Пробуждение (СИ) - Аянский Егор

— А дальше ему ничего не останется, как проложить тоннель и сбежать, — хмуро закончил за меня Кудрявцев. — Либо же аннигилировать стальные прутья и попытаться сожрать нас.

— Не сожрет, потому что выйдя из клетки он снова попадёт в зону излучения. Но вот если он выберет первый вариант — у нас появится шахта, по которой мы сможем уползти отсюда!

Ученый с сомнением произнес:

— Ты понимаешь, что это полный идиотизм и самоубийство?

— Понимаю.

— Ну вот! Где гарантии, что он сразу направится к поверхности? Что он не будет нас ждать в одном из карманов пещеры? Что грунт не осыпется, в конце-концов?

— То есть вы предлагаете сидеть и ждать Демидова? Который сюда зайдет через час и скажет: «А вас, Николай Евгеньевич, я решил персонально помиловать!»

— А вот здесь ты полностью прав! — с грустью произнес Кудрявцев. — Уж что-что, а помилование мне точно не светит. Идем!

Работа закипела полным ходом. В качестве каркаса будущего устройства мы выбрали одну из крупных проволочных клеток, что валялись в хранилище террариума. Разобрали ее стенки и получили довольно большую решетку, к поверхности которой легко можно было крепить демолитовые излучатели. Последние выглядели как самые обычные микросхемы с размещенными на них свинцовыми трубочками, из которых выглядывали черные блестящие камни полукруглой формы. Размер каждого был не больше спичечной головки, что сразу вызвало у меня вопросы:

— Это и есть малые демолитовые кристаллы?

— Смеешься? — улыбнулся Кудрявцев. — Малыми считаются кристаллы от сантиметра в диаметре, и ставятся они на установках, способных бить на большие дистанции. А это так — мусор для локального использования.

— А как их вообще получают? Из самородков?

— Самородки невероятно редки и стоят огромных денег. В промышленных масштабах демолитовые кристаллы выращивают искусственным путем из переработанной руды. Это очень сложный процесс, занимающий месяцы, а иногда даже годы.

— То есть чем больше кристалл, тем он дороже?

— И тем большую мощность способен дать. В устройствах, которые блокируют нашу базу, используются самые крупные из возможных камней. Их дальность действия может достигать более километра. Разумеется значение взято для наземной атмосферы. Плотная среда существенно понижает это расстояние.

— Понял. Нам проводов-то хватит растянуть все это дело до комнаты с мутантом?

— Мы не будем ничего тянуть, — помотал головой ученый. — Бесперебойник имеет собственные колеса.

— Но если мы его отсоединим от системы, то останемся без света! — попытался возразить я.

— Ну и что? Прицепим на решетку парочку ламп — нам хватит.

— Ну тогда вообще отлично!

На создание конструкции ушло около сорока минут. Все время сборки я искренне переживал, что царский сынок снова вспомнит про нас и начнет вставлять палки в колеса. Но он так и не объявился, видимо считая, что мы никуда с подводной лодки не денемся.

Ну или просто был занят другими делами.

И вот наступил момент истины. Двухсоткилограммовый блок с прикрепленными к нему фонарями и окруженный со всех сторон металлической решеткой со скрипом покатился по коридору. С открытием электронных замков проблем не возникло, поскольку мы их деактивировали до того, как отключили бесперебойник.

— Готов?

— Готов!

Устройство медленно закатилось внутрь таинственного отсека, где наши лампы сразу подсветили громадную клетку. Внутри нее находилось нечто, напоминающее гигантскую черную кучу дерьма. При нашем появлении она зашевелилась, явив взгляду жуткую треугольную морду похожую на конусообразное ведро. Глаза у существа практически отсутствовали, а место рта занимала узкая круглая дыра, размером с теннисный мяч. Из нее периодически выстреливал подвижный розовый язык с костяным наконечником-гарпуном.

— И-и-и! — пронзительный крик наполнил мои уши.

Само помещение благоухало ужасной вонью, от которой хотелось блевать. Мельком взглянул на ученого, думая что запах чувствую только я, но тот зажал нос рукавом и отчаянно попытался перекричать чудовище:

— Вытяжка не работает! Придется терпеть…

Странно, но вместо ожидаемого отвращения или страха я вдруг почувствовал мощное желание ворваться в клетку и вспороть уродине брюхо. Фантазия заработала на полную катушку, рисуя картины запредельного уровня эйфории, которая меня могла бы накрыть после убийства подобной туши!

— Констатин! Что с тобой? — донесся обеспокоенный голос Кудрявцева

— Что? — я резко стряхнул наваждение.

— Это ты мне скажи! У тебя аж ноздри ходуном заходили!

— Не знаю, Николай Евгеньевич… Давайте потом об этом поговорим, если выживем?

— Договорились. Покатили! И не высовывайся из-за решетки, а то получишь жалом по голове.

— Не дождетесь.

Мы приблизились вплотную к клетке. Как и обещал ученый, тварь немедленно попыталась нас атаковать, но пробить языком гибкую амортизирующую сеть у нее попросту не получилось. Сделав несколько безуспешных попыток, она втянула смертоносный кнут внутрь пасти и уползла подальше в угол.

— Наклони немного фронтальную поверхность вперед.

— Зачем? — удивился я. — Ему же тогда придется по диагонали вниз копать!

— А ему так и нужно копать, — пояснил Кудрявцев. — Он сначала должен полностью уйти из области демолитового излучения и уже потом прокладывать дорогу. Мы ведь сейчас перекрываем очень небольшой сектор: шаг влево, шаг вправо — и он снова окажется под имперским излучателем.

— Вам виднее.

— Вот так оставь. Запускаю!

Бесперебойник загудел чуть громче, и в клетке началось шевеление.

А затем гигантская туша просто «протекла» внутрь пола. Со стороны это выглядело абсолютно невероятно: был мутант — и нет мутанта. О его недавнем присутствии напоминала лишь круглая дыра, чуть менее метра шириной.

— Ну и кто полезет первый? — произнес я, спустя несколько минут

— Я — точно нет! — помотал головой Кудрявцев.

— Какая у него скорость копания?

— Где-то восемьдесят сантиметров в секунду, если ты об аннигиляции.

— У меня идея!

— Что-то мне уже страшно от твоих идей, — поежился ученый.

— Зайдите в клетку.

— Зачем?

— Вы окажетесь вне зоны блокировки и сможете нащупать мутанта своей способностью. Так нам станет понятно, насколько далеко он уполз.

— А вот этот действительно очень, и очень хорошая мысль!

Ученый открыл замок и вошел внутрь. На это раз он почти не концентрировался, а сразу сообщил:

— Ползет, красавец! Наверх!

— Наверх?

— Да. Он полностью вышел из под воздействия пушки, и теперь стремится уйти подальше отсюда. Я скоро начну его терять — все-таки у меня дистанция воздействия поменьше, чем у Демидова…

— Значит уже можем спускаться?

— Только после тебя!

Я начал прикидывать, какие минусы могут возникнуть у первопроходца. И если риск быть внезапно сожранным практически стремился к нулю, поскольку Кудрявцев мог чувствовать приближение монстра, то вот опасность попасть под обвал никуда не девалась.

— Николай Евгеньевич…

— Что?

— А давайте первым запустим туда трупоеда?

— Смысл?

— Вы сказали, что уже почти потеряли связь с Гильгамешем из-за его дикой скорости. А ворон в подземном тоннеле так быстро двигаться не сможет. Он станет нашим разведчиком, по эмоциональному состоянию которого вы сможете заранее почувствовать опасность. Будем держать с ним дистанцию метров сто.

— А если он развернется и попробует напасть на меня?

— Так я ведь полезу между вами.

— Не боишься, что он возьмет тебя под контроль?

— Он уже несколько раз мог это сделать, но не стал. И вообще… Вы всегда можете предложить свои варианты.

— Да нет у меня никаких вариантов! Пошли за птицей.

Проблемы с выпуском трупоеда на волю начались уже с первого этапа. В просторную клетку чудовища он перебрался с радостью, но вот спускаться в пещеру отказался категорически. Наглый пернатый важно расхаживал вокруг ямы и недобро посматривал на Кудрявцева. Хорошо мы заранее развернули излучатель в нужную сторону, так что сделать ему он ничего не мог.