Гарем на шагоходе. Том 12 (СИ) - Гремлинов Гриша

Роза, сосредоточенно закусив губу, засыпала пыльцу в небольшой контейнер на спине механического паука — одного из вигтов Ди-Ди. Пыльца её цветов переливалась в свете ламп, как лунная пыль, и обещала устроить в офисе Кощея не какой-то там день святого Валентина, а настоящую оргию в промышленных масштабах.

Ди-Ди подхватила вигта.

— Курьер «Амур» к доставке готов, — усмехнулась она.

Задняя дверь грузовика бесшумно приоткрылась. Механический паук юркнул в щель и, проворно перебирая тонкими лапками, понёсся по асфальту к основанию небоскрёба, как крошечный предвестник тотального хаоса. Он был почти невидим в тени здания. Его цель — решётка вентиляционной шахты.

Ди-Ди включила планшет и вышла на связь со штабом:

— Ада, Паштет, приём. Как слышите?

— Слышим отлично, — раздался в ответ спокойный голос Ады. — А что с объёмом пыльцы? Её хватит?

Ди-Ди покосилась на меня и с усмешкой ответила:

— Даже не сомневайся, капитан очень постарался.

Я сохранил невозмутимое лицо.

— Курьер пошёл, готов подарить «валентинку», — продолжила Ди-Ди уже серьёзно.

— Я в системе вентиляции, — кивнула Ада. — У них там, конечно, защита, как у президентского бункера, но пароль от админки был «qwerty12345». Дилетанты.

— Распыляй, — скомандовал я.

Ди-Ди нажала на большую красную кнопку на своём устройстве. Где-то в недрах небоскрёба-гриба, в главной вентиляционной шахте, маленький вигт выпустил облачко золотистой пыльцы.

— А теперь, — Ада хитро улыбнулась, — включаем турбо-режим.

Она ввела несколько команд, и на экране планшета я увидел, как система климат-контроля в здании «Мехи» сходит с ума. Вентиляторы, до этого мирно гонявшие кондиционированный воздух, взвыли, как турбины истребителя, и начали разносить наш «подарок» по всем этажам, по каждому кабинету, по каждой переговорной.

— Ну что, посмотрим кино? — хмыкнула Ди-Ди, выводя на экран изображение с нескольких камер наблюдения, которые хакеры, разумеется, уже взломали.

То, что мы увидели, превзошло все мои ожидания.

Сначала ничего не происходило. Офисный планктон, как и положено, уныло стучал по клавиатурам, пил остывший кофе и делал вид, что работает. Но потом… потом началось.

Первой жертвой стал какой-то клерк в очках. Он вдруг замер, посмотрел на свой кактус на столе с такой нежностью, с какой смотрят на новорождённого младенца, а затем… обнял его. Крепко, со слезами на глазах, не обращая внимания на впивающиеся в его щеку колючки.

Дальше больше. Две секретарши, которые, судя по всему, ненавидели друг друга лютой ненавистью, вдруг бросились друг к другу в объятия и начали признаваться в вечной дружбе. Менеджер среднего звена, до этого оравший на своего подчинённого, теперь стоял перед ним на коленях и, рыдая, умолял простить его за всё. А в отделе маркетинга началась настоящая вакханалия. Сотрудники, забыв про дедлайны, водили хороводы вокруг кулера, пели песни о любви к своей корпорации и пытались поцеловать принтер.

— О, боги, — прошелестел у меня в ухе голос Лексы, которая сейчас готовилась к штурму вместе с альпами в другом грузовике. — Это так трогательно… И противозаконно.

— Зато эффективно, — парировал я. — Фаза первая завершена. Пора приступать ко второй.

— Принято, — сказала полицейская. — Удачи там, наверху.

Связь прервалась.

Я посмотрел на своих спутниц. В глазах Ди-Ди горел лихорадочный огонь — она находилась в своей стихии, богиня машин, готовая обрушить на врага всю мощь кода и шестерёнок. Роза выглядела спокойной и смертоносной, как сама природа, ждущая своего часа.

— Приступаем, — сказал я.

— Отлично! Залезайте! — махнула рукой Ди-Ди, уже усаживаясь в кресло пилота.

Я забрался во второе кресло, а Роза устроилась у меня на коленях и обвила шею руками. Ди-Ди нажала несколько кнопок, и «Окто» ожил. Прозрачный колпак накрыл кабину, двигатели загудели. Режимы «Стелс» и «Хамелеон» скрыли нас. Двери грузовика открылись и, под тихий гул сервоприводов, наш осьминог с бронёй из нанолитиевого сплава выбрался на улицу.

— А почему не лететь… — начала Роза, но тут же поправились: — Почему мы не подлетим к крыше на флаере?

— Потому что городские власти и Магнус знают, что мы будем штурмовать небоскрёб, — ответил я. — Они с гарантией превратили воздушное пространство вокруг башни в «пузырь смерти». Любая попытка подлететь самоубийство. Но стена самого здания, это слепая зона.

— Ага, — кивнула Ди-Ди. — Но я бы не рассчитывала, что мы доберёмся без проблем.

— Ничего, — ответил я с усмешкой. — Тогда у этих проблем… будут проблемы.

Через минуту щупальца «Окто» с тихим шипением присосались к гладкой, отвесной стене небоскрёба-гриба. Мы начали подъём. Чем-то он напоминал поездку на самом странном лифте в мире. Или просто аттракцион. Мы медленно, но уверенно ползли вверх, оставляя под собой суетящийся, ничего не подозревающий город.

— Высота — сто метров, — бесстрастно доложила Ди-Ди. — Все системы в норме. Давление в присосках — стабильное. Вероятность падения — 2,7%.

— Почему не ноль? — проворчал я, крепче прижимая к себе Розу, которая с интересом разглядывала пейзажи за бортом.

— Потому что всегда есть вероятность, что мимо будет пролетать стая очень голодных и злых птеродактилей, — невозмутимо ответила рыжая. — Ядрёна гайка, какой вид! Отсюда весь Лиходар как на ладони!

— В сериале «Олигархи тоже плачут», — подала голос Роза, — главный герой тоже лез на небоскрёб, чтобы спасти свою возлюбленную от злого корпоративного магната. А потом они прыгнули с крыши с парашютом и поцеловались в полёте. Это было очень романтично.

— Если мы отсюда прыгнем, целоваться придётся уже с асфальтом, — буркнул я. — Так что давайте обойдёмся без романтики.

Именно в этот момент мой улучшенный нейрочипом взгляд засёк движение. Несколько маленьких, стремительных точек, вылетевших из скрытых портов в стене здания. Чёрт, нас засекли!

— Дроны! — рявкнул я. — Ди-Ди, уходи в сторону!

Но они нас уже настигли. Гладкие, хищные, похожие на механических шершней, дроны окружили нас, их оптические сенсоры горели красным светом. Первый из них открыл огонь.

Ди-Ди резко дёрнула пару рычагов, и «Окто» прыгнул в бок. БАБАМ! Мы чудом сумели приземлиться на поверхность стены в пять метрах от места отрыва. Короткая очередь бронебойных пуль прошила воздух рядом с нашей машиной, оставив на стене небоскрёба аккуратные дырочки.

— Похоже, они не в курсе про день всеобщей любви! — крикнула Ди-Ди, пытаясь увести «Окто» из-под огня.

— Это роботы, — сказал я, вытаскивая из-за кресла компактный, но очень злой ракетомёт. — Наполнить их процессоры любовью сложно, а вот разнести на куски гораздо проще. Открой колпак!

Ди-Ди выполнила команду, в лицо ударил ветер, кабину наполнил далёкий шум улицы. Розе пришлось слезть с меня. Я отстегнул страховочные ремни, поднялся и вскинул ракетомёт на плечо. Поймал в прицел одного из дронов.

— Улыбочку, пташка.

Ракета с оглушительным рёвом вырвалась из пусковой трубы и устремилась к цели. Дрон попытался увернуться, но не успел. Взрыв превратил его в огненный шар, который, кувыркаясь, полетел вниз, осыпая проезжую часть дождём из раскалённых обломков.

— Есть! — выдохнул я.

Но их было слишком много. Они заходили с разных сторон, поливая нас огнём. «Окто» дёргался, уворачиваясь, его щупальца со скрипом отрывались от стены и снова присасывались к ней.

— Я не могу долго так маневрировать! — крикнула Ди-Ди. — Они нас подобьют!

— Роза, твой выход! — скомандовал я.

Дриада выпрямилась и одним изящным движением перемахнула на корпус «Окто». Десятки зелёных, гибких лиан метнулись во все стороны, как щупальца гигантского кракена. Одна лиана обвила ближайший дрон и с хрустом смяла его корпус.

Другая, разделившись на несколько отростков, опутала сразу трёх, заставив их столкнуться в воздухе и взорваться в огненном фейерверке. Третья, уплотнившись и заострившись, как копьё, пронзила насквозь ещё одного.