Инженер. Система против монстров 7 (СИ) - Гремлинов Гриша

— Верочка, будьте добры, уступите мне стул, — его голос прозвучал обманчиво мягко.

— А? Да, конечно… — девушка вскочила, но тут же замерла, поймав мой взгляд.

Я едва заметно качнул головой в сторону выхода. Ершов не просто так вежливость проявляет. Сокол сейчас загнанный зверь. У него одна рука свободна. Схватить хрупкую девушку за горло и прикрыться ей как щитом — дело одной секунды.

Вера быстро отошла в безопасную зону к Жене. Ершов не спеша присел на её стул. Он оказался плечом к плечу с Варягиным. Хороший тандем: «Злой коп» и «Ещё более злой коп, но с ментальной магией».

— Ну что, солдат, — начал опер. — Давай знакомиться. Капитан полиции Ершов. Уголовный розыск. Буду задавать вопросы. Ты будешь отвечать. Всё просто.

Сокол скосил на него глаза.

— Мне плевать, кто ты, мужик, — огрызнулся он. — Видел я тебя вчера, помню, как тебе под дых надавали и уволокли. Ментов здесь больше нет.

— Ошибаешься, — усмехнулся Ершов. — Мент — это не форма и не ксива. Это состояние души. Или диагноз. Итак, давай по порядку. Фамилия, имя, отчество?

— Ты издеваешься? — Сокол посмотрел на Варягина. — Командир, убери этого клоуна.

Варягин промолчал. Ершов наклонился ближе.

— Фамилия. Имя. Отчество, — повторил он с нажимом. — Год рождения. Место службы.

Давление нарастало. Воздух в комнате стал густым, вязким.

— Соколов Дмитрий Андреевич, — выдавил из себя парень, словно слова были камнями. — Девяносто восьмой год… Служил в мотострелковых, наводчик БТР-82А.

— Хорошо, Дима, — кивнул Ершов, чуть ослабляя хватку. — А потом? ЧВК «Ратоборец», верно? Вместе с Сергеем Ивановичем?

— Да… — Сокол сглотнул. Пот выступил у него на лбу.

— С кем ещё? — уточнил опер.

— Вместе с Тенью, Медведем, Рулём… Фокусником, Сумраком… с Олегом Петровичем…

— Свои пацаны. Братство. Спина к спине. Так?

— Так…

— А сестру твою как звать? — словно невзначай бросил опер.

Сокол дёрнулся, словно от пощёчины, но прошептал:

— Марина…

— Кем работала? — задал следующий вопрос Ершов.

— Медсестрой в Центре психиатрии и наркологии по Смоленскому бульвару.

— Ты ведь её искал, верно? — очень вкрадчиво спросил капитан.

Блондин рванул вперёд так, что наручники звякнули.

— Не смей… не трогай её! — его голос сорвался.

— Ты хотел её спасти, — продолжил Ершов. — Ты ради неё всё это терпел. Пёрся с командой в центр, в самое пекло. Но не свезло. Не нашлась сестрёнка. Оставаться в команде стало слишком рискованно. Да и вообще паршиво. Так? А потом что? Решил, что с Гладиаторами шансов больше?

— Нет! — крикнул Сокол. — Я никого не предавал!

— Тогда говори, — Ершов подался вперёд, и давление стало просто удушающим. — Что случилось в библиотеке? ГОВОРИ ПРАВДУ!

Я почувствовал импульс. Мощный всплеск ментальной энергии. «Глас Истины» ударил по мозгу допрашиваемого. Даже у меня на секунду заныли виски. Полицейский маны не пожалел.

Сокол затрясся. Его лицо исказилось, рот открывался и закрывался, как у рыбы, выброшенной на берег. Он боролся. У него был двенадцатый уровень, как у Ершова. Шансы равны. Но воля у Сокола была подточена страхом и виной.

— Я… я вышел покурить! — прорвало его. Слова полились потоком, быстрым, захлёбывающимся. — Психанул, потому что командир не хотел признавать, что Лёха — проблема, от него все беды с этой его «Меткой»… Думал, проветрюсь, пара минут… И тут… свет! Вспышка! Я думал, сдохну! Меня крутило, ломало! А потом бац! Выпал! Темно, пыль…

Он жадно глотал воздух.

— Выпал… где? — тихо спросил Варягин.

— Библиотека… но не та же самая, похожая! — Сокол облизнул пересохшие губы. — Другая! Я выбежал на улицу… А там парк! Деревья! Я рацию хватаю: «Командир! Приём!» А там только шипение… Я понял, что уже не там нахожусь… Я был на Тимирязевской! Меня перекинуло через полгорода! Аномалия! Чёртова пространственная дыра!

В комнате стало тихо. Я расслышал, как шаркает подошвами Олег Петрович.

— Аномалия? — уголок губ Варягина дёрнулся. — Телепорт? Ты серьёзно?

— Хорош заливать! — взорвалась Искра, всплеснув руками. — Какие, к чертям собачьим, аномалии⁈ Мы тут уже две недели задницы морозим! Нет никаких аномалий! Только мутанты, лут и магия! Если тебя никто специально не телепортирует, то никуда ты не переместишься! Ты просто сбежал, трус! Испугался и дал дёру! А теперь лепишь нам горбатого про телепорты!

— Это правда! — заорал Сокол. — Я клянусь! Я не сбегал!

Все посмотрели на Ершова. Тот откинулся на спинку стула, не сводя взгляда с пленника.

— Он не врёт, — произнёс опер веско. — Я чувствую резонанс. Он верит в то, что говорит. И страх… страх подлинный. Не страх возмездия, а страх того момента. Он действительно провалился.

Я на секунду отвлёкся от загрузки деталей в «Верстак». Аномалии. Телепортация. «Аварийный телепорт» у меня есть, но это артефакт. А тут природная зона нестабильности? Так, стоп. Есть же ещё один неучтённый элемент. Зуур-Таллан.

Он телепортацией владеет отлично. И как раз находился под библиотекой, когда Сокол пропал. Мог ли торговец намеренно выбросить человека, который, например, ошивался на пороге здания, в которое он хотел зайти? Нет, какой смысл… Наверняка он перенёсся прямо в хранилище. Тогда у меня ещё и «Техно-Око» сработало, сообщив о внезапном появлении нового, неизвестного устройства. Впрочем, кто сказал, что порталы инопланетянина не могли как-то дестабилизировать пространство? Это всего лишь теория, но она даёт хоть какое-то объяснение.

— Ладно, — процедил Варягин. — Допустим. Ты оказался на Тимирязевской. Один. Что дальше?

— Я выживал, — глухо ответил Сокол. — Пытался вернуться. Но там… там ад. Псы. Стаи по двадцать голов. Я шёл днём, пока мутантов меньше. Прятался ночью в подвалах. Патроны кончились на второй день. Я думал, сдохну. А потом… наткнулся на них.

— На родственные души? — язвительно вставила Искра.

— На патруль! — огрызнулся Сокол. — Мотоциклисты. Они тогда ещё не осели, постоянно перемещались. Окружили меня. Я думал, конец.

— И ты записался в добровольцы? — снова надавил Ершов, включая «Глас Истины». — Как ты попал в банду? Как именно?

Сокол зажмурился.

— Они ехали прочь из города. Хотели прорваться за МКАД. Меня взяли как мясо. «Развлечение на вечер, чтобы ужинать не скучно было», так Череп сказал. Привязали к байку верёвкой… заставили бежать… Потом привал. Выставили в круг. Сказали: «Убьёшь тварь, поживёшь ещё день». Выпустили на меня Костогрыза, но уровень был всего четвёртый. Я его задушил. Голыми руками задушил, пока они ставки делали!

Он говорил, погрузившись в воспоминания. Боль, кровь, грязь.

— На следующий день снова круг, — продолжал Сокол монотонно, как робот. — Снова тварь. Плевун. Мелкий, но ядовитый, сука. Мне повезло, под руку попалась арматура, которую Гладиаторы в траве не заметили. Я ему в глаз засадил, когда он мешок надул для нового плевка. Череп ржал. Сказал, что я злой. Ему понравилось. Он хотел меня в клетку кинуть, как собаку. И тогда… тогда я сказал, что я лучше его.

— Ты бросил вызов главарю? — удивился Женя.

— Да. Сказал: «Выходи сам, если не ссышь». Он вышел. И отметелил меня так, что я кровью харкал. Но не убил. Сказал: «В тебе есть стержень, щенок. Будешь у нас шестёркой. Докажешь, что полезен — станешь бойцом».

— И ты доказал? — голос Ершова стал холоднее льда. — Что ты сделал, Дима? Кого ты убил, чтобы стать «своим»?

Я закончил крафтить. В моей руке лежал лёгкий ошейник из чёрного композита с блоком. На нём находился крохотный красный диод, пока не горящий.

Изготовлен предмет: Дисциплинарный модуль «Верность-1»

Тип: Взрывное устройство.

Урон: Летальный.

Заряд: 30 грамм пластида.

Время действия: Мгновенно

Свойства: Отслеживание объекта, коммуникация, удалённая детонация, защита от взлома, защита от ЭМИ.

Получено опыта: 250 × 3 = 750