Е-мае, я что… умираю?
— С-спасибо. — Едва слышно прошептал я, набрав губами пыли с камней, и почувствовал, как тьма, мягкая и пугающе уютная, меня забирает, укутывает, как ляльку, обнимает, прижимает к себе.
Это было последнее, что я запомнил из сегодняшнего похода. Долгий, тяжелый день. Какой краткий итог можно подвести сделанному? Марк не идеален, порой не рассчитывает свои силы верно, порой действует импульсивно. Но он справлялся — до сего дня.
Бой окончен!
Награда:
1000 очков обучения.*
1000 очков достижений.*
Ваш персональный вклад: 97%.
Ваша доля: 970 очков обучения, 970 очков достижений.
Внимание!
Благодаря статусу главы фракции и выставленному параметру «Налог» на отметке в 100%, вам полагается причитающаяся часть добычи.
30 очков обучения.*
30 очков достижений.*
Внимание инициированному!
Невероятное достижение! Вам удалось победить противника, превосходящего ваш личностный ранг на три ступени!
Вы вошли в 0,01% тех, кому удалось повергнуть колоссально превосходящего вас по рангу и биологическим характеристикам противника.
Получен титул: Истребитель чудовищ.
Истребитель чудовищ: Кажется, инстинкт самосохранения в вашем случае — отягощающий ваши устремления фактор. Руководствуясь холодным расчетом и готовностью рискнуть всем, вы безупречно выполнили задачу. Неординарная дерзость в неординарной ситуации! Ваша готовность идти до конца и преодолевать невозможное не осталась незамеченной.
Награда: 100 очков обучения, 1 дополнительная компетенция на стадии выбора.
Глава 9
Уже постфактум я соображал, что же именно случилось. Двигал меня, все ж таки, инстинкт самосохранения, и двигал не почему, а вопреки. Даже система издевательски напомнила об этом, засчитав мне убийство Праматери и выдав за это деяние новый титул.
Возвращался я в реальность как после обрывочного, тревожного сна, когда простыни становятся влажными от пота, и скомканными у беспокойных ног. Но только простыни были лишь в моих фантазиях, на деле же у меня под лопатками была жесткая шерстяная шкурка, а под ней — твердый камень. Наш импровизированный больничный блок у черта на рогах.
Безуспешно попытался разлепить веки. Тяжелые, ленивые, приходилось делать над собой усилие, чтобы отклеить ресницы. Не с первого раза, но мне удалось это сделать. Голова больше не раскалывалась от боли, но внутри черепной коробки вместо привычного мне вороха мыслей, разными концами уходящими к различным цепочкам умозаключений и ассоциаций, была пустота.
— Ну слава богу, очнулся. — Раздался левее от меня тихий, но напряженный голос Жени.
Зрение сфокусировалось, хотя резкости бы еще прибавить. Прямо надо мной нависали встревоженные лица. Целительница и заведующая медблоком с темными кругами под глазами, хмурый, как невыспавшийся медведь, Борис, бледная и ёрзающая Лиза, и отстраненная Варя, с каменным лицом. И Катя, но выглядела она так, словно видела саму смерть. Впрочем, эта мысль не слишком далека от истины.
Мне стало совестно за то, что я вызвал столько тревог и волнений.
Чуть поодаль, у входа в своды пещер, переминались с ноги на ноги и остальные обитатели лагеря, присутствуя постольку-поскольку, но все же украдкой бросающие взгляды вглубь пещер.
Тишина… после грохота, гула, скрежета, визгов внизу, это как бальзам на душу. Лишь треск дров в печи нарушал идиллию, или же, наоборот, дополнял ее. Я еще не решил, как относиться к этому.
— Лежи, не дергайся, — скомандовала целительница, заметив, что я попытался приподняться на локтях, — расскажи, как самочувствие?
Я с черной раной на душе припомнил, что еще совсем недавно был для нее врагом номер один. Исправилась ли ситуация до конца я не знал, спрашивать напрямую было бессмысленно, а мысли читать я не умею. Жаль, возможно, сочетание лингвистики и иллюзий дало бы такую возможность, слей я их воедино с помощью синего ядрышка. Но что-то все равно не то, взгляд у нее тяжелый, и вопрос этот… к черту, разберусь по ходу дела.
Вопреки наказу лежать, я все равно приподнялся, хотел видеть остальных.
— Далеко от идеального, но гораздо лучше, чем было во время подъема. — Ответил я, понимая, что сейчас, скорее всего, происходит сбор анамнеза. — Катя, — обратился я теперь уже к смурной кинжальщице, — что произошло?
Она, скрежеща зубами, пояснила, что подумала, будто я помер. Тащила остаток пути, пятьдесят метров в гору, мою тушу на себе, когда я, оказавшись под светом ночного неба, решил дать дуба. Жене она события пересказала в подробностях, и уже целительница подтвердила, что я живой, только не слишком здоровый.
— Так что хочешь не хочешь, моя красавица, теперь ты мой должник. — Бросила она, и напустила в голос требований и ужасов, но я-то понимал, что она так шутит. Облегчение, отразившиеся на ее лице, когда я проснулся и заговорил, было не скрыть.
— Справедливо. — Кивнул я. — Спасибо тебе, и тебе тоже, Жень. — Перевел я взгляд на целительницу, но ее глаза, в отличие от Катиных, не улыбались.
— Не торопись благодарить меня. Для начала, ты должен понимать кое-что важное. — Переглянулась она с присутствующими, дождалась кивков, затем продолжила. — Физически ты цел, ни переломов, ни серьезных ран. Так, ссадины, царапины, пара химических ожогов. Мелочь.
— Сейчас будет «но»? — Встрял я.
— Будет. — Кивнула медик. — Еще какое. Я не понимаю, как твое сердце не остановилось, и меня это напрягает. Перерасход твоих магических сил привел к тому, что на последние действия ты тратил уже жизненный резерв. У меня тут нет лаборатории, и соответственно доказательств, но на лицо симптомы сразу кучи болезней. Диабет, волчанка, артрит, тиреоидит, у тебя поражено все. Все системы, Марк.
— Что все это значит? — Слова Жени заставили меня начать беспокоиться, ведь, несмотря на то, что я нахожусь на больничной койке, чувствую я себя в целом неплохо, просто дико уставшим. Но это нормально в моей-то ситуации!
— Я не знаю точно, когда ты сможешь снова использовать свою магию. И сможешь ли вообще. — Сказала она, немного подумав. Видимо решала, обтекаемо мне новость донести, или прямо в лоб!
— И что, ничего нельзя сделать? Вылечить меня от этого… от чего вообще? — Развел я руками, уже полностью сев и прислонившись голой спиной к каменному своду пещеры.
— Учитывая, что мне рассказала Катя, а так же то, в каком состоянии ты сейчас, я думаю, шансы есть. Видишь ли, я предчувствовала с самого начала, что такое возможно. Поэтому, еще когда мы были все вместе на стоянке греллинов, начала изучать ряд компонентов, которые прямо или косвенно касаются магических сил тех, кто ими обладает. — Пустилась женщина в ликбез, но, насколько я понимаю, важный в текущем контексте. — Первой моей итерацией стал отвар, который укрепляет физические параметры в организме, я оставила его вам перед своим уходом. Тогда, ну ты помнишь. Второй я разработала совсем недавно, еще в форте у Барона, я тебе давала уже приготовленную здесь порцию. Кстати, где он?
— Был у меня на доспехе, вместе с двумя другими флаконами. — Припомнил я.
— Почему ты его не выпил? — Насела на меня с расспросами Женя, прервав длительное объяснение, вместо этого направившись теперь по правую руку от меня, к полкам с различным обсидиановым стеклом.
— Я держал его… на случай крайней нужды. Ты же сказала, экземпляр единичный. — Попытался я оправдаться.
