Медсестра сразу же открыла описание нового навыка:
Описание: Позволяет проводить точную репозицию костных отломков при переломах. Активация навыка запускает ускоренный процесс остеогенеза: в течение минуты на месте перелома формируется плотная костная мозоль, обеспечивая прочное сращение. Эффективно вправляет вывихи и снимает дебафы, связанные с повреждением опорно-двигательного аппарата, такие как «Хромота» или «Хрупкие кости».
Время действия: 1 мин.
Стоимость: Варьируется.
— Ну надо же, — усмехнулась Искра. — Система иногда подкидывает что-то действительно полезное. Прямо как в сказке, когда герою в последний момент дарят волшебный меч. Или «Кайрос». Верка, давай, чини нашего доктора, а то у меня тоже что-то хрустнуло. Чур, я следующая в очереди.
Вера, не обращая внимания на иронию рыжей, снова склонилась над Олегом Петровичем. Её ладонь легла на грудь военврача.
Вера активировала навык: «Костоправ».
Пространство вокруг её руки исказилось. Спецэффекты отличались от привычного исцеляющего света. Плотное, концентрированное поле магии будто давило на воздух. Из-под её ладони раздались тихие, сухие щелчки. Это костные отломки ребра встали на свои места с идеальной точностью.
Затем начался сам процесс остеогенеза. Под кожей Олега Петровича, в месте перелома, возникло едва заметное, пульсирующее золотистое свечение. Оно не расходилось во все стороны, как при обычном исцелении, а концентрировалось в одной точке, формируя невидимый каркас. Сейчас там, на месте разлома нарастала новая костная ткань.
Минута тянулась вечность. Все затаили дыхание, наблюдая за этим таинством. Наконец, золотистое свечение погасло.
Вера получила опыта: 60
— Готово, — выдохнула Вера и вытерла испарину со лба. — Кость срослась. Теперь… теперь лёгкое.
Она быстро восстановила ману парой кристаллов низкого уровня. Вознесла руки и начала изливать целительную энергию.
Вера активировала навык: «Стандартное Исцеление».
Зеленоватое сияние окутало грудную клетку Олега Петровича. Теперь, когда костяные осколки больше не рвали нежную ткань, магия могла работать в полную силу. Я отчётливо представил, как под действием целительной энергии регенерируют крошечные альвеолы, как затягивается прокол в висцеральной плевре, восстанавливая герметичность.
Вера кастовала заклинание снова и снова, не давая себе передышки.
Вера активировала навык: «Стандартное Исцеление».
Поток маны смывал последствия травмы. Огромная гематома, расплывшаяся под кожей, начала бледнеть на глазах, меняя свой жуткий багрово-синий цвет на желтоватый, а затем и вовсе исчезая.
— Магия не только лечит, — сказала Вера отстранённо. — Она ускоряет естественные процессы в сотни раз, заставляя макрофаги пожирать излившуюся кровь. Это потрясающе…
Вера активировала навык: «Стандартное Исцеление».
Мана тратилась очень быстро, зато прибавлялся опыт. Наконец, дыхание Олега Петровича стало ровным, глубоким, спокойным. Вера аккуратно извлекла из его груди катетер. На месте прокола осталась крохотная дырочка. Активация «Малого Исцеления», и ранка пропала. Вера закончила.
Олег Петрович закашлялся, открыл глаза.
— Что… что случилось? — прохрипел он, пытаясь приподняться.
— Лежите! Лежите! — обеспокоилась Вера.
— Вы чуть не умерли, Олег Петрович, — сообщил Фокусник. — Но теперь всё хорошо. Верка вас подлатала.
— Молодчина, дочка, — хрипло сказал военврач. — Просто молодчина.
В это время в передней части БТРа раздался ещё один стон.
— Твою… мать… — прохрипел Варягин. — Где мы?
Женя, молча приводивший его в сознание, убрал от командирского носа ватку с нашатырём.
— На дне, командир, — отозвался я. — В прямом и переносном смысле. Как вы?
— Как будто меня этот паук пожевал и выплюнул, — Варягин с трудом сел, держась за голову. — Тень?
Тень молчал. Он сидел в кресле водителя, обмякнув и свесив голову на грудь.
— Живой. Просто в отключке, — сказал Женя, проверив его пульс. Поднёс ватку и к носу ассасина.
Варягин облегчённо выдохнул.
— Алексей, проверь машину. Нужно оценить ущерб. Фокусник, Борис, Медведь, к бойницам. Следить за периметром!
Команда, вырванная из шока видом возвращения Олега Петровича к жизни, заработала как слаженный механизм. Женя и Фокусник заняли позиции у триплексов.
Я положил руку на искорёженный металл.
Активирован навык: «Анализ компонентов».
Система на секунду задумалась, а потом выдала мне простыню текста, от которой у меня всё похолодело внутри.
Объект: Бронетранспортёр (БТР-80)
Статус: Критически повреждён.
Повреждения:
— Несущая рама: Деформация, множественные трещины.
— Корпус: Вмятины, нарушение герметичности (множественные).
— Ходовая часть: Рычаги подвески сорваны, колёсные редукторы разбиты, четыре из восьми колёс уничтожены.
— Силовой агрегат: Сорван с опор, смещён. Множественные разрывы патрубков и электропроводки.
— Трансмиссия: Коробка передач заклинена. Раздаточная коробка имеет трещину в корпусе.
— Система управления: Рулевые тяги деформированы.
Я снял шлемофон и взъерошил грязные волосы.
— Что там? — спросил Варягин.
— Мы приехали, — мрачно ответил я. — Но я всё починю. Маны уйдёт много, времени тоже. Настоящая проблема начнётся после ремонта. Нам придётся как-то вытаскивать машину отсюда. Можно по лестнице, нагрузка на подвеску и трансмиссию будет чудовищная. После придётся снова ремонтировать. И это если лестничный пролёт не обрушится от нашего веса. Но сперва нужно убедиться, что расстояние между колоннами платформы достаточное. Иначе мы до лестницы просто не доедем и придётся придумывать систему лебёдок, чтобы вытащить БТР тем же образом, каким мы сюда попали.
Варягин устало кивнул.
— Хорошо. Выходим. Борис, Медведь, вы первые, прикрываете. Женя, Фокусник, за ними, контроль секторов. Я и Иванов замыкаем.
— Командир, вас сильно контузило, — возразил я. — Оставайтесь здесь.
— Я в порядке, — отрезал он. — Голова гудит, но на ногах держусь. Приказ выполнять.
Спорить с ним было бесполезно. Я лишь тяжело вздохнул. Тяжёлая створка бокового люка со скрежетом отворилась, и мы один за другим выбрались наружу. Берсерки тут же материализовали своё оружие: боевой молот Бориса и чудовищную секиру Медведя. Осмотрелись, заняли позиции. Стрелки вскинули автоматы.
— Я тоже пойду! — раздался тоненький голосок из люка. — Мики нужно подышать!
— Олеся, сидеть в машине! — рявкнул Варягин так, что мы все вздрогнули.
— Но папа!
— Это приказ!
Из люка показалась русая голова с заплетённой косой. Голубые глаза смотрели на отца с укоризной.
— Мики очень испугался, ему нужно прийти в себя! Мы только на минуточку!
Варягин хотел возразить, но Медведь, стоявший рядом, неожиданно мягко положил огромную лапищу ему на плечо.
— Командир, пусть идёт. Я за ней присмотрю. Ни одна тварь не подойдёт.
Паладин бросил на берсерка тяжёлый взгляд, но махнул рукой.
— Чёрт с тобой, Миша. Но если с ней хоть что-то…
— Не случится, — твёрдо пообещал Медведь.
Олеся с сияющим лицом выскочила наружу. Мики тоже спрыгнул на платформу, встопорщил полосатый хвост и с любопытством принюхался.
Мы стояли на станции. Открытая платформа. Её задняя сторона была огорожена не полностью, но в промежутке виднелся металлический забор… поваленный, правда. С другой стороны проходили пути. Потолок поддерживали массивные колонны с серо-коричневой облицовкой. На одном из путей застыл поезд. Синий, современный. Он выглядел целым.
— Красиво тут, — пробормотал Борис, оглядываясь. — Тихо.
Тишина и вправду была почти оглушающей. Лишь ветер завывал в свободном пространстве да капала вода с крыши вестибюля.
— Не расслабляться, — напомнил Варягин. — Иванов, действуй.
