Из огня да в полымя. Книга 3 (СИ) - Усов Серг

Надо не забыть всё необходимое сложить в портфель. А что необходимо-то? Так, ну, полотенце мне для душа Тамара выделит, тут без вопросов. Не потащу же я его в портфеле, оно и не поместится. Мыло, шампунь у неё есть, зубной пастой тоже поделится, а вот щётку конечно же свою. И бритву тоже, а то я ж не Дерипаска с дневной щетиной щеголять, хотя она у меня и светлая, мало заметная, но Анна Николаевна глазастая, и помню, как она губки свои алые недовольно поджимала в прошлый четверг, когда заметила мою небритость. Так что, свой Жилетт тоже уложу. Гель для бритья? Вообще-то видел, у Томы имеется. Какая разница, мужской ли, женский? Вся эта разница, как по мне, реклама одна. Обойдусь её средством. Меньше шансов, что забуду там свой гель и придётся завтра новый покупать, я ж свой флакон только-только начал, новый совсем.

А вот чего мне надо обязательно сейчас приобрести, так это презервативы. Хватит уже на женщин рассчитывать. Они конечно предусмотрительные, только и мне нужно быть всегда готовым. Хотел после мебельного в аптеку заскочить с этой целью, к тому же, среди их великого множества в нашем районе есть и круглосуточная. Но Ли с Янь меня вчера прямо к подъезду доставили, а я не захотел тащиться через три дома, и время уж к десяти подходило. Сейчас прям заскочу, аптека как раз по пути, соседняя дверь с Полянкой. Заодно себя прежнего московского вытряхну, от него ко мне смущение лезет, дескать, как это, зайти и про гандоны спросить? Вдруг там на кассе девушка? Как-как — да так и спрошу. Вот ещё, нашёл чего стыдиться.

О Маше с Гришей стараюсь не думать. Там и без моего участия есть, кому разобраться. Если Ли получится всё снять — а с чего бы у неё не должно получится? — Ху перешлёт видео подруге, и та уж пускай решает, стоит ли ей своего дедушка подключать с его огромными связями или можно после возвращения поговорить, пристыдить. У меня мухинского последнее очень неплохо получалось. Я на всякий случай взял у Насти телефон будущей неудачливой воровки. Сестрёнку моя просьба несколько удивила, но лишних вопросов задавать не стала.

Подумаю ещё, что мне с этой парочкой Маша-Гриша сделать. Янь, когда мы возвращались, обещала с разрешения подруги сделать и мне копию записи того, как домработница полезет в сейф. А ещё китаянка вчера в салоне лимузина смеялась до икоты, это я её так рассмешил. Не тем, что поинтересовался ценностью натюрмортов в спальне сестры, те картины оказались недорогими, их Настя сама на Арбате купила, а своими дельными мыслями по поводу искусства в целом и Чёрного квадрата Макаревича в частности. Вначале не понял, что в моих разумных доводах такого смешного, но потом узнал, что художника зовут Малевич. А кто такой Макаревич Ху Янь вообще без понятия. Откуда тогда мне эта фамилия знакома? Надо будет уточнить. Не просто же так она в голове возникла.

Как мой предшественник во мне и опасался, продавщица в аптеке оказалась молодой девушкой. Только она ждала смену, была усталой и не выспавшейся, так что, выложила упаковку презервативов совершенно равнодушно, даже не проявив ко мне никакого интереса, от чего я уже начал отвыкать. Расплатился картой, чтобы не затягивать процесс покупки ожиданием сдачи.

На тренажёрной площадке здороваюсь со всеми — с мужиком-скуфом, решившимся, похоже, наконец взяться за борьбу со своим пивным животом, с тремя парнями чуть меня помладше и с двумя женщинами, Мариной Владимировной и её напарницей по пробежкам, но улыбнулся одной лишь судье. Она ответила мне тем же, да ещё и подмигнула, будто мы с ней не просто соседи, а приятели. Присутствующие на площадке занимаются у разных станков, а турники, оба, свободны, они-то мне и были нужны.

Время поджимает, сегодня на работе ответственный день, хочу приехать пораньше, поэтому делаю всего три подхода, выжимая себя до последнего. Мышцы у меня окрепли, это чувствуется, однако ещё гонять себя и гонять. Что ж, мне не привыкать.

Попрощался и убежал домой. Там ещё сделал традиционные ката, приседания и отжимания, а затем душ. Где-то в интернете прочитал, что очень полезен контрастный, но после позавчерашнего эксперимента, когда у меня мошонку свело, думаю, ну его нафиг, больше такой хренью страдать не стану. Тем более, меня сегодня Тамара ждёт, как бы себе чем-нибудь не повредить. От мыслей об этой прекрасной женщине накатила слишком большая волна желания, и спешу выскочить из душа.

В своё время меня насмешило утверждение о том, что очень богатые люди на завтрак не лобстеров или блинчики с чёрной икрой едят, а овсянку, однако сестра утверждает, что часто так и есть на самом деле. Правда, она сама предпочитает всё ж что-то посерьёзней, а если и делает себе овсянку, то кидает в неё ассорти из ягод. Меня такая мешанина не привлекает, поэтому завтрак сготовил для себя ставший уже традиционным — каша на молоке и с маслом, тосты с колбасой и сыром, конфета, растворимый кофе и три куска рафинада в него. А ведь холодильник забит деликатесами. Ничего, лучше пусть будет, чем не будет.

Запасные носки и трусы положить с собой, вот думаю? Остальное, что нужно, после завтрака уже в портфеле. Еду сегодня не взял. Лишь опять конфеты положил — блин, они, походу, у меня никогда не закончатся, ну, Настя — угощу Олега. Сам сегодня в столовке перекушу, остальное в ресторане доберу. Зря что ли пятьдесят тысяч представительский получил? Я не я буду, если не сточу их в ноль.

Не, не буду ни трусы, ни носки брать, достаточно того, что на себя новые надел.

— Сколько⁈ — выпалил вслух, обуваясь на выход.

Совсем уже совесть потеряли. Девятьсот семнадцать рублей обойдётся поездка. С какого, спрашивается, перепуга? Ну, блин, Собянин, смотри, что у тебя под носом-то делается. Как людей на бабки разводят. Или вам чиновникам всё пофигу? Новую больничку или перинатальный центр открыли, перед очередной станцией метро ленточку разрезали, в школе или лицее таблом посветили, а как простой народ живёт, во сколько ему такси обходится, вам по барабану. Нет, не зря вас в последнее время пачками арестовывают, так и нужно. Как бы сказала баба Таня, моя мухинская соседка, алкашка с первого этажа, Сталина на вас нет.

Синий КИА РИО будет меня ждать через семь минут, ну, я лучше внизу у подъезда постою. Выхожу, закрыв за собой двери и проверил, дёргая ручки, надёжно ли. Всё нормально. Лифт ждал недолго, хотя с утра у нас трафик насыщенный. На шестнадцатом ко мне зашёл попутчик, хмурый, видать, плохо выспавшийся молодой мужик лет на десять постарше меня, брюнет, в светлом лёгком костюме, приличном, но уже ему несколько маловатом.

— О, Лёша, привет! — здоровается он.

— Константин? — я было рассмеялся, но очень быстро сдержал себя, ещё обидится. — А ты-то чего в такую рань?

— На работу, Алексей, как видишь, на работу. Уже второй день — ответил с раздражением. — Отец подсуропил. Представляешь? Я человек с высшим европейским образованием, теперь в Мосводоканале оператором районной сети должен вкалывать. Сидеть перед компьютером целыми днями и смотреть, нет ли где сбоя. Зарплата шестьдесят на руки. Слов нет. Слушай, я вижу, ты неплохо так устроился. — он верно оценил мой прикид. — Может там и для меня местечко найдётся, раз уж родаки меня конкретно прижали. Ты ж, думаю, понимаешь, что я не дурак. Много, какую работу могу выполнять. Поговори там у себя, с кем нужно.

— Ладно, поговорю, — вру и не краснею. — Только не скоро, и у нас сейчас реорганизация. Сокращают народ. Но постараюсь спросить.

— Понятно, — вздохнул Костя, мелькнувший у него огонёк надежды быстро угас, мой отмаз оценил быстро.

Он так-то мужик неглупый и неплохой. Мы с ним познакомились, когда вселялись в свои квартиры. Ему родители купили двушку этажом ниже моей берлоги. Когда только заселялись, и с лифтами была настоящая беда, за них порой битвы шли с пытавшимися ими пользоваться вне очереди — увы, есть среди москвичей и непорядочные люди — Константин предложил мне скооперироваться, и мы перетаскали наши вещи вдвоём, я ему помогал, он мне, так и познакомились.