Пробуждение (СИ) - Аянский Егор

— И? — я нетерпеливо уставился на него. — Как древняя лампа накаливания связана с аномалией?

— А теперь взгляни сюда.

Он поставил светильник на тумбочку, после чего извлек из ее недр… мой потерянный рюкзак!

— Твое?

— Мое! — обрадованно кивнул я. — А там зеленый кулончик на цепочке такой был…

— Не переживай, все твои вещи на месте. Но нас сейчас интересует лишь одна.

Он вынул из бокового кармана фонарик и перебросил его на кровать:

— Включи.

Все еще не понимая, к чему он клонит, я взял предмет свободной рукой и нажал боковую кнопку.

А дальше начались чудеса!

Вместо привычного белого, зажегся ярко-желтый цвет, который прямо на глазах начал превращаться в оранжевый, а затем вообще погас. Через пару секунд он снова засветился, но на этот раз ярко-красным, после чего быстро-быстро замерцал, будто полицейская сирена, и отключился.

От происходящего у меня натурально челюсть отвалилась.

— Но… Как лампа смогла произвольно поменять цвет? — растерянно пробормотал я.

— Очень просто. Светодиод в твоем фонаре является полупроводником, а испускаемая им длина волны зависит от ширины, так называемой, «запрещенной зоны», — пожал плечами ученый. — Мы находимся внутри тета-аномалии, которая хаотичным образом влияет на этот параметр. Физику в школе учил?

— Учил, — вздохнул я. — Это ведь та самая фигня, из-за которой человечество перестало пользоваться самолетами и потеряло доступ к спутникам. Да?

— В точку! Тета-аномалии встречаются преимущественно в воздушном и космическом пространстве, но иногда могут прилегать вплотную к земной поверхности, как на нашем острове. И поскольку внутри них нестабильно функционирует микроэлектроника, то и организовать добычу демолитовой руды с помощью роботов на таких территориях невозможно. Именно в этом заключается главная причина отсутствия у Щербаковых интереса к разработке здешнего месторождения.

— Но ведь существуют кланы поменьше, для которых этот рудник мог бы стать неплохой основой развития!

— Такие сюда почти не заглядывают, — поморщился Философ. — Да и кишка тонка у них с нами бодаться. Сверхспособности на острове и вокруг него не работают, современная техника ломается. А сражаться по старинке, с помощью лишь одного огнестрельного оружия сейчас почти никто не умеет.

— Зато, кажется, умеете вы, — вздохнул я. — Кстати, за глазной протез свой не боитесь? Он ведь тоже с полупроводниками.

— Заблаговременно был обесточен. Еще вопросы есть?

— Только два. По крайней мере пока.

— Слушаю?

— Почему меня все-таки не убили?

— А второй?

— Сможете развести водой порошок из моего рюкзака? Жрать охота — сил нет!

Он на секунду задумался, а затем решительно сунул руку в карман и бросил на кровать небольшой серебристый ключик.

— Одевайся.

Самостоятельно освободиться от наручников оказалось несложно, но вот дальше начались трудности. Первая же попытка подняться с кровати отдалась острой болью в верхней половине тела, да такой, что перед глазами запрыгали светящиеся точки.

— Помочь? — донесся сбоку голос старика.

— Сам…

— Старайся побольше использовать нижние группы мышц, а плечо побереги. Я бы рад дать тебе отлежаться еще денек, но обстоятельства не терпят.

Чуть отдышавшись, попробовал снова, более осторожно, и на этот раз у меня получилось сесть. Босые ноги коснулись теплого деревянного пола, а дальше подняться не составило труда. С равновесием все оказалось в порядке.

По большому счету состояние не ощущалось прямо уж смертельным. Кроме плеча неслабо побаливала переносица, по которой Грид приложил кулаком от души, но в остальном все было замечательно.

Кстати, неплохо бы посмотреть на себя со стороны и оценить «ущерб».

— Здесь зеркало есть?

— В доме нет, — отозвался ученый. — Можешь не переживать — нос я тебе вправил. Девки меньше любить не станут.

— Сами вправили? Типа в медицине вы тоже шарите?

— Шарю, — улыбнулся ученый, подсветив аккуратную повязку у меня на ключице. — Моя работа. Через недельку забудешь о болячках, если резких движений делать не будешь.

— Постараюсь, — я потянулся к рюкзаку. — Можно? Там у меня запасная одежда.

— Настоятельно рекомендую надеть эту, — старик поднялся с кресла и прошел к шкафчику у выхода. — Здешние условия отличаются от тех, к которым ты привык в Метрополии.

Он открыл створки и отошел в сторону, давая мне возможность все рассмотреть самому. Внутри обнаружилась деревянная вешалка с плечиками, на которых красовался новенький комплект камуфляжной формы. Выше на полке покоились две шляпы такой же расцветки, а внизу — пара крепких берцев на толстой подошве.

— Трусы с носками тоже выдадут? — усмехнулся я.

— Э-э-э… Наверное нет, — впервые за все время смутился собеседник.

— Тогда мне нужен мой рюкзак.

— Бери, конечно, — кивнул он. — Можешь сразу распределить свои личные вещи так, как самому удобно. Жить пока будешь здесь. Зубная паста, мыло и прочие предметы гигиены находятся в тумбочке. Остальное покажу по дороге.

— Понял.

Торопливо вытряхнул свой скарб на матрас и с облегчением обнаружил мамкин кулон. Недолго думая, нацепил его на шею, поскольку не особенно был уверен, что избушка обеспечит ему сохранность, после чего сменил нижнее белье и отправился примерять обновки.

Старик постарался на славу. Предложенная им одежда села идеально, и даже ботинки оказались по размеру. Осмотрев меня со всех сторон, он удовлетворенно кивнул, после чего снял с верхней полки те самые шляпы:

— Надень.

Я вопросительно уставился на старомодный головной убор. Причиной замешательства стала тонкая сетка вокруг полей, свисающая до самой груди. Такие мне приходилось видеть на фотографиях пчеловодов.

— Защита от насекомых?

— От них самых, — ухмыльнулся ученый. — Готов?

— Да вроде готов.

— Выходим, — он с заметным усилием толкнул тяжелую дверь.

Ворвавшийся в избу поток горячего воздуха наполненный сладким ароматом цветов заставил меня изумленно выдохнуть:

— И это называется Сибирь⁈ Да здесь солнце жарит сильнее, чем в Краснодаре!

— Не солнце, а земля, мой юный друг. Прямо под нами находится активная эпсилон-аномалия. Происходящие в ней процессы сильно разогревают почву. В свою очередь это формирует на острове уникальный микрокли…

В дверной проем с громким жужжанием влетела семисантиметровая желто-полосатая тварь, врезалась мне в грудь и упала на пол. Пару секунд она барахталась на спине, затем перевернулась и поползла к моему ботинку.

— … микроклимат, флору и фауну! — громко закончил ученый, припечатав подошвой незваного гостя. — Например уникальный подвид азиатского шершня. Укус одной такой особи большого ущерба здоровью не нанесет, но три-четыре вполне способны отправить взрослого человека на тот свет.

Я присел, чтобы внимательнее рассмотреть насекомое. В целом оно выглядело, как самая обычная оса и отличалось лишь выдающимися размерами.

— Офигеть! Это мутант?

— Все существующие биологические виды мутанты, в какой-то степени, — неопределенно ответил ученый. — Идем, еще насмотришься.

Сказать, что уличный пейзаж меня поразил — не сказать ничего. Улица из двух десятков невысоких одинаковых домиков утопала в ползучей зелени, напоминающей тропические лианы. Этакая русская деревенька времен ядерной эры, которая, по каким-то причинам, переместилась в экваториальные джунгли. Приглядевшись, я заметил, что растения произрастают не беспорядочно, а оплетают специально для них натянутую проволоку, образующую арочный каркас, соединяющий крыши соседних домов. Будто кто-то пытался замаскировать поселение от взгляда сверху.

— Зачем это? — произнес я, указывая рукой наверх. — Вы сказали, что дроны здесь не работают.

— По большей части для защиты от солнца, — небрежно бросил ученый. — Нам в то длинное здание.