Десятки тварей. Их глаза горели голодным огнём. Они неслись на меня, собираясь разорвать в клочья, довершить то, что не смог их гигантский лидер.
Я медленно, болезненно выпрямился, опираясь на копьё, как на посох. Каждый вдох отдавался болью в рёбрах. Мутанты приближались. Тридцать метров. Двадцать. Пятнадцать. Я видел их клыкастые пасти, почти чувствовал смрад их дыхания.
Один против такой стаи…
Но у меня ещё осталось копьё. И в нём таилась сила ледяного дракона.
Я подпустил их почти вплотную. Позволил им почувствовать близкую победу. Первый ряд мутантов был уже в десяти метрах. Их рычание сливалось в единый, голодный вой.
Я поднял копьё. Его лезвие вспыхнуло голубым светом, таким ярким, что на мгновение стало больно глазам. Холод, исходящий от него, стал почти невыносимым.
И я ударил.
Но не по монстрам. Я ударил остриём копья в асфальт, вкладывая в этот удар остатки сил и всю свою ярость.
ДЗЗЗЫНЬ!
Наконечник вошёл в дорожное покрытие. И в тот же миг вся накопленная в артефакте магия высвободилась разом. Ледяная смерть хлынула вперёд.
От точки удара, в сторону несущейся на меня орды, ударила волна абсолютного холода. Дорожное покрытие на её пути мгновенно трескалось и покрывалось толстой коркой льда. И этот лёд светился изнутри тем же призрачным голубым светом, что и символы на копье.
Волна не расходилась по кругу. Она устремилась вперёд, направленным потоком мерзлоты. Полупрозрачная корка льда с треском расползалась всё дальше и дальше. Это походило на рождение ледника.
Первый мутант, наступивший на замороженную дорогу, взвизгнул. Его ноги мгновенно примёрзли к поверхности. Холод стремительно пополз вверх по его телу. Шкура покрылась инеем, движения стали замедленными, скованными. Через секунду он превратился в ледяную статую с выражением злости и страха на застывшей морде.
Но он был лишь первым.
Остальные, не успев затормозить, влетали на ледяное поле. Их лапы тут же прихватывало морозом. Они падали, скользили, врезались друг в друга. И каждый, кто касался этого льда, разделял судьбу первого. Я видел, как их серая кожа белеет, как замерзает кровь в венах, проступая под кожей тёмно-синими жгутами. Их глаза стекленели. Они застывали, превращаясь в уродливые ледяные скульптуры.
Волна катилась дальше. Мутировавший Пёс на полной скорости влетел на лёд, его лапы разъехались, и он рухнул на брюхо. В тот же миг его шерсть покрылась инеем, а тело сковала ледяная корка. Шипохвост, прыгнувший в атаку, зацепил когтями лёд, и рухнул на него, разбившись на осколки. Костогрыз, навеки замёрз с разинутой пастью.
Один за другим. Каждый, кто касался проклятого льда, замерзал. Глубокая заморозка, проникающая до самых костей. Через несколько секунд передо мной раскинулся безмолвный сад ледяных изваяний. Целая армия монстров, застывшая в агрессивных позах. Картина выглядела одновременно жуткой и завораживающе красивой.
Но оставлять этих монстров так не вариант. Кто знает, что произойдёт, когда магия холода иссякнет? Оттают ли они дохлыми тушками? Или оживут? Опыта мне за них пока не начислили. Похоже, это тот случай, когда законы физики пасуют перед сверхъестественной хренотенью. Лучше не рисковать.
Нужно закончить начатое.
Я выдернул копьё из асфальта и занёс его над головой, как палач, готовящийся опустить топор на плаху. И с глухим, яростным рыком обрушил его на ледяную поверхность.
ДЗЫНЬ!
Удар получился несильным, но этого оказалось достаточно. Едва остриё коснулось льда, остаточная магия, дремавшая в артефакте, высвободилась.
От точки соприкосновения во все стороны ударила новая волна энергии. Ледник пошёл трещинами. Тонкие, как паутина, они разбегались во все стороны, пересекаясь и дробясь. А затем, с оглушительным, кристальным звоном, всё поле взорвалось.
Взрыв на стекольной фабрике, не иначе. Ледяные статуи мутантов, застывшие в агрессивных позах, разлетелись на миллионы сверкающих осколков. Замороженная плоть, хрупкая, как стекло, крошилась и лопалась. Головы, лапы, хвосты — всё это превращалось в ничто. Серебристая взвесь поднялась в воздух, на мгновение создав сверкающее, переливающееся на солнце облако.
Волна разрушения прокатилась по всему ледяному полю, не оставив ни одной целой фигуры. Теперь передо мной простиралась лишь россыпь ледяной крошки, багровой от крови. Я стоял один посреди улицы, заваленной обломками трупов.
Получено опыта: 710 × 3 = 2130
УВЕДОМЛЕНИЕ СИСТЕМЫ:
Поздравляем! Ваш уровень повышен!
Ваш текущий уровень: 14
До следующего уровня: 530
…
Ноги подкосились. Адреналин, державший меня на плаву, иссяк. На его место обрушилась всепоглощающая боль и усталость. Я рухнул на колени прямо в ледяную крошку, выронив копьё. Голова закружилась, мир поплыл перед глазами.
Копьё потускнело. Символы погасли, ледяной наконечник стал обычной сталью, а чёрное дерево простой деревяшкой. Бафф закончился.
Я выжил. Снова. Но надолго ли?
С трудом, опираясь на здоровую руку, попытался подняться. Каждый мускул протестовал, левое плечо полыхало пламенем, словно в сустав залили расплавленный свинец. Выпрямившись, я глубоко вдохнул и закрыл глаза, пытаясь унять головокружение.
Когда получилось, открыл глаза… И увидел его.
Он висел в небе, над горой обломков, которая раньше была жилым домом. Всё та же полупрозрачная фигура в развевающемся балахоне. Вестник. Чёртов зритель, бесстрастно наблюдающий за гладиаторским боем.
Этот призрак смотрел на меня. По спине пробежал уже знакомый иррациональный холодок. Бесплотный ублюдок явился, чтобы убедиться, что его «подопечные» справились с задачей. Что «Цель Альфа» нейтрализована.
Но я стоял. Шатался, истекал кровью, но стоял.
Меня внезапно захлестнула злая, отчаянная ярость. Ненависть к Бесформенному, к этой твари, которая меня пометила, к её молчаливому лакею. Собрав остатки сил, я поднял правую руку. И, глядя прямо на призрачную фигуру, издевательски ей помахал. Медленно, демонстративно. «Видишь, ублюдок? Я ещё здесь. Твои ребята не справились. Присылай следующих».
Я почти сдох, но не сломался. И пусть он об этом знает, сука.
Вестник не шелохнулся. Он просто висел в воздухе ещё несколько секунд, словно обрабатывая полученную информацию. А потом его фигура начала таять. Просто растворилась в сером небе, как дым, как дурное воспоминание.
Я тяжело выдохнул. Представление окончено.
Копьё, ставшее обычным куском дерева со стальным наконечником, валялось рядом. Я поднял его, и оно тут же превратилось в импровизированный костыль. Опираясь на него, я сделал первый шаг. Ноги едва держали. Мир качнулся, перед глазами поплыли круги. Кровопотеря и шок давали о себе знать.
Я побрёл вперёд, обратно к библиотеке, где оставил своих. Каждый шаг казался пыткой. Я шёл по кровавому снегу, хрустящему под ногами. Шёл по кладбищу, которое сам же и устроил. Древко копья вбивалось в ледяное крошево, плечо безжалостно саднило.
Я не знал, сколько времени прошло. Точнее, знал. Минуты, всего несколько грёбаных минут. Но по ощущениям я возвращался с фронта, где провёл минимум лет десять, а то и вечность.
Старался не думать. Просто шёл, глядя себе под ноги, сосредоточившись на одной-единственной задаче: не упасть. Не сдохнуть здесь, в паре сотен метров от спасения.
И тут, в самый неподходящий момент, вспыхнуло системное уведомление.
ВНИМАНИЕ!
Энергетический резерв артефакта «Кайрос» полностью исчерпан.
Расчётное время восстановления: 24 часа.
До этого времени повторное использование невозможно.
Примечание: «Кайрос» активируется исключительно как контрмера для нейтрализации проклятия «Метка Бесформенного». Он не может быть использован для подавления иных угроз, в том числе со стороны мутантов.
