Некрофобия: Пробуждение мертвых (ЛП) - Хэмлин Джек

"Мы зажали их в открытом поле, окруженном высокими хребтами. Там проходила грунтовая дорога с дренажными канавами по обе стороны. Они выслали вперед разведчиков и фланговое охранение, и мы бесшумно расправились с ними. Когда основные силы оказались там, где нам было нужно, мы открыли огонь на поражение. Двадцать из них мы уничтожили в первом же бою из наших укрытий на хребте. Остальные поступили так, как мы хотели, как поступил бы любой пехотный солдат: они все попрыгали в канавы, чтобы укрыться. Плохое решение. Мы заминировали канавы взрывчаткой. Когда они прыгали туда, мы связывали их огнем из пулемета и стрелкового оружия, несколькими гранатами, чтобы они держались кучно. Затем мы взорвали канавы и уничтожили более сотни человек за десять секунд. Идеальная засада. Абсолютный часовой механизм".

"Мило", - сказал я. "Но мы имеем дело не с солдатами. Мы даже не имеем дело с живыми людьми".

"Что делает все намного проще", - сказал Джимми.

"Точно", - сказал Тук. "Видишь ли, это мертвоголовые. Им нужно только одно: мясо. У них нет чувства самосохранения или защиты, нет хитрости, нет ничего. Они тупые. Они приходят в большом количестве. Им нужно только мясо. Мы готовим место для засады, мы склоняем шансы в нашу пользу. Бросаем им приманку, чтобы заманить их, а потом закрываем крышку на этих ублюдков".

Я предполагал, что это сработает.

По его плану мы втроем с Дианой должны были устроить засаду за оградой. Он уже выбрал место. Мы подготовим его, а затем заманим их внутрь. Шторы.

"Что за приманка?" сказал я. "Не Диана".

"Черта с два!" сказал Тук. "Ты думаешь, у меня нет чувства чести? Нет, не Диана. У меня есть кое-кто получше. Кто-то большой и сочный, умеющий быстро бегать. У меня есть ты".

Черт. Я должен был это предвидеть.

Но я полагал, что в этом есть смысл. Я был намного моложе Тука или Джимми. У меня был боевой опыт. Я все еще был довольно быстр, и мне еще не исполнилось сорока лет, и не исполнится еще шесть лет. Почему не я? Я был логичным кандидатом. Настолько логичным, что я знал, что не могу рассказать об этом Рикки, иначе она устроит скандал. Ей бы совсем не понравилась идея с наживкой. На самом деле, ей бы очень не понравилось, что я рискую своей жизнью. Она бы (как и раньше) указала на то, что я муж и отец, и у меня есть обязанности. Это, конечно, было правдой, но теперь игра изменилась: у меня были обязанности не только перед Полом и ею, но и перед нашим маленьким сообществом в целом.

В тот вечер мы не говорили о том, что это за игра.

Тук отвел Диану в сторонку и все ей объяснил, и она, конечно, была за. Мы все были в восторге от этого. Мы так долго бегали от этих проклятых тварей, а теперь собирались превратить охотников в жертв, и эта идея нам нравилась. В ту ночь у ворот было более сорока зомби (Рикки подсчитала). Их число быстро росло. Пришло время нанести решающий удар. Позже я подумал, что Тук был заинтересован не столько в прореживании стада, сколько в поддержании нашего боевого духа. После трех командировок во Вьетнам он знал кое-что о моральном духе. Я полагал, что он понимает гораздо больше о практической стороне человеческой психологии, чем говорит.

Мы установили угольный гриль на дорожке и в тот вечер зажарили сосиски. Дети были в восторге от всего этого. Тук очень любил хот-доги. Он очень тщательно следил за своим питанием, потребляя много зеленых овощей и очень постное мясо. Он сводил нас всех с ума своими утренними отжиманиями, приседаниями, подтягиваниями и изометрическими упражнениями. У него была только одна декадентская нездоровая поблажка, и это были хот-доги. У него было четыре огромных морозильных камеры, и количество хот-догов в них просто пугало. У нас не было булочек для хот-догов, а пекарни к тому моменту уже практически опустели, но, будучи всегда находчивым, Тук сделал булочки из индийских лепешек, которые затем обжарил во фритюре. Они были невероятно вкусными. Мы провели приятный вечер, и Тук даже сыграл для нас несколько песен на своей скрипке.

Оглядывая нас, сидящих в креслах на лужайке, я поразился тому факту, что мы теперь как одна большая семья. Тук почти не спал в своем кресле. Мария свернулась калачиком у него на коленях, обхватив его шею руками, и крепко спала. Диана, Пол и Дэвис были внутри и играли в единственную настольную игру, которая была у Тука: Монополию. Мы с Рикки слушали рассказы Джимми о том, как он был подростком в Вест-Сайд-Манхэттене в 1950-х годах и воровал яблоки у торговцев с тележек. Было очень мило. Очень спокойный, легкий вечер. И именно такими я хочу запомнить нас: тот вечер, все здоровы, в безопасности и расслаблены в компании друг друга.

Все шло слишком хорошо слишком долго, и я знал, что все должно измениться. Я чувствовал, как что-то собирается вокруг нас, называя это невезением, судьбой или чувством надвигающейся гибели. Я не знаю. Но я чувствовал это и знал, что грядут неприятности.

Как оказалось, я был абсолютно прав.

ЗАСАДА 

Я помню, как еще в пехотной школе в Форт-Беннинге наш БК, командир батальона, говорил нам, что в бою важно уважать своего врага. Даже если они плохо обучены, плохо организованы, плохо вооружены и плохо мотивированы. Потому что в каждом боевом столкновении или перестрелке есть уродливый элемент случайности, который перевешивает шансы не в вашу пользу. Вот тогда-то и случается всякое. Именно тогда вы теряете преимущество. Именно тогда все летит к чертям, и люди гибнут без всякой причины. Как говорят в НФЛ, "в любое воскресенье...". Это значит, что даже самая разношерстная компания игроков может надрать задницу самой крутой команде. Такое случается. Может быть, эта разношерстная команда не выиграла ни одной игры за весь год, но когда вы становитесь высокомерными и теряете бдительность, можете быть уверены, что они вас растопчут.

Уважайте своего врага.

Конечно, мы находились в довольно уникальном положении, поскольку нашими противниками были зомби.

Дело в том, что все, что мы знали о них, можно было уместить в наперстке. В основном ими двигал голод. Им нужно было кусать и жевать, питаться. Казалось, у них не было другой главной мотивации. Они не были ни умными, которых я когда-либо видел, ни хитрыми, ни быстрыми. Но они все равно были страшными. И что делало их еще страшнее, так это то, что они приходили в количестве, толпами, толпами. Я не верил, что в этих толпах была какая-то сплоченность, какая-то организация: это были просто бездумные пожирающие машины, которые объединялись вместе, потому что все они хотели есть. Тук сказал, что у них нет ни настоящего инстинкта выживания, ни чувства самосохранения. Я согласился. Они набросятся на вас, чтобы укусить, независимо от того, какую огневую мощь вы продемонстрируете или сколько их зомби-соратников вы уложите.

Но это не значит, что они будут вести себя так каждый раз.

В моем понимании, они были непредсказуемы.

Когда имеешь дело с хищником - любым хищником - никогда нельзя знать, как он отреагирует. Это была "серая зона", с которой нам пришлось столкнуться на следующий день, когда мы разработали наши планы. Мы объявили о них всем, кроме Марии, которая была очень чувствительна к происходящему и работала в саду с Дианой и Джимми.

Я думал, что Рикки поднимет шум. Но она не подняла.

"Их число должно быть сокращено", - сказал им Тук. "Для нашей же безопасности".

Это было практично и имело смысл. Рикки поняла это. Конечно, мы опустили часть о том, что я была приманкой.

Примерно через час мы вчетвером выехали через задние ворота на бронированном джипе и поехали через поле к месту засады, которое выбрал Тук. По сути, это была глубокая каменистая яма около трехсот футов в поперечнике и вдвое больше в длину. Туда вела тропа. Моей задачей будет заманить зомби внутрь. Единственная проблема в том, что другого выхода, кроме этой тропы, не было. Как только я оказывался там с ними, я оказывался в опасности. Я мог бы выбраться, но это было бы рискованно из-за отвесных стен. Тук сказал, что как только я втяну их в яму, он бросит мне веревку и вытащит меня.