Хозяйка Кристальной пещеры (СИ) - Хаард Дара

— Так вестимо, где, — Фобос почесал затылок, вздохнул, гном любил поспать, а я ему часто мешаю это делать, — в библиотеке заседает, никакими посулами не вытянешь оттуда, еду приходится туда ему носить. Их община почти восстановила свой район эльфийский, вот кто может работать, цветет там все, благодать.

Я подняла лицо к кристаллам, улыбнулась, примечая губки, что терли древние камни. Я совсем забыла о губках, что когда-то сбежали от меня на кристаллы. Так вот, через пару лет стало понятно, что губки плодотворно влияют на кристаллы. Так что теперь во всех пещерах эти артефакты на вес золота, очищают кристаллы от столетней грязи.

Грибы мы высаживаем вдоль стен, чтобы они служили барьером для тьмы, когда в пещере не остается тьмы, всех, кто подрос переносят на новые места обитания, и там они рассыпают свои споры. Во всех жилых пещерах подгорного королевства живут глазастики. Их любят, им готовы отдавать самые лучшие удобрения, в общем, полный симбиоз с грибами повсеместно. А вот разговаривают ментально они только со мной. Все же думаю это потому, что я попаданка.

Я приметила расщелину, из которой когда-то упала, и послала туда заклинание опознавания. Как только муженек выпадет из дыры я его поймаю, не буду ждать, пока бедолагу пути притянут. Я рассмеялась, не верил он мне, вот и получай. И месть моя будет жестока! Просила же не делать мне третьего ребенка. Я дотронулась до еще плоского живота. Не бойся, малыш, мама тебя уже любит, а вот недальновидный папаша пусть полетает.

У нас первый выход на поверхность на носу, а он меня опять хочет неуклюжей сделать. Видите ли, когда я с животиком ему нравится больше, чем когда я без него. А двое пострелят его ничему не учат. Попробуй за этими неугомонными уследить, в отличие от Аньяна они настоящие драконята. С полным оборотом, с крыльями зубками, и настоящие шкодники. А ведь говорил мне Тарус, что в этом году на поверхность мы не пойдем. Не верь после этого прорицателю.

Тарус все так же занимает должность, при дворце, король его от себя не отпускает. С королевством у нас разносторонние отношения, но понятно, что они хотят получать от нас больше. Побольше артефактов, побольше кристаллов, но Аньян сразу поставил условия: пещеры мы передаем королевству уже очищенными и готовыми к заселению. Так что поживится за наш счет у Оскара, и у его своры придворных, не получится. Не все там, конечно, гнилые, есть и нормальные, с которыми мы активно сотрудничаем. Все же и наемников не хватает, и все производства, «Надежда» не может в себя впихнуть.

Медеус переехал жить к нам почти сразу же после битвы с бывшим женихом Олли. Помогал Аньяну обезвреживать этих сумасшедших, вознамерившихся уничтожить остатки мира. Я им, оказывается, тоже была нужна, чтобы открыть нижние пещеры. Жуть в общем, целый год пещеры от этой нечисти чистили и думаю, что все равно кое-где притаились бешеные твари.

Кстати, о бешеных. Драконица, что меня обманула и чуть не убила, вовсе не была любимой Аньяна, вернее, была, но очень давно. И ее, после претензий Аньяна, быстренько выдали повторно замуж. До меня доходили слухи, что она родила новому мужу дочку и сидит взаперти. Муж оказался ревнивцем и деспотом. Но мне почему-то ее совсем не жаль.

Мы с Аньяном и детьми живем в «Надежде», ни на что не променяю свой любимый дом. Вначале нашего совместного проживания проговорили кто за что отвечает, спорили на счет золота. Аньян был против, чтобы я тратила свое:

— Твои деньги только твои, кристалл моей души, пусть они будут твоей стеной, на которую можно опереться в тяжелые минуты.

— Так, ты давай мне про тяжелые минуты не намекай, — сразу возмутилась я, — вместе, значит, все общее, ладно, «Надежда» моя, я ее дочери завещаю, но золото можно использовать для дела.

Разговор получился короткий, Аньян полез целоваться и делать дочь.

— Я рад, что ты хочешь от меня дочь, — прошептал он мне в губы.

Итак, золотые сундучки пошли в дело, а «Надежда» превратилась в питомник. В ней мы занимаемся разведением скота и растений, потом, что отдаем, что-то продаем другим поселкам. Нужно восстанавливать популяции животных. Эльфы в этом помогают, в том, как скрещивать животных и не вызывать мутации они побольше нашего знают.

Кстати, у моего квика уже два детеныша, эльфы подарили нам самочку. Ух и радости было у Дариэна, нашего старшего сына. Дар обожал возится со зверьем, настоящий зоолог и ветеринар в одном лице. Ланэль учит его всему, что знает сам, когда я спросила, почему он так спокойно делится бесценными знаниями, он ответил:

— Мир огромен, Олли, а нас очень мало. Я надеюсь, что в других местах тоже есть выжившие, но, когда мы выйдем на поверхность, нам нужно много умной образованной молодежи.

И эльф учил всех детей, не делая различий на расы и титулы. Я не забыла ему подстрекательства на свадьбе и когда-нибудь отомщу, но я преклонялась перед этим мужчиной как перед наставником. Эльфы по-другому смотрят на жизнь, иногда мне кажется, что мне их никогда не понять.

Второго сына зовут Ариус, и этот сорванец пошел нравом в своего дядю, Медеуса. Ему три года, и он спит с мечом, млеет от ножей и хочет идти искателем в отряд дяди Меда, собирать реликвии старого мира. Пару раз ловили его на путях , так что пришлось блокировать от мальчишек переходы.

Еще очищены не все пещеры, и я боялась, что они могут зайти в опасные места. Как драконам им не была страшна тьма, а как золотым драконам открыты почти все пути , высший приоритет. Это в путях прописано. Но мальчишки маленькие, и с тварью сами не справятся.

— Госпожа, так вы куда? — Фобос ходил следом, когда я осматривала пути и добавляла силы в управляющее кристаллы.

— Мужа жду, — сказала я, — потом в город пойдем, посмотрим, как продвигается очистка.

За эти столетия город сильно зарос грязью, экскрементами чудовищ, но с этим помогают грибы, а вот строительный мусор нам пригодится, и за этим нужно следить:глазастики — любители тащить все.

— Как там Рина моя?

— Все хорошо, — улыбнулась Фобосу, — нянчит внуков, тебя ждет не дождется. Может, не будешь больше дежурить, есть кому.

— Так без присмотра они тут все разрушат! — возмутился Фобос, а я про себя хихикнула. Фобос долго усидеть дома не мог, его начинала тяготить спокойная жизнь. Привык он к дороге и движению, а в «Надежде» одно движение — на платформах летать, да траву косить.

Про «разрушить» Фобос намекал на мальчишек. За пять лет Амиль и Разус превратились в угловатых подростков. Я их, можно сказать, усыновила. Иногда они называют меня матушка, смеются, а я горжусь ими. Умные, сильные, они командуют отрядами наемников и помогают Медеусу в очистке городов.

Так вот, Фобос не доверял им всем, не Медеусу уже вроде бы взрослому мужчине, не мальчишкам, которые, по его словам, еще ветер в голове. Аньян не запрещал Фобосу командовать, он еще в расцвете сил, и запирать его в пещере под подолом у Рины как-то неудобно.

Заклинание подало мне знак, что кто-то выпал из расщелины. Я, прищурившись, наблюдала за падением супруга. Бедный.

— Фобос, сделай, пожалуйста, взвар горячий, а то Аньян, наверное, замерз.

— Так нет его еще, — гном удивленно смотрел на пустые пути , потом пожал плечами, — ну ладно, все равно скоро искатели на обед придут.

Я наблюдала, как быстро приближается к земле Аньян, потом его падение застопорилось, и его стало притягивать к путям .

Фобос вынес поднос, на котором стояла кружка взвара, а на тарелочке — кусок хлеба, намазанный маслом.

Он проследил за мной взглядом, и поднос покатился по стеклянной платформе

— Госпожа, это как понимать?

— Господин Раш решился научится летать, — я хихикнула. Пути не подвели, все еще работали отменно, просто нужно было напитать их энергией.

— Прорицатель мне говорил, что с вами я поседею раньше времени, — возмущался Фобос и, собрав осколки посуды, пошел назад в помещение. — А я еще ему не верил.