Я – король Баварии 3 ((Немного богатый Людвиг)) (СИ) - Тарханов Влад

Но вот потери моей армии! Две тысячи шестьсот тридцать три пехотинца убитыми, порядка четырех с половиной тысяч раненными, две тысячи тринадцать кавалеристов убитыми и более трех тысяч раненными. Сто восемьдесят шесть человек и шестнадцать орудий — потери артиллерии.

Но почивать на лаврах было некогда. Согласно нашему плану — сразу же после сражения в действие пришли наша Вторая и Первая конная армии. Вторая армия должна была нанести поражение Эльзаской армии противника и занять Страсбург. А Первая конная — наступать через Саарбург (где переправиться через Саар) на Нанси.

Мольтке и фон дер Танн должны были утром двадцать девятого начать наступление на Мец, куда противник оттягивал два левофланговых корпуса — Первый и Второй, которые понесли потери в наступающих боях, но не настолько значительные. Принц Вилли Вюртембергский доложил об их стремительном отступлении и должен был тоже приступить к преследованию отходящего противника. И мне стало даже на какое-то время интересно: будет в ЭТОМ варианте истории поражение под Седаном? Единственное в чем я все-таи был уверен, что в плен Наполеон не попадет — за неимением у Франции императора Наполеона. Да и Тьер вряд ли окажется в плену — этот паук из Парижа и лапы не высунет! Так что впереди еще достаточно много времени. И победить необходимо — быстро, желательно, малой кровью!

[1] Пруссаки тогда увеличили армию до полутора миллионов (примерно), а французы призвали под свои знамена более двух миллионов, что, впрочем, им не сильно помогло.

Глава сто девятая

Неотложные дела

Глава сто девятая

Неотложные дела

Мюнхен. Королевский дворец

30 мая 1865 года

Всё, что ни делается, делается к лучшему. Можно сказать и наоборот: всё, что не делается тоже делается к лучшему. Всё зависит от ситуации и никак иначе! Судите сами: в Мюнхене скопилось множество дел, так еще и Бисмарк торопил, потому что в столицу вот-вот должен был с визитом нагрянуть русский император Александр. И мне предстояло принять его с приличествующей такому случаю помпой. И я очень хорошо помнил, что мой коллега-император обожает охоту! А у нас, в Баварских Альпах, есть на кого пройтись с ружьишком! Впрочем, поговаривали, что русский царь предпочитает псовую охоту и его псарня чуть ли не предмет зависти монархов всей Европы. Была у меня возможность убедиться в этом.

Впрочем, о неотложных делах: перво-наперво фон Кубе доложил, что за саксонской демонстрацией стоят маячат дипломаты Франции и французские же Ротшильды, отвалившие «страстным любителям кофе»[1] приличную сумму на замену стрелковки и пушек их армии. Благо, король этого мелкого государства с небольшой, но зубастой армией, к моему удовлетворению решил, что с вооружением у него, итак, всё в полном порядке. Посему средства Ротшильдов перекочевали в казну королевства (вариант — личные счета короля), и качественного усиления саксонской армии не получилось. К сожалению, контршпионажем занимаемся не только мы, оказывается, в Дрездене тоже есть нечто подобное: тайной полицией они именуются. Именно они вычислили двух контрагентов: моего и моего дедули. А потому новости из Саксонии поступили из других источников и, откровенно говоря, опоздали. Зато поработали наши разведчики. Оказалось, что наш бывший союзник уже несколько лет планомерно укреплял границу с Рейхом. Конечно, сплошную стену никто строить не стал. В Дрездене дураков не держат у руля государства. Но систему крепостей, перекрывающих главные пути сообщения, не только выстроили, но и наполнили более-менее хорошо обученными гарнизонами. Что же меня более-менее успокаивало, так то, что саксонцы привлекли для обучения новых солдат «специалистов» из Австрийской империи. Ну-ну… эти-то обучат. При всем том, что австрийские солдаты были не настолько уж и плохи, командиры из этой империи отличались редкой тупизной. Найти там светлую голову оказывалось квестом почище, чем при игре в кальмара.

Необходимо было решать кадровый вопрос: кого ставить на саксонское направление? Бисмарк был со мной — визит Александра не оставлял никакой возможности для маневров старому прусскому милитаристу. Мольтке, Роон и фон дер Танн занимались плотно Францией и кого-то из них привлекать — только портить ситуацию. И вот тут мне так вовремя подвернулся будущий тесть. Принц Орлеанский! Этот чем плох? Тем, что он преимущественно морской офицер? Есть такое дело! Только он ведь и сухопутными войсками руководил! И в самой высокотехнологичной войне нашего времени (я имею ввиду Гражданскую войну в САСШ) поучаствовал. Франсуа, конечно же, поломался. Типа мы воюем с его любимой Францией, как он будет выглядеть в глазах соотечественников… Я и объяснил, что будет выглядеть, как человек, который с соотечественниками не воевал. Потому что бить он будет саксонских немцев! Галлов-то в Саксонии нет — там только австрийцы! Поломался и дал себя уговорить! Он и свадьбу хотел отложить до победы, ага, в шесть часов вечера после моей победы над Францией, я имею ввиду. Но вот этого я уже допустить не мог! Поэтому обручение было назначено на первый день лета, а приятным бонусом оказалось то, что российский император не отказался при этой церемонии поприсутствовать. Надо сказать, что дорогой почти что тесть даже придумал некий план, который позволил бы нам не биться об укрепления противника на границе. Часть моих войск будет производить демонстрацию у саксонских крепостей, а основной удар нанесем из бывшей Швейцарии. Там до Дрездена идти всего ничего. И особых укреплений не наблюдается. Вот только придется (скорее всего) делать ставку на ополченцев кантонов. Но что-то все-таки придумаем!

Баварский экс-король Людвиг не отказался мне помочь с еще одной миссией. Он только-только вернулся из России, убедившись, что Балтийский флот отплыл продемонстрировать флаг на самом пороге соседнего королевства. А еще посол Российской империи передал датскому королю, что Его Императорское Величество будет весьма недоволен, если его подданные ввяжутся не в свою войну с Германией. И тогда мы можем перекрыть судоходство по Балтике как таковое. И все датские укрепления заодно сроем. А можем и вообще блокировать порты королевства, если они не опомнятся и станут зарываться. И про восемь миллионов риксдалеров, которые Россия не спешила выплачивать в качестве компенсации за отмену Зундской пошлины господа из Копенгагена могут забыть![2]

Ну а тридцатого, в четыре часа пополудни, в моем дворце состоялся торжественный прием императора Российского Александра II. Сначала скучная церемониальная часть с обоюдным вручением наград, за коей последовал торжественный обед в честь прибывшего высокого гостя и его многочисленной свиты. И только поздно вечером мы смогли собраться в моем малом кабинете втроем: я, Бисмарк и Александр. Причем на присутствии канцлера и премьер-министра Германии в одном флаконе настаивала российская сторона. И почему не сделать друзьям приятного?

— Брат мой, Александр! Мы благодарны Вам за ту поддержку, что оказала Россия нам в войне с Францией. Совместными усилиями нам удалось предотвратить появление широкой коалиции против Германии. Хотя Саксония и не удержалась, думаю, скоро станет вопрос о ее существовании как независимого государства вообще! Вы понимаете, что саксонские немцы — это часть германской нации, и мы не можем позволить, чтобы наш народ был по-прежнему разделен условными границами!

Произнеся столь высокопарный спич, я тут же «сдулся» и постарался разрядить обстановку, предложив перед разговором выкурить по сигаре. Ожидаемо, император Александр предпочел трубку. А мы с Бисмарком разные сорта сигар. Я давно заметил, что канцлер никогда не брал тот же сорт сигар, что и я. Чаще всего он тоже курил трубку. Но сегодня подчеркнуто остановился на сигарах. Когда-то я его здорово насмешил, когда выдал фразу Хэмингуэя про крутые бедра мулаток, на которых скатываются эти произведения табачного искусства. Смеялся Отто фон весело и задористо, приятно даже вспомнить. А потом рассказал, как угощал сигарами своего учителя русского языка. А потом вычел стоимость сигар из его гонорара! Бережливость и прижимистость! Вот уж при Бисмарке замки строить один за другим у меня точно не выйдет. Да и желания особо нету.