какие у тебя планы на выходные? — повторил он. — Тебе точно не помешает снова отдохнуть.

Да какой тут отдых…

— Завтра к родителям съезжу, а то я их так и не навестила. А в воскресенье пока не знаю, но точно буду отсыпаться и отдыхать.

На диплом я теперь боялась ссылаться: вдруг Джес скажет, что у меня ничего толком не написано?

— Понятно… — несколько разочарованно протянул Питер.

У него наверняка имелись какие-то предложения, но я поспешно ретировалась из-за столика, не позволив ему их высказать. Не хотелось давать Питеру ненужных надежд. И себе лишних проблем тоже не хотелось.

Вечер я провела за своими книгами по магэнергетике и проводникам: надо хоть что-то сделать для диплома, пусть кое-как, для вида, чтобы было что предъявить, если потребуется. Под конец я даже вошла во вкус — все-таки проводники, в том числе и сверхпроводники повышенной проводимости были моей главной специализацией. На обычных проводниках город не обогреешь и не осветишь. Поэтому получалось даже сносно.

Все! Написав страниц пятнадцать и дико устав, я пошла спать с чувством выполненного долга.

Для диплома я на сегодня сделала все, что могла.

12. Семья

Две недели до запуска портала

Утром меня едва ли не мутило от волнения, так что ресторан я миновала быстрым шагом и сразу направилась к остановке. Но на остановке, в ожидании автобуса, стало еще хуже, поэтому я, наплевав на расстояние, пошла пешком.

Ходьба меня всегда успокаивала, помогала очистить голову и привести мысли в порядок. Так что к дому, где располагалась наша квартира, я подошла почти спокойной, во многом оттого, что была уставшей и голодной. Насущные потребности организма в еде и отдыхе оттеснили переживания на второй план.

На гудящих ногах поднялась на третий этаж и нажала на дверной звонок.

И, только сделав это, осознала: я пришла домой! К семье!

— Кто там? — раздался мамин голос.

— Это я, — ответила сипло, горло перехватило.

Дверь открылась. На пороге стояла мама, точь-в-точь, как я ее помнила — в домашнем платье в цветочек и с заколотыми спицами волосами.

— Эмма? — удивилась она.

Я же шагнула внутрь и обняла ее крепко-крепко, стискивая зубы до боли в челюстях. Неужели это происходит со мной и наяву?

— Что случилось? Доченька? — заволновалась мама.

— Все хорошо, — выдохнула я, отстраняясь и глядя в родные глаза. — Все хорошо.

И это было правдой: как же мало нужно для этого самого «хорошо»!

— Кто там? — выглянул из кухни папа. — Эмма?

— Привет! — я помахала ему рукой. — Я прохожу практику на строящемся портале, поэтому так внезапно.

— Ты же где-то в другом месте хотела? — удивилась мама, которую я, оказывается, успела посвятить в свои планы.

— Передумала. Решила, почему бы не пройти практику ближе к вам?

— И правильно! — поддержал папа. — Мама как раз своих фирменных блинов напекла.

— Отлично! Я еще не завтракала!

— Эмма, ты же знаешь, что утром нужно обязательно хорошо поесть, — тут же нахмурилась мама.

— Вот и поем! — беспечно заявила я, стаскивая кеды.

На комоде возле двери стоял олень с раскидистыми золочеными рогами. На нем висели ключи, а еще гайки, шайбы, мотки проводов и куча других мелочей, которые можно нацепить.

Я осторожно погладила нос статуэтки.

«Привет! Мы с тобой тоже давно не виделись», — мысленно поздоровалась с ней.

Олень, конечно, ничего не ответил.

Помыв руки, я прошла на кухню, где мама привычно суетилась у плиты, а папа мешал ей, варя кофе в турке — самый вкусный кофе из всех, что я когда-либо пробовала, по какому-то особому рецепту, начиная с обжарки зерен и заканчивая способом приготовления. Я все хотела узнать, спросить, но как-то вечно забывала, не хватало времени…

Теперь я благоговейно наблюдала, как папа следит за туркой, не давая напитку закипеть, а каждый раз ловя ту самую последнюю секунду.

Протянув руку, я безошибочно достала с полки любимую кружку с котиками. Взяла сахарницу. Не глядя села на свое привычное место.

Будто и не было этих пятнадцати лет…

Голова закружилась, сознание немного поплыло. Может, мне все привиделось? Какой-то кошмарный сон со взрывом портала, потеря семьи, месяцы рухнувшей надежды — вдруг это обычный, просто очень реалистичный кошмар?

Я проснулась от него — и вот снова сижу дома за столом, и у нас все хорошо.