Возвращаюсь в прошлое и становлюсь возлюбленной злодея (СИ) - Свободина Виктория

Все в подробностях показала и рассказала невеселому Райану. Пояснила, как регулировать температуру воды.

– Отлично, – по итогу, сухо произнес вредный повелитель, затем включил подачу воды и… меня окатило водой, потому что в этот момент я как раз стояла там, где вода должна течь, рассказывая, откуда что идет и как.

Отскочила и развернулась к темному, но возмущенный крик застрял в горле. Райан без рубашки и продолжает разоблачаться дальше. Резко, как будто бы зло.

Мокрая, слежу за тем, как Фарендейл раздевается, широко распахнув глаза.

– Райан, что ты делаешь? – произношу в недоумении.

– Хочу опробовать душ-водопад. Здесь такая атмосфера. Нет больше сил ждать.

– Подождал бы хотя бы, пока я выйду. И зачем было меня мочить?

Сделала было шаг к выходу, и Райан сделал шаг одновременно со мной, перекрывая дорогу.

– Тебе разве не хочется тоже попробовать, каково это – стоять под струями водопада?

– Я уже пробовала.

– Здесь?

– Да, а что? Я проверяла, насколько это комфортно.

– И как?

– Очень даже, но… – в этот момент с Фарендейла слетают брюки. Впервые вижу темнешего настолько раздетым, и зрелище, надо сказать, притягивает взгляд. – Я выйду.

Хочу обойти рельефную гору у меня на пути, и Райан ловит меня в объятия, толкает назад я опять оказываюсь под струями воды.

– Райан! Что ты делаешь! Отпусти! И платье окончательно намокло.

– Значит его пора снять.

Подняв голову, изумленно смотрю на темнейшего. Его лицо – каменная маска. Взгляд как никогда темный.

– Райан, объяснись.

– Что именно мне нужно объяснить? Что ты нужна мне? Что я хочу видеть тебя там, в гостиной, в соседнем с собой кресле? А лучше, не в соседнем, а у меня на коленях. Что у меня все темнеет перед глазами, стоит только представить, что ты здесь уже была под этими струями воды? Может рассказать, как я сходил с ума, даже представить страшно сколько времени, и каких трудов мне стоило держать себя в руках при общении с тобой? А может быть то, что я хочу, чтобы ты стала не формальной, а вполне официальной королевой этих земель? Скажи, что мне нужно сделать, чтобы ты перестала на меня смотреть иначе? Не дружески. И больше не изображала преданную верноподданную, не предлагала услужливо рассмотреть варианты из свободных потенциальных невест. Или мне просто стоит открыть тебе, как давно я тебя люблю?

Открыла в полнейшем удивлении рот, пытаюсь хоть что-то сказать, но не успеваю. Повелитель не стал ждать моих вопросов или ответов на его вопросы. Резко сократил между нами расстояние и поцеловал меня. Хотя поцелуй – это неверное утверждение. Это захват. Отчаянный, жадный, напористый, страстный, голодный, непердаваемо требовательный и властный.

Глава 32

У меня было много вопросов, но все они быстро растворились под напором Райана. Толкает, с силой прижимая к стене, кажется, что время замедлилось, мы под вадом находимся целую бесконечность. Моя одежда полностью намокла, став такой тяжелой, и Райан, ни на миг не прекращая поцелуя, стал помогать мне от нее избавляться, хотя я этого не собиралась делать. Решительно стягивает мокрую ткань, оставляя меня практически ни с чем. Мне бы возмутиться такому произволу, но я только крепче обнимаю Фарендейла за шею и со всей страстью отвечаю на поцелуй. В данный момент у меня ни о чем не получается думать, кроме как о его губах, все остальные мысли темный просто смел из моей головы. Он подхватывает меня за бедра, а я обвиваю ногами его талию.

Боль. Совсем незаметная на фоне других, куда более сильных ощущений.

Позже сижу в некотором шоке на кровати повелителя, полностью завернутая в одеяло. Кроме одеяла на мне больше ничего нет. Райан рядом, протягивает мне чашку с чаем. В его жестах и позе отмечаю некоторую суетливость, словно он чувствует себя виноваты. В уголках его глазах прячется тревога. Ждет моей реакции. Я ведь пока еще ни слова не произнесла. Кое как высвободив руки и высунув только их из одеяла, принимаю чашку, медленно пью и пытаюсь осознать как так все быстро получилось. Хотя как быстро? Нельзя сказать, что я на протяжении этого года не получала намеки от темнейшего, что он во мне заинтересован, но пропускала все мимо. Наверное, привыкла думать о Райане как о мужчине, который мне не принадлежит. Казалось, вот-вот мы достроим замок и Райан помчится к Белле признаваться, что все это он делал для нее, расстался только чтобы стать ее достойным, звать стать своей королевой. И тут такой поворот. А на поползновения темного повелителя все же иногда думала, что ему чисто физически не хватает женщины рядом, вот и посматривает в мою сторону, ну а я поэтому ему все женщин предлагала других рассмотреть. Вдруг он думает, что никому не интересен, хотя в городе любая много бы отдала за ночь с темным повелителем.

Но тут такое признание.

Видимо я слишком глубоко ушла в собственные мысли.

– Аделин, – осторожно позвал меня Райан.

– Мне нужно одеться, – первым делом произнесла я. Не могу же я вести серьезные разговоры вот так, в одном одеяле.

Фарендейл исчез, а вернулся сам уже одетый, причем как-то так официально, а мне протянул платье из моих запасов.

Забираю платье, хочу уже было начать одеваться, но…

Вздернула бровь.

– Выйди.

– Зачем? Я же все видел. Могу помочь с платьем.

– Гр-р.

Повелитель не вышел. Он испарился. Неспешно оделась, думала уже выйти в гостиную, но Райан появился раньше, не спрашивая, схватил в объятия и утянул обратно на кровать. Несмотря на то что вяло сопротивлялась, усадил себе на колени и молчит. Пора приступать к расспросам. Начнем с главного.

– У меня договор подписан помолвочный с магической клятвой. И там строго указано, что я не могу…

– Я уже на том уровне знаний и силы, что это больше не проблема. Твоя магическая клятва больше не действует, но этого никто не заметит. Договор выглядит как и прежде, никаких обличающих тебя надписей в нем не появится.

– Почему раньше не сказал?

– А чтобы это изменило?

– Я бы может, сама к тебе тогда еще раньше начала приставать.

Повелитель вздернул брови.

– Правда?

Настал мой черед многозначительно играть бровями. Фыркнула.

– Как знать. Но проблема ведь была не только в этом.

– А в чем?

– Белла. Я до дрожи не переношу делить с кем-либо мужчину. Мужчина может быть либо только со мной, не только формально, но и всеми мыслями, душой и телой, либо это не мой мужчина. Знаю, что ты вроде как расстался с Беллой перед отъездом в темное королевство, но что у тебя на душе я не знала, прямо ты никогда ни о чем не говорил, а намеки я плохо воспринимаю. Ну так что там с Беллой?

Фарендейл пожал плечами.

– С Беллой ничего. Был когда-то давно интерес, но он быстро угас, толком так и зажегшись. Его полностью перекрыл огонь желания к тебе.

– Что, еще в академии? Не верю. Ты весь последний курс был с Беллой.

– Формально, да. Но ты тогда была с Арэтом. Я, конечно, мог бы сразу завершить тот фарс, который назывался отношениями с Милн, однако заметил, что к Белле испытывает интерес его высочество, а то что она вроде как в отношениях с кем-то только раззадоривало и подначивало его, тем самым отвлекая внимание от тебя. Я видел, что тебя тяготит внимание принца, и хотел в ту пору хоть как-то помочь. Ну и прекрасно знал, что Белла испытывает сильный интерес к его высочеству, они часто бывают наедине, куда-то выезжают. Но при этом сама Белла держалась за эти отношения со мной. Возможно, с ее стороны и оставался какой-то интерес ко мне, но, я так думаю, она тоже видела, что ее отношения со мной подначивают его высочество.

– То есть интерес принца тебя беспокоил, а интерес Арэта нет?

– Меня любой интерес в твою сторону беспокоил. У тебя в академии было много воздыхателей, только мало кто решался его открыто демонстрировать, все же ты невеста принца и сам по себе твой статус весьма высок. Но в случае с Арэтом я сам совершил глупость. Он был таким, каким тебе было нужно, так? Напористым, без сомнения в любом случае выбирающим только тебя. Он не медлил, не думал о будущем, дарил тебе тепло и любовь. Свою ошибку я понял быстро, но исправлять не стал, потому что это было бы нечестно как по отношению к тебе, так и к Арэту, ну и тогда у меня было мало возможностей. Я ведь не знал, что вдруг окажусь темным повелителем с почти безграничной силой, хотя определенные мысли о том, как можно исправить ситуацию, у меня были.