Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин"

- Мы знаем шемтов и никогда не стали бы их трогать, - сказал разведчик. – И того, о чём ты говоришь – каменных и металлических корней и опор – тоже не видели. Мы прошли берегом Белой Карны к новому руслу. Она сильно разлилась там, затопила лес, и провал, куда новый рукав впадает, залит доверху. Но мы нырнули. Мы несли кристаллы с собой…

Он показал сармату мелкие цериты, вставленные в прорези в плоской кости. «Фонарь» был отполирован ладонями до матового блеска. Кристаллы кислота не брала, а кость, видимо, принадлежала кому-то из аборигенной фауны – её даже не обуглило.

- Там, и правда, короткий путь – нырнуть и вынырнуть. И мы уже видели каменную стену и свод, уходящий вверх. И тогда стена белого огня нас отбросила.

Он прикрыл глаза шестипалой рукой, и Гедимин разглядел короткие перепонки между пальцами, спрятанные в шерсти. Постоянное плавание в кислоте всё-таки не прошло даром…

- Белый огонь? Не зелёный? – переспросил сармат.

- Белый. Самый яркий, - отозвался разведчик, и другие Тайкемы согласно шевельнули вибриссами. – Всё в нём, и ничего, кроме него. Карна вынесла нас на берег. Мы там лежали и видели только красное поле и ничего за ним.

«Эффект Черенкова внутри глазного яблока,» - Гедимин невольно поёжился – он знал, под какое излучение для такого надо попасть. «И ожог сетчатки. Повезло им восстановиться… да и выжить – тоже.»

- Скоро нас нашли, - разведчик переглянулся с жителями посёлка. – Отвели домой. Три дня мы видели красное поле – сначала целиком, потом кусками, потом – тонким маревом. Жрецы говорили с нами и меж собой. Уже с ними мы пошли снова. И снова белый огонь отбросил нас.

«Экспериментаторы…» - Гедимин покачал головой. «Вот ведь радиостойкие существа! Сармата с одного раза флонием бы откачивали…»

- Во второй раз вы лечились дольше? – негромко спросил он. – Сам «огонь» был сильнее? И… вы слышали что-нибудь? Чужой гнев, или боль, или страх?

Жрец навострил уши и пересел ближе.

- Нет, дочь Древнего Владыки не говорила с нами, - сказал разведчик. – И… говорят – она едва ли нас видела. Её сила закрывает провал – от нас, от карнийской рыбы, от самой реки. Оттого русло так раздулось – хашт течёт, а его выталкивают. И оглушённой рыбы на отмелях много.

- Послали уже собирать её, сажать в садки, - вмешалась другая Тайкема. – Она уплывает на четвёртый день. А то много рыбы гибнет там попусту…

«Рыба, живущая в разбавленной кислоте…» - Гедимин покосился на заводи. «Хотя – кто-то должен тут жить. Заполнять все ниши. Вот, деревья уже привезли…»

- Дочь Древнего Владыки? – вспомнил он странные слова и перевёл взгляд на жреца – кажется, это было по его части. Тот пригладил вибриссы.

- Весь огонь тверди и неба в его руках. Только его дети так сильны в огне. Там кто-то из младших, чьё имя мы не знаем. Не скажу, что она зла на нас. Но дорога по реке закрыта. Даже и для самой реки. Но Белую Карну так просто не остановишь…

«Боги… Надо как-то разобраться в богах,» - Гедимин угрюмо сощурился. «Ладно. Кажется, я понял. Сарматы с «Шаглина» говорили – кислота течёт сверху, промывает путь куда-то вниз. Похоже, промыла. Состыковалась с рекой в Хессе. Получается теперь – новое русло этой Белой Карны впадает в промыв… провал. И вытекает наверх в какой-то подземной полости. Уже тут, в Орине. Рядом с «Шаглином». И станции это не нравится. Но запечатать портал она не может… Так, погоди с запечатыванием. Мне его, наоборот, надо освободить. Чтобы прошли Тайкемы, и не дохла зря рыба… но тогда и река хлынет под станцию. А опоры «Шаглина» явно недалеко, иначе хранитель бы не тревожился…»

- Белая Карна – большая река? – спросил он. – Пещера, которую вы видели, - её быстро затопит?

Тайкемы переглянулись.

- Белая Карна очень широка, - ответил жрец. – Даже и там, у истоков. Широка, но неглубока – можно идти по дну.

- А пещеру мы еле-еле увидели, - разведчик приопустил уши. – Малую часть. Как она велика, идёт вверх или вниз, - это отсюда, сверху, виднее. Но ведь и тут нет прохода.

Гедимин мигнул.

- Тут – это где?

…Чёрный провал зиял в гребне холма – почти четырёхметровая дыра с неестественно ровными краями. Плавно изгибаясь, вниз уходил туннель, мокрый от конденсата и покрытый серным налётом. Гедимин зажёг фонарь, заглянул внутрь.

- Это вы такое прокопали?

- Это Провал, - второе слово жрец явно произнёс с заглавной буквы. – Ворота Хесса. Так они открываются. Вольт видел сотни Провалов, он рассказал бы лучше.

Гедимин покосился на многогранник. «Квантовый» перебрался к Провалу, но по-прежнему держался поодаль от жителей и сармата. «Ну, допустим. Туннель, кажется, и впрямь не вырубали – следов орудий не видно…»

Луч фонаря упирался в жёлтые кристаллики на стене, дальше проход заворачивал к западу.

- Далеко он так идёт? – сармат развернул карту, отмечая новый объект. Дозиметр фиксировал излучение, но разбираться в перемешанных пульсациях пока было недосуг.

- Даже с грузом дойдёшь быстрее, чем за день, - ответила Тайкема. – Но мы не добирались до конца. Где своды уходят наверх, у мелкой заводи, – стена белого огня…

Гедимин мигнул.

- Заводь? Так пещера целиком затоплена?

Тайкемы переглянулись.

- Это не Белая Карна, её мы узнали бы, - ответил на этот раз жрец. – Запах совсем другой. Это ручьи, питающие Лит. Одни из них текут сюда, другие – туда. И они впадали бы в Карну, если бы не огонь. Может, дочь Древнего Владыки и впрямь боится за железные и каменные корни, о которых ты сказал…

«Защита от кислоты со всех сторон,» - Гедимин сощурился на Провал. «Наверное, трудно удерживать жидкость лучами. Надо всё-таки посмотреть, что внизу.»

- Я спущусь, - он повернулся к Тайкемам; за ними незаметно перебрались к Провалу и хлоргеоры, и нарвенги, хотя проблемы с порталом в Хесс никак их не касались. – Посмотрю на месте, что там. А потом, когда вернусь…

Он посмотрел на разведчиков, так и держащихся вместе угрюмой группой.

- Всем вам от «белого огня» было плохо одинаково? Может, кто-то перенёс его легче, быстрее восстановился?

Тайкемы переглянулись и прижали уши.

- Он обжёг всех поровну, Странник, - мрачно сказала одна. – И нас, и жрецов.

- Понятно, - пробормотал сармат, угрюмо щурясь. «Хуже всего, если это расовое. Я пока не вижу, из-за чего хранитель мог бы на них взъесться. Но если они с ним просто несовместимы – это хуже…»

- Тогда ждите. Завтра постараюсь вернуться, - он двинулся к пещере, но ветвящееся щупальце легло на плечо.

- Гедимин, вас проводить? Место не самое безопасное, даже без учёта преграды…

Сармат качнул головой и подумал, стараясь оформить каждое слово предельно чётко: «Нужно немного поговорить. О Тайкемах. Лучше внизу. Сможешь пройти незаметно?»

«Незаметно для всех?» - Вольт вроде бы отплыл в сторону, втягивая щупальца, и даже растворился в тающем световом пятне, и Гедимин повернулся спиной к заводи и начал спускаться – но мысленный голос был прекрасно слышен. «Что ж, постараюсь. Я буду недалеко, позовите меня на привале.»

…По крайней мере, своды везде были высокие, да и ширину туннель не сбавлял – всюду, если откинуть с дороги камни и заровнять выбоины, проехала бы большая эльфийская повозка. Гедимин, додумав эту мысль, поймал себя на том, что выбрал именно такой «эталон» для измерения прохода. «Ну, глайдер тоже пролетел бы. «Кенворт» зацепился бы кузовом, а что помельче… Но у местных всё равно нет глайдеров, так нечего о них и думать,» - он повёл лучом сканера в сторону, проверяя состав воздуха. Без скафандра тут делать было нечего, если только ты не Тайкема (или нарвенг). Сернистые испарения были повсюду. Ток воздуха в пещере был очень слабый – видимо, из-за «водяной» «пробки» на границе Хесса; Провал в Туманных горах продувался насквозь, и Гедимин думал, что это общее свойство таких переходных «зон». Ни фауны, ни флоры он не заметил, кроме небольших колоний бактерий, питающихся серой. «Ещё не просочилось,» - решил он. «Или нуждается в свете. То, что живёт у кислотной реки, сернистым газом не испугаешь…»