— Не утруждайтесь, князь, – бросила ледяным тоном. – Мне неинтересно.
Я встала, чтобы уйти, но он шагнул вперёд и загородил мне выход из беседки. Его руки упёрлись в деревянные столбы по обе стороны от меня, и я оказалась в ловушке.
— И всё-таки, – прорычал он, нависая надо мной, – ты должна выслушать меня. Ибо в самом деле не так всё поняла. Эта девушка не моя женщина. У меня нет с ней никаких любовных дел. Клянусь честью, Марья.
Я прищурилась.
Клянётся честью? Для горца это значило абсолютно всё. Гайдар мог нарушить обещание, мог разозлиться и наговорить лишнего, но честь для него была священна.
Мне стало любопытно. Что же там такого было, что я не так всё поняла?
Я сложила руки на груди, стараясь сохранять независимый вид.
— У вас, князь, ровно минута, – произнесла я. – Время пошло.
Он скрипнул зубами. Я видела, как на его скулах заиграли желваки, он буквально пересиливал себя, чтобы не заорать в ответ. Но он сдержался и заговорил, глядя мне прямо в глаза: — На самом деле я не имею права, не должен тебе этого рассказывать, но ты важна для меня.
«Бла-бла-бла», – подумала про себя.
— Тик-так, – хмыкнула я.
Он раздражённо выдохнул.
— Эта женщина – лазутчица, – выпалил он. – Шпионка. Мои люди схватили её, когда она пыталась проникнуть на наши земли, и доставили ко мне для допроса.
Я приподняла бровь. Шпионка? Вот это поворот.
— Продолжай.
— Она из враждебного племени, которое давно хочет уничтожить мой аул и весь мой род, – продолжил он. – Её подослали ко мне с одним «эликсиром», от которого я бы навеки уснул. Но вместо того, чтобы убить меня, она рассказала мне всю правду. Она попросила о помощи, её младшая сестра находится в заложниках у врага.
— И поэтому она была голой? – спросила я с сильным сомнением.
— Я проверял её тело на наличие оружия и меток, – ответил он. – Марья, в наших обычаях обыскивать пленниц, полностью раздевая их. Женщина может держать «смерть» в заколке, кольце, где угодно. На ней могут быть метки вражеского клана. Нельзя было доверить это никому другому, потому что она принесла важные сведения – враждебные кланы собираются воспользоваться моим отсутствием и уничтожить мой аул.
— А ты? – спросила его. – Почему ты был голый?
Он усмехнулся почти зло.
— Она хотела убедиться, что я тоже «чист». Что на мне нет тайного оружия, хотя мне оружие и не нужно, я могу убить голыми руками, но не об этом речь. Это был своего рода обряд доверия. Мы оба должны были быть безоружны, чтобы говорить правду. Так принято в горах, Марья.
Да ладно. Правда, что ли?
Потом закрыла глаза на секунду и глубоко вздохнула.
— И поэтому она тебе улыбалась? – спросила я ворчливо.
— Она – обученная шпионка, и знала, что я не причиню ей вреда. И что ей, чёрт возьми, нечего терять – её сестра в заложниках, а её саму убьют, если она провалит задание.
Я открыла глаза и внимательно посмотрела на него. Его лицо было напряжённым, в глазах стояла искренняя боль от того, что пришлось объяснять что-то, что он не должен был объяснять вообще никому.
— Почему ты сразу не объяснился? – спросила тихо.
— Я не мог, – ответил он. – На самом деле это тайна. Никто не должен знать, что лазутчица перешла на мою сторону. Даже мои люди не знают всей правды. Я рассказал тебе, потому что не хочу потерять тебя из-за глупого недоразумения.
Не мог или думал, что придумать? Я опустила руки и посмотрела на него. В свете фонарей его лицо казалось высеченным из камня. Я не знала пока, верить ему или нет.
Если он говорит правду, то только что нарушил все правила безопасности своего клана, чтобы я не думала о нём плохо.
И я поняла, что я – дура. Снова повелась на манипуляции. И не могла определить, врёт он или говорит правду.
— Это правда? – прошептала я.
— Да, – ответил он. – Клянусь тебе жизнью, Марья. Я ничего не чувствую к этой женщине. Она для меня ничего не значит.
Я сочно выругалась, с использованием всей той лексики, которую когда-то изучила на курсах самообороны.
— Чёрт, – выдохнула в конце.
И теперь все мои брыкания казались такими глупыми, мелочными. Я устроила сцену, наорала на него, наговорила папеньке лишнего...
Я смотрела на Гайдара и чувствовала, что меня охватывали сомнения. Как-то слишком странно звучало, как в анекдоте. Но пока решила сделать вид, что поверила ему.
— И что теперь? – спросила его. – Каковы твои действия?
Он улыбнулся.
— Я со всем разберусь, – ответил он. – Но я хочу знать, ты больше не злишься на меня? Я прощён? Хотя я и не виноват, но ощущаю себя так, будто предал тебя.
Я вздохнула и провела рукой по лицу.
— Прощён, – выдохнула я. – И ты прости меня. Я не подумала. Просто... когда увидела вас голых, у меня поехала крыша.
— Ты очень красивая в гневе, – прошептал он, подаваясь вперёд. – Очень. Но прошу тебя, больше никогда не кричи на меня при моих людях. Не посылай и не показывай жесты, за которые мужчину я бы сразу убил. Хорошо?
Я улыбнулась краешком губ.
— А ты больше не оставайся наедине обнажённый с голой девкой. Даже если она шпионка. Ты лучше меня позови, я помогу её раскусить. У меня есть свои методы.
Он рассмеялся и сделал шаг ко мне, и между нами осталось всего полшага. Я видела, как в его тёмно-синих глазах пляшут искры. Он наклонился и прошептал: — Я ведь заслуживаю поцелуй? За то, что был зря обвинён в измене дорогой мне женщине.
— Заслужил, – выдохнула я.
И он поцеловал меня.
Его руки крепко обхватили мою талию, будто он боялся, что я исчезну.
Я таяла в этом поцелуе. Забыла обо всём на свете. В этот момент была только я и он. Но всё-таки, в сознании билась маленькая и тревожная мысль, что Гайдар мне заливает... Червячок сомнения засел во мне крепко. Как бы проверить горца?
* * *
— ГАЙДАР —
Если бы я знал заранее, чем обернётся этот день, я бы никогда не сделал того, что сделал. Но судьба подложила мне качественную свинью.
Всё началось с того, что мои люди доложили о том, что за мной следят.
— Князь, уже третий день вокруг дома бродит рыжая девушка, изучает ваши маршруты, запоминает, когда и кто выходит из дома и возвращается.
Я удивился. За мной следит женщина?
— Рыжая? – услышал я главное.
— Да. И она не просто так бродит и смотрит, она пытается найти способ подойти к вам и познакомиться. Вчера она прикинулась глупышкой, подошла к одному из наших людей и начала расспрашивать, кто этот невероятный мужчина?
Я усмехнулся.
— Невероятный мужчина, значит.
— Князь, я серьёзно. Мы навели справки, это шпионка из враждующего клана. Наши враги явно видели Марью Арсеньевну и узнали про ваш к ней интерес.
Я задумался. Враги, значит.
— Красивая? – спросил я, откидываясь на спинку кресла.
— Очень.
— Что ж, – улыбнулся я и в этой улыбке не было ничего доброго, – тогда совместим приятное с полезным. Пусть она думает, что играет свою партию.
* * *
Встречу с шпионкой мы организовали так, чтобы она поверила, будто это она вышла на меня. Всё должно было выглядеть случайно, как будто судьба свела нас в ювелирной лавке на Горячеводской улице.
Она стояла у прилавка, разглядывала браслеты, и делала вид, что не замечает меня. Но я видел, как она косится в мою сторону, поправляет волосы и чуть подаётся вперёд, чтобы я заметил её фигуру.
Она играла свою роль прекрасно – молодая, красивая, немного застенчивая и невероятно соблазнительная. У неё были рыжие волосы, но не такие яркие и огненные, как у Марьи.
И глаза не зелёные, а светло карие, светлая кожа с россыпью веснушек на лице, но всё равно глядя на неё и её огненный цвет волос, я увидел перед собой мою Марью.
И это была моя самая большая ошибка.
Я подошёл к ней, взял браслет, который она рассматривала, и произнёс:
— Этот браслет достоин вашей красивой руки. Позвольте предложить его вам, сударыня?
