Князь Искажений. Гексалогия (СИ) - Ренгач Евгений

Но, как и все остальные, он потерпел сокрушительное поражение.

Андрей был кем угодно, но только не слабым и недалёким. Сам разговор Его Величество не слышал, но был готов поклясться, что юный барон прошёлся по немцу катком. Наверняка тот сильно пожалел, что вообще связался с Гордеевым!

– Вы выяснили, как Шнайдер вышел на барона? Мы ещё не объявляли полный состав участников рейда.

– Скорее всего, кто‑то из вашей канцелярии решил, что немецкие марки стоят того, чтобы предать родину. – Лицо Константина помрачнело. – В данный момент мы проводим подробную проверку. Я сразу сообщу вам о результатах.

Державин хотел сказать что‑то ещё, но неожиданно вздрогнул. Его глаза затуманились.

Александр знал, что это означает. Всех Державиных связывала ментальная сеть. Члены Рода могли в любой момент связаться друг с другом. Вот и сейчас Константин разговаривал с кем‑то из своих.

И, учитывая, что его решили оторвать от разговора с Императором, это было что‑то серьёзное.

– Ваше Величество… – Константин закончил говорить и посмотрел на Александра. – Кажется, мы очень вовремя заговорили про Гордеева. Мне только что сообщили, что во дворец вернулись посланные вами посыльные. И они не с пустыми руками…

– Что это значит? – Александр нахмурился.

– Я полагаю, что вам лучше всё увидеть собственными глазами.

Спустя две минуты Император и идущий чуть позади него Державин стояли перед фургоном. Заглянув внутрь, Александр едва сдержал удивление.

Направляя барону артефакты, оборудование для его брата и Искажённые растения из своей коллекции, Его Величество надеялся купить верность Гордеева.

Как и всегда, барон предпочёл сыграть по‑своему. Вернувшийся из Петербурга фургон был загружен под завязку. Изготовленные Михаилом Гордеевым артефакты соседствовали с уникальными Искажёнными растениями и образцами фамильного оружия.

Стоило Александру взглянуть на растения, как по его рукам побежали мурашки. Его коллекция была одной из лучших во всём мире, но присланные бароном экземпляры были настолько редкими, что он и вовсе считал их мифом.

Вот ведь Гордеев… И как он только это делает⁈

– Так, а это что такое?

Александр заметил лежащий в стороне кристалл, светящийся сиреневым светом. Воздух вокруг него едва заметно дрожал.

– Ваше Величество, не подходите! – Державин бросился вперёд и выставил перед Императором защитный барьер. – Эта вещь может быть опасна!

– Сильно сомневаюсь! – Александр взмахнул рукой, и Державин сделал шаг назад. – Скорее наоборот. Если это то, о чём я думаю, то барон только что сделал нам очень большой подарок!

Император бесстрашно взял кристалл в руки. Кожу обожгло электрическими разрядами, но его такие мелочи не волновали.

Его Величество размышлял.

Прислав ответные дары, Гордеев фактически отказался от покровительства Императора. В другом случае Александр принял бы срочные меры и надавил на барона, объяснив наглецу, где его место.

Но в этот раз Его Величество решил не торопиться.

Барон действует себе на уме, но это приносит результаты. Пусть он и дальше делает то, считает нужным. Пока у него всё очень неплохо получается!

А он, Император, сделает всё, что от него зависит…

Мы с Ромашкиным поднялись на третий этаж и зашагали по гулкому коридору. Завхоз мчался с поразительной для его возраста скоростью и при этом не забывал вводить меня в курс дела.

– Короче говоря, всё у нас было в порядке. Но где‑то с неделю назад начало происходить нечто странное. То свет замигает, то форточка сама собой распахнётся. По стенам пошли трещины. Про показатели энергетической активности и говорить нечего! – Ромашкин выдержал театральную паузу и таинственно на меня взглянул. – А знаете, Ваше Благородие, что случилось потом?

Я знал. Точнее говоря, догадывался, но в своей версии был уверен практически на сто процентов.

– А потом из стен начали вылезать твари. – Я заглянул завхозу в глаза и понял, что попал в точку. – Мелкие, наглые, с гибкими хвостами. И при этом состоящие из чистой энергии. Всё верно?

– Андрей Николаевич, вы идеально их описали. Прямо во всех деталях! – Ромашкин восторженно закивал. – Может, вы знаете, как с ними бороться?

– Конечно. Но сначала я хочу на них посмотреть.

– Так сейчас и посмотрите. Мы как раз на месте…

Мы приблизились к преграждающей коридор массивной двери. У неё рассеянно переминался караул из двух Игнатовских Охотников. Стоило им меня узнать, как их руки автоматически легли на рукояти артефактов.

– Ваше Благородие, личный приказ господина Игнатова! Вы должны немедленно…

– Да кончайте вы нести чушь! – Ромашкин разъярённо топнул ногой. – Я – официальное лицо и полномочный представитель руководства Архива. Вы находитесь в моём подчинении. И если я хочу провести Андрея Николаевича, то вы не имеете права меня останавливать!

Охотники бессильно вздохнули и отступили в сторону.

Я и раньше знал, что завхоз – боевитый дед. Теперь я лишний раз в этом убедился. Такой, как он, даже сфинкса, и того заболтает! А эти твари обожают поговорить…

Толкнув дверь, я вошёл в огороженную часть коридора.

– ИИИРГХ!!!

Из стены, истошно вереща, на меня прыгнуло небольшое существо. На первый взгляд оно было похоже на белку, но только с двумя челюстями и огромными когтями.

Тварь была быстрой, но я успел выставить Броню. «Белка» ударилась об энергетический заслон и злобно зарычала.

Следом за ней, прямо из стен, появился ещё с десяток таких же тварей. Низко рыча, они начали окружать нас с завхозом.

– Пригнитесь!

Несколько зубастых тварей вывалились прямо из потолка. Не успей я поставить перед ними Щит, и они бы вгрызлись Ромашкину прямо в шею.

– Хозяин, а Брррысь можете их сожрррать? Ведь может, верррно⁈

– Попробуй, лохматый. Если, конечно, сможешь.

– А почему это Брррысь не сможет⁈ Эти тваррри – мелкие и слабые. Они мне на один зубок!

Питомец отбежал в дальнюю часть коридора. Там Ромашкин не мог его видеть. Высунув пасть, глазастый сомкнула челюсти на горле одной из тварей.

Точнее, он думал, что сомкнул.

Зубы питомца щёлкнули. «Белка», вереща, нырнула обратно в стену. Атака питомца не нанесла ей ни малейшего вреда.

Глазастый посмотрел на меня так, будто я лично вырвал добычу у него из пасти.

– Хозяин, это что такое пррроисходит⁈ Брысь же всё рррасчитал!

– Всё, да не всё. Эти твари состоят из чистой энергии. Материальной формы у них нет.

– И что, Брррысь не сможет их сожрррать⁈

– Выходит, что так.

Я знал этих тварей. В моё время их называли зубастиками. Учитывая размеры их зубов, название напрашивалось само собой!

Точных причин их появления никто не знал, но обычно это происходило из‑за переизбытка силы. Если Искажённой энергии скапливалось слишком много, то она концентрировалась в сгустки, из которых твари и появлялись.

Что хуже всего, твари были опасны. Постоянной физической формы у них не было, но в момент атаки их тело уплотнялось. Так что их зубы и когти имели вполне реальную опасность.

Щит надёжно нас прикрывал. Применив Взор, я огляделся по сторонам и присвистнул.

– Да чтоб вас всех. Сильно же вы тут всё запустили!

– Что, Андрей Николаевич, всё совсем страшно? – Ромашкин жалобно на меня посмотрел.

– Страшно – нет. Скорее неприятно!

Благодаря Навыкам я видел не только тех тварей, что сновали по коридору, но и тех, кто находился в стенах. И там монстров было в разы больше.

С подобным мне сталкиваться пока не доводилось.

Обычно зубастики селились небольшими группами. Но, видимо, энергия Архива приманила слишком много тварей. Если так пойдёт и дальше, то стены Архива могут просто не выдержать.

Если здание рухнет, то жертв не избежать…

Я заметил на стене Руны. Судя по всему, бойцы Игнатовых тоже поняли, с чем столкнулись, и приняли меры. Руны были слабенькими и, откровенно говоря, довольно корявыми. Тот, кто их нанёс, явно делал это после очень хорошей попойки!