Жених - Хабарова Леока

Рому передёрнуло. Он никак не мог привыкнуть, что обитательницы М-9 − все сплошь телепатки: мысли прочесть для них, всё равно, что новостную ленту в Сети пролистать.

− Не отвлекайтесь, Олимпиада Анастасьевна, − Римма Надеждовна мягко направила колючку-коллегу в нужное русло. − Взгляните. Любопытственно, не правда ли?

− Хм-м-м-м-м-м… − протянула страхолюдина, потерев подбородок. − Мне кажется, или…

− Да.

− Полагаете?

− Не исключено.

− Тогда может…

− Соглашусь, − кивнула Римма Надеждовна и снова кликнула красавца-секретаря: − Мишенька-солнышко, пригласи-ка замшу Епифанцевой и Клеопатру Пелагеевну, начальницу архива. А ещё, будь добр, Лукрецию Морковкину из эмиграционной службы с совещания вызови. Скажи им…

− Срочно, важно, неотложно? − выгнул бровь красавец и приторно улыбнулся.

Через полчаса весь цвет СВС − Секретной Внутренней Службы − склонился над разнесчастным листочком. Молодые и старые, тощие и толстые, как бегемотицы, безобразные, миловидные или попросту бесцветные, словно бледные поганки, бесчисленные Ольговны, Марьевны, Натальевны и прочие Светлановны, хором тянули удручающее: "Хм-м-м-м", тёрли подбородки и цокали языками.

Роман догадывался, что бабцы яростно спорят. Где-то там, на той особой телепатической волне, для которой слова, произнесённые вслух − всего лишь пустое и бессмысленное сотрясание воздуха.

Наконец, Римма Надеждовна удостоила его взглядом. Взгляд этот не сулил ничего хорошего. От слова совсем.

Рома напрягся не по фигне. Спина взмокла от липкого пота, а под ложечкой противно засосало.

− Весьма пренеприятственная ситуация, − изрекла суровая дама. − В самой крайней степени.

− Ч-что… − Роман нетерпеливо заёрзал на стуле, − …что именно там неприятного?

− Дело в том, что холдинга Макошь-синтекс-плюс не существует в природе, уважаемый, − пробасила Олимпиада Анастасьевна. − И никогда не существовало.

Роману показалось, будто его ударили по затылку пыльным мешком.

− Но… − промямлил он, хмуря лоб. − Но как же…

− Хороший вопрос, − Римма Надеждовна выразительно щёлкнула ручкой. − Давайте-ка зафиксируем всё по порядку и, как положено, составим протокол.

Роман дёрнулся, словно по венам пустили ток. Вскинул голову.

− Вы что, в кутузку меня упечь хотите?

− Я хочу вам помочь, − возразила суровая дама. − Так что рассказывайте всё максимально подробственно. А мы запишем.

Рома вздохнул и принялся рассказывать всё по порядку.

ГЛАВА 4. Всё по порядку

Можно быть готовым к дождю. Землетрясению, войне, вторжению инопланетян, экономическому кризису, пандемии и даже к зомби апокалипсису. Есть шанс запастись крупой на случай голода и дровами на случай холода. Приготовить сани летом, а телегу зимой. Настроиться на перепады атмосферного давления. Но никогда, ни при каких обстоятельствах не подготовишься к смерти близкого человека.

Это всегда неожиданно. Особенно, когда речь о единственном родителе…

Даже если последние шесть месяцев родитель этот отчаянно боролся со страшной болезнью в лучших клиниках Галактики.

Борьба была долгой и упорной: отец заплатил именитым врачам целое состояние, но…

Увы. Даже большие деньги пасуют перед смертью, ибо в мире живых её власть беспредельна.

Роман навсегда запомнил тот день. Это был вторник. Последний вторник ноября. Хмурый, серый и безрадостный, он не задался с самого утра. Девица, рядом с которой Рома воскрес ни свет ни заря − в половине первого − развопилась из-за сущего пустяка. Ну, подумаешь, имя забыл! Велика беда! Своё-то он помнил − а это главное. После ухода силиконовых сисек, Роман обнаружил, что подлые полицаи эвакуировали его ядрёно-красную раскрасавицу Феррари. Вот засранцы! Удальцов даже не помнил толком, где давеча припарковался. Вроде всё нормально было. Наверное… За исключением качелей, песочницы и пологой жёлтой горки с яркими башенками. Одну такую пластиковую башенку он, кажется, опрокинул, крепко поцеловав бампером. И кто только придумал сохранять детские площадки старого образца? Спиногрызам вполне себе комфортно в виртуале, а улица − место для взрослых. Точнее, для их дорогих машин.

Поездка в Альмаматер тоже не сулила ничего хорошего. Основное высшее Рома давным-давно получил… точнее проплатил. Сейчас же стоял вопрос о получении степени магистра в области (подумать страшно) межгалактической торговли. Очень уж батя настаивал…

− Эту работу писали не вы, Роман. − Серая, как церковная мышь, преподша, сверлила его бесцветными глазёнками и грозно хмурила тонкие брови. Жуть! Обоссаться можно. − Я не имею права допустить вас к зачёту. По крайней мере, пока вы не начнёте работать самостоятельно.

Рома даже не знал, что звучит смешнее: "Работать" или "самостоятельно".

Откуда эта мышь свалилась? С Плутона? Реально не знает, кто он такой?

− Послушай, курочка, − криво улыбнулся он. − Выключи училку и включи мозги. Я − Роман Удальцов. Один звонок моего бати в эту сраную шарагу, и ты останешься без…

Нейронаушник ожил именно в это роковое мгновение, и секунду спустя Рома уже знал, что звонить в шарагу больше некому…

Отца не стало.

***

− Здесь проекты по фьючерсам, а тут результаты работы эндаумент-фонда. Также рекомендую проанализировать вот эти диаграммы. Результаты мониторинга по Земле, Сатурну, Эриусу, Центвре и её пяти спутникам. − Дядя Жора раскрыл на голографе стопятьсот окошек. У Ромы положительно разбегались глаза. Хотелось возопить: "Полундра" и спрятаться под стол. Но…

Он теперь босс. Супербосс мега-корпорации. Наследник отца. Продолжатель семейного дела.

− Пяти? − тупо переспросил он, ощущая себя полным идиотом.

− Да, пяти, − подтвердил дядя Жора. − Гоетия и Нимбус отказались продлевать контракт. − И ещё надо срочно решить вопрос с Макошью.

− С какой такой Макошью?

Дядя Жора всплеснул руками.

− Ромка, ты вообще почту смотришь? Четыре видеописьма тебе вчера отправил, и ещё два сегодня утром.

Роман уронил голову на руки. Закрыл глаза.

Ну что за жопа! Он почему-то всегда думал, что бизнес − это интересные встречи, разговоры, коньяк, сигары и баня с бабами…

А не вот это вот всё!

Хорошо, что есть дядя Жора. Точнее, для всех − Георгий Константинович Удальцов. Младший единокровный брат отца, он с самого основания компании занимал пост исполнительного директора. Выше стоял только батя. А теперь вот он, Ромка.

− Так что там с Макошью, дядь Жор?

− Семь лет назад мы с ними контракт заключили, а теперь этот контракт нам как петля на шее.

− С чего это?

− Оу! Кто-то впустую протирал левайсы на студенческой скамье? − хмыкнул дядя. Всегда одетый с иголочки, Георгий Константинович не пил, не курил, не ходил налево, занимался плаваньем, ежегодно посещал санаторий на Центавре, имел три высших образования, степень доктора экономики, и говорил на пяти языках.

Как же погано обнаружить при нём свою тотальную некомпетентность!

Ромка сморщился. Да, возможно, им рассказывали что-то про какую-то там Макошь… Кажется, как раз та самая зануда-мышь, которой дурости хватило отчитывать его за невыполненную научную работу. Рома смутно помнил, что у той серой плесени имелось какое-то на редкость замысловатое имя на "А"… А…А… Анжела? Алёна? Алла? Августа? Алкозельцер? Нет. Всё не то. Да и кого это волнует?

− Макошь… Она же М-9 − одна из семи планет, которые отказались войти в состав Межгалактического Торгового Союза, − сообщил Георгий Константинович, а Рома с умным видом морщил лоб и кивал, кивал… − Соответственно, сохраняя с ними все договорённости, наша компания попадает под серьёзные санкции. Так что…

− Пусть вышлют документы, проведем переговоры дистанционно. Галограф, сенсоскопия, все дела…

− Всё не так просто, парень, − улыбнулся дядя и налил себе воды из кувшина. − Представители холдинга Макошь-синтекс-плюс считают такой подход оскорбительным и требуют личного присутствия генерального директора. Так сказать, телом во плоти.