На другой стороне шарика - Розанов Вадим Вадимович

А вот когда он наконец добрался до дома, в дверь неожиданно постучал Хирург. Был он мрачен. Как выяснилось, та самая Ольга, с которой он собирался строить отношения, уже поселилась в городе вместе с молодым лейтенантом, участником их общего разведрейда и последующего освоения фольварка. Теперь Хирург на полном серьезе опасался идти к себе домой, поскольку предполагал, что его там ждет кто-нибудь из его будущих сотрудниц.

Татьяна, похоже, была в курсе этого любовного многоугольника и попыталась отвлечь Хирурга, насев на Вожатого с вопросом: «Кто ты?» Этот вопрос увлек ее настолько, что она даже не удосужилась надеть на себя что-нибудь в дополнение к майке, которая тянула в лучшем случае на суперкороткое мини-платье. Слабое замечание Вожатого на этот счет привело только к тому, что Хирург махнул рукой:

– Что я там не видел!

Реакция Татьяны была более опасной:

– Тебе не нравятся мои ноги? Или они недостаточно красивы?

– Свят, свят, свят! Отличные ноги, отличная майка, все замечательно, ты, дорогая, меня просто неправильно поняла.

Татьяна, однако, с профессией Вожатого никак не могла успокоиться.

– Понимаешь, я кончила академию управления, у нас там был спецкурс по проблемам управления в кризисных ситуациях, но все равно ты меня удивлял практически каждый раз, когда надо было принимать какие-то решения. Я отлично понимаю, что я бы так не смогла, начала бы искать более сложные, комплексные варианты, и мы бы закопались.

– Так обычно и бывает, – вмешался Хирург, – вроде есть отлично подготовленные специалисты, профессионалы, а когда наступает кризис, выясняется, что он им не по зубам, и разруливают ситуацию совсем другие люди. Вот, например, – поскольку уж мы черт-те где и прокуратуры поблизости нет, – вспомните, что в начале Отечественной войны кадровая армия провалила все что можно, а войну потом выиграли мобилизованные, и не только рядовые, но и масса учителей, служащих, людей самых разных профессий, которые стали офицерами.

– Но у немцев же там были танки, автоматы, – попыталась возразить Татьяна.

– Слушай, вооружены наши в начале войны были не хуже, а в чем-то и лучше. Опыта войны, сноровки не хватало – это да, но кто же мешал учиться военному делу еще до войны? И уж совсем всего этого не было у штатского народа. А вот приперло – и научились. Вероятно, кто-то был изначально годен к военному делу, но, главное, у них не было профессиональных шор, получив задание, они шли к цели своим путем, а не строго по уставу. Для противника это – абсолютный кошмар. Вот и Вожатый так. Эта его придумка – идти последним. Это же все ставит с ног на голову, смотрится странно, но как эффективно оказалось. Ни одного отставшего! А у людей вера, что все дойдут, если он прикрывает сзади. А ты, Татьяна молодец. Ты отлично действовала в рамках полученных заданий или самостоятельного решения конкретных вопросов. Вам надо и дальше так действовать. Кстати, – Хирург внимательно посмотрел на Вожатого, – ничего принципиально прояснить не удалось?

– Все подтвердилось. Все, как мы и думали. Конечно, антураж совсем другой, начало, базовые условия и прочее, но постепенно выходим на традиционный формат. Только терминал доставки в кузове автомобиля, а панель управления перед пассажирским сиденьем. И норма послабее. Там, насколько я помню, было 300 кг на 120 человек, а у нас на тысячу всего 500. Но с провиантом получше – поля и прочее. Но, опять же, через испытания – успеть убрать.

– Мужчины! Вы вообще о чем?

Мужчины переглянулись и практически одновременно тяжело вздохнули.

– Давай я попробую, – вызвался Хирург, – в конце концов, мое дело сторона, а тебе еще с ней жить. Только вот, может, сначала дадите поесть чего-нибудь, а то на улице уже все разобрали, а дома если мне там даже чего и оставили, то есть я это побоюсь.

– Думаешь, могут отравить? Так нечем же! Где возьмут-то?

– Во-первых, там в больнице много чего есть, а во-вторых, боюсь не отравления всерьез, а того, что слабительного, например, сыпанет кто-то от души, а потом сам же героически и спасет. И что мне после этого делать?

– Так, хватит! – взорвалась Татьяна. – Еда у меня есть, но никто ни куска не получит, пока мне все не объясните!

– А потом накормишь? Да чего я спрашиваю, тебя после моего рассказа еще чем-нибудь отпаивать придется. Ну, слушай. Можно сказать, заставила меня под угрозой голодной смерти.

– Хирург!

– Все, к делу. Ты фантастику читала когда-нибудь? Только не фэнтези про магов, драконов, волшебные палочки, гномов и пацана в очках, а такую натуральную нашу фантастику про попаданцев, альтернативную историю и параллельные миры?

– Да, хотя это совсем не мое.

– Я и не сомневаюсь. Но дело в другом. Есть такое мнение, что пишется это, как бы помягче сказать, ну, в общем, как бы с натуры. Что-то где-то есть такое, что отдельные владеющие пером граждане то ли увидели, то ли услышали и потом описали. Может, что и выдумали для красоты, но основа – реальна.

– Бред какой…

– Я раньше тоже так думал. Но про объективную реальность, данную нам в ощущениях, тебе в твоей академии должны были рассказывать. И еще. Те, кто думают, что хирургия – это только про то, чтобы резать, глубоко заблуждаются. Нам всегда сначала надо понять. Вот я с первого дня и пытался понять, что-то знакомое увидеть, к людям приглядывался. И на третий день подошел к твоему и произнес всего одно слово: «Стратегия». А он и отвечает: «Похоже».

– И что все это значит?

– А значит это, что мы с ним оба читали цикл одного очень хорошего писателя под таким общим названием. Историю о том, как люди оказываются совсем на другой планете земного типа и что из этого получается. И вот очень похоже, мы тоже туда же попали.

– Все подтверждается, – вмешался Вожатый, – я, конечно, не помню на память, как там были сформулированы базисные условия, но то, что прислали нам, вполне соответствует. Да, и главное – название планеты. Платформа № 5.

– Чушь какая-то, – не сдавалась Татьяна, – по-вашему, получается, что мы – внутри книги? Ну или там цикла книжного?

– Нет! – с энтузиазмом воскликнул Хирург. – Книги показывают реальность! Это не фантастика!

Татьяна повернулась к Вожатому с невысказанным вопросом. Тот только кивнул: да, это – правда.

Она посидела молча, встала и ушла в кухню. Мужчины переглянулись, и Вожатый бросился за ней. Реакция на такое у женщины может быть очень разной.

Татьяна, однако, просто возилась с плитой, безуспешно пытаясь разжечь ее. Он отобрал у подруги спички, налущил немного щепы от первого попавшегося полена, и скоро в топке весело зашумел огонь.

Еда была все та же, здорово надоевшая, из полевой кухни, но все трое были здорово голодны, и к тому же дело поправил Хирург. Из кармана куртки он вытащил приличных размеров пузырек темного стекла с притертой крышкой. На слабую попытку Татьяны помочь он ответил, что разводить спирт – сугубо мужское дело, которое он освоил давно и безупречно. Было, конечно, у Вожатого желание поинтересоваться, как это так Хирург успел найти спирт в больничных недрах, но он решил не занудствовать. Вместо этого он задал друзьям намного более актуальный вопрос:

– Завтра до 12 мне надо сформировать и передать заявку на 500 килограмм. Вопрос не в том, что заказывать. Вопрос в том, кто и как будет формировать эту заявку. Технически все в моих руках, но у меня нет ни компетенции, ни права принимать такие решения.

– На самом деле ты сейчас задаешь нам вопрос о том, как будет устроено наше общество, – Татьяна лишний раз доказала, что в своей академии училась не зря и системный подход освоила в совершенстве. – Конечно, мы можем высказать тебе свое мнение. Однако было бы неплохо слегка расширить круг участников этого мозгового штурма.

И тут раздался стук в дверь. Открывать пошел Хирург как самый здоровый. Услышав голоса в передней, Татьяна выскочила в спальню – переодеваться. В комнату один за другим вошли Закон, завгар, завпроизводством, которая все это время командовала полевыми кухнями, и инженер, запустивший водопровод. Закон выставил на стол бутылку коньяка. Этикетка была незнакома, но слово «коньяк» читалось отчетливо. Остальные тоже пришли не с пустыми руками, и на столе быстро появилась кое-какая закуска. Стаканов в буфете на всех хватило. А тут и Татьяна вернулась. Теперь она была одета странновато. Камуфляжная майка не слишком сочеталась с длинной суконной юбкой из местного гардероба. Но на одежду внимания уже никто не обращал.