Кроличья нора (СИ) - Ромов Дмитрий

22. Чрезвычайные меры

Я услышал гудки в трубке. Телефон был однозначно включён, но, судя по всему, ничего хорошего это пока не значило…

Я схватил пушку, вылетел из дома, бросился к «Ларгусу», уселся и повернул ключ. Стартёр затарахтел и… И ничего. Замёрзла, бедная. Попробовал ещё раз. Такая же хрень. Нужно было успокоиться. Да, нужно было успокоиться. Я положил руки на руль. Закрыл глаза, досчитал до десяти.

Кровь бушевала, адреналин хлестал, опьяняя сходящую с ума мышь. Я медленно опустил руку и взялся за ключ. Заводись. Повернул и… двигатель схватился, заработал. Натужно, сердито, но заработал.

Машина медленно тронулась с места. Я двинулся на выезд из двора. Волнение не проходило, но умом-то я понимал, что этот след скорее всего был ложным. На всякий случай, ещё раз позвонил Насте. Нет. Ничего. В смысле вызов шёл, но никто не отвечал…

Неизвестность всегда отвратительна. Правда, в ней есть значительная доля надежды. А надежда остаётся с нами до конца.

Дорога показалась бесконечной. Пробки, заторы, светофоры… Сейчас это ужасно раздражало. Я старался вести себя хорошо, но периодически срывался, подрезал, перескакивал и опасно обгонял.

Выехав из города, я притопил и выжал из своей «коробчонки» максимум. Летел покруче оранжевого Ламборгини, обгоняя все самые крутые тачки в мире. Приехав на место, я просквозил кружок по кольцу и заметил движ на заправке. Там были три чёрных крузака и группа людей чуть в стороне.

Заправка была мне известна. Та самая, гдя я «пересекался» как-то с Харитоном. Сейчас казалось, что это было уже миллион лет назад, хотя времени-то прошло не так много. Я влетел на заправку и резко затормозил. Чердынцев был уже здесь. Выскочил из машины и рванул к нему.

— Э! Куда⁈ Стоять!

Меня схватили под руки и потащили назад. Чердынцев, стоявший в окружении своих людей обернулся, увидел меня и недовольно покачал головой:

— Пропустите его, — скомандовал он.

Я подошёл. Напротив него стоял похожий на волчонка пацан лет пятнадцати. Он щерился и ничего не говорил.

— Да не бойся, я не стану тебя сажать, — с досадой сказал ему Чердынцев. — Где ты нашёл телефон? Просто скажи, где его нашёл.

Я подошёл ближе, достал из кармана деньги и протянул двухтысячную купюру волчонку.

— Ты чё творишь! — возмутился Чердынцев.

Пацан взял деньги и недоверчиво осмотрел.

— А где телефон-то? — спросил я.

Чердынцев показал прозрачный файл, внутри которого находился Настин телефон с наклейкой в виде забавного медвежонка. Сердце запеклось.

— Давайте, — протянул я руку.

— Отпечатки! — предостерегающе воскликнул Чердынцев, но я только рукой махнул.

— Всё равно этот вот захватал там всё по самое не балуйся.

Я ухватил его за рукав в районе локтя и потащил в сторону. Чердынцев кивнул своим архаровцам и нас пропустили.

— Это девчонки моей телефон, — сказал я. — Скажи, как он к тебе попал.

Парень прищурился, посмотрел на Чердынцева и его гвардию и пожал плечами.

— Нашёл.

— Это мне уже и так ясно, — кивнул я. — Где нашёл? Ты живёшь где-то поблизости? Чё ты на заправке делал?

— Пришёл купить кое-что, — ответил он и показал на тропинку, уходящую к шоссе. Я вон на той стороне бате помогаю, у нас там ларёк с мёдом.

— А здесь что?

— Батя за сигаретами послал. Да чипсы хотел ещё взять.

Всё уже было понятно.

— Я через трассу перебежал и вон там шёл по тропинке, — он показал пальцем. — А телефон валялся в канавке на снегу. Я поднял, зашёл внутрь и включил. Он не сразу, но включился. Я хотел сначала себе взять, а потом смотрю, барахло. Хотел оставить на кассе, а тут вот эти примчались. Телефон у меня в руках зазвонил, и они на меня накинулись, на землю повалили, обыскали, будто я человека убил.

— А ты?

— Что? — не понял он.

— Не убивал? — спросил я пристально глядя на него.

— Нет, — пожал он плечами.

— Я понял тебя, спасибо.

Повернувшись, я пошёл в сторону Чердынцева.

— А это? — вдогонку мне воскликнул парнишка.

Я обернулся и увидел у него в руках свою купюру.

— На чипсы, — ответил я.

— Отпускаем? — спросил меня Чердынцев.

Я махнул рукой.

— На обочине нашёл. Он вон там с отцом мёдом торгует. Стало быть здесь они точно проезжали.

— Это, конечно, не особо точно, — кивнул он и поморщился, — но, по крайней мере, мы теперь направление знаем.

— Смотрите, — сказал я и показал ему экран телефона. — Вероятно, Настю везли именно на этой машине. Машина выехала из города и проехала здесь. А вот куда она делась дальше, я не знаю.

Зазвонил Кукуша. Я кивнул Чердынцеву и отошёл от него подальше.

— Короче, племяш, — без оптимизма сказал он. — Мы здесь затихарились, конечно, но я скажу, что зимой в деревне вообще хрен спрячешься. Тем более, в такой. Всё на виду…

— Дом нашли? — спросил я.

— Нашли, — ответил дядя Слава. — Но близко подходить не стали, чтоб внимание не привлекать. Там всё в снегу, следов нет. И, судя по всему, дом нежилой. Никого. Проехали мимо, стоим вот, наблюдаем пока у магазина. Вернее, парни проехали, а я тут тормознулся. Пойду кефира куплю, может узнаю чего…

— Аккуратно….

— Ага.

Я вернулся к Чердынцеву

— Где ты снимки камер надыбал? — прищурился он. — Петя помог?

Я молча кивнул. Рассказывать про Мишку не хотел.

— Здесь дохера где можно человека спрятать, — вздохнул Александр Николаевич, озираясь по сторонам.

Что-что, а это я знал и сам. Тут в округе были и летние лагеря, бывшие пионерские, и дома отдыха, дачные массивы, где зимой никого не бывает, «Зелёная поляна», опять же. Да и обычные деревни типа Ежово, где Кукуша сейчас покупал кефир.

— Давайте записи с камеры попросим показать, — предложил я.

Он с сомнением поморщился, но согласился. Мы зашли внутрь, он показал удостоверение и сказал, что ему надо. Стоявшая за стойкой девчонка, позвала угрюмого дядьку, а тот провёл нас в подсобку.

— Я-то не знаю, куда здесь жать, — кивнул он на комп. — Если умеете с ним, давайте.

Чердынцев опустился на стул и протянул руки к клавиатуре. Надо сказать, разобрался он быстро и немного поискав, пощёлкав, начал просматривать видео в ускоренном темпе.

— Опа-опа… — пробормотал он… — Номер не видно…

— Так вы гляньте другую камеру, — подсказал дядька. — Она развёрнута, никак руки у руководства не доходят. Вот в ней точно номера видать будет.

Чердынцев ещё немного поковырялся в компьютере и действительно, нашёл буханку, в которой, вероятно находилась в тот момент Настя. Испуганная, замёрзшая и не понимающая, что происходит. В кадре была только задняя часть, корма, так что понять, кто там сидел за рулём возможности не было.

Ничего нового. Кадры, добытые Мишкой, я сразу переслал и Жанне, и Кукуше. Скорее всего, от машины уже избавились, но вдруг, как говорится. В чудеса я верил. Немало их видел за свою жизнь, чтобы просто так отмахиваться.

Я рассказал Чердынцеву про Пятака.

— Поехали, Ежово недалеко, поговорим с этой Оксаной, — предложил он.

— Там мой человечек глянул, похоже, что в доме нет никого. В смысле, не живут. Но проверить надо. Только не так. Нужно лазутчика послать. Форточника. Есть у вас спец подходящий, чтоб незаметно проверил, что к чему?

— Поищем, кивнул он.

— И, Александр Николаевич, надо с операторами поработать. Сколько там мобильников в Ежово этом? Десять домов?

— Побольше, — пожал он плечами.

— Буханка туда проехала. Дом сожительницы Пятака, похоже, пустой. Надо искать что-то в той стороне, где они могут заложницу держать. Дайте задание спецам.

— Видишь, я тоже не могу особо афишировать операцию пока. Садык не велел.

— А вы его проинформировали?

— А как бы я иначе людей задействовал? — пожал он плечами.

Я кивнул и поёжился. Вроде было не слишком холодно, сегодня потеплело, но меня колотило. Нервный, блин, озноб. Во рту горечь была и глаза, наверное красные, как у рака.