Долг человечества. Том 4 (СИ) - Попов Михаил Михайлович

— Ты приоритетная цель для врагов! Они не будут ждать, когда ты зальешь всех пламенем. Уклоняйся, сжигай стрелы, как хочешь, но ты должна выжить! — Походу, Владимир вошел в раж и боевое исступление одновременно. — Лиза, — рыкнул он, — дерешься с Линь Синь! Не переусердствовать! — Для того, чтобы быть понятым, он повторил все то же самое, только для китаянки, жестами указав противников. — Катя, ты с Микаэлем! Я с проигравшими в каждой паре сойдусь, и не переусердствуйте!

— А навыки? Навыки можно? — Выкрикнула Лиза, встав уже наизготовку, напротив китаянки, почти обнимавшей свое копье.

— Нужно! Варя, тебя это не касается, ты только обороняешься! Вопросы⁈ Нет? Тогда в бой! — Отдав команду на старт сражений один на один, Владимир быстро покинул широкую площадку и присоединился к Каролине, что-то ей объясняя.

— Марк, раз уж выхода у меня нет, я буду нападать! — Поставила меня, зачем-то, в известность Виолетта, и прямолинейно бросилась в атаку, выставив «острие» вперед.

Что ж, могу отдать зачинщику этого события должное. Несмотря на то, что опыт у него не совсем профильный, он явно понимает, что делает. Однако, остался вопрос, который никак у меня не укладывался в голове — по какому принципу он вообще распределял пары? На первый взгляд выглядели сражающиеся как совершенно случайный набор, быть может даже в алфавитном порядке, но так глубоко я задумываться не стал.

Так или иначе, он рассчитывал каждую пару чему-то научить. Если меня он поставил с Виолеттой, то ей явно хотел показать опасных и сложных противников, с которыми, вполне вероятно, судьба еще может девушку свести. Но чего он хотел вложить в меня? Я настолько читаю этот прямолинейный выпад, что отобьюсь и выиграю всего одним движением.

Может, это попытка научить меня состраданию? Или обману ради того, чтобы кто-то другой поверил в себя? Черт побери, не понимаю. А Виолетта уже прямо-таки совсем близко, еще полсекунды и ткнет копьем меня в грудь.

Позже узнаю, а пока не буду портить процесс обучения. Буду стараться действовать от обороны, не налегая в ответ. Прямой выпад Виолетты я отвел ударом обухом по древку, отошел в сторону, пропустив бегущую на меня в атаке девушку. Она вывела копье на меня, обернулась, и снова кинулась в атаку, ничего не изменив в своей тактике.

Я повторил движение — сшиб прямой удар в бок и уклонился, пропуская Виолетту мимо себя. Круг замкнулся, и я видел, что точно так же и она не понимает, как ей действовать. Помог Владимир.

— Ты глянь на него, стоит, шесть точек у него открыто, шесть, а ты прямолинейно бежишь на него! — Вмешавшись, он вывел руки девушки по его разумению верным способом, поставив их на копье так, как они должны стоять. — В последний момент или увеличивай скорость, или замедляйся, и резко меняй тип атаки, глянь, у него ноги, левое плечо, голова и грудь полностью открыты, а когда он уклоняется, так и весь раскрывается, как чертова ярмарка в погожий день! Вперед! — Отправил он Виолетту в атаку, слегка подтолкнув.

Смею заметить, что урок она усвоила! В последний момент, ее в третий раз прямолинейный выпад на меня резко изменился, и тканевый шарик с песком целил мне не в грудь, а в пах! Вот жеж зараза, и что самое главное, мне стало так дико неудобно отбивать этот выпад из моей позиции, что единственным верным ходом я видел только отскок назад!

— Дави его! Он отпустил вторую руку, защититься не сможет! — Подначивал Виолетту Владимир, но не только ее, всем он раздавал указания в процессе, наблюдая за сражениями.

Успех опьянял, и Виолетта уже без подначек со стороны инструктора кинулась в атаку рьянее прошлых потуг. Неуклюже пыталась финтовать, обманывать и играть, запутывая меня, и каждый раз пробовала что-то новое. И, смею заявить, кое-чего она достигла!

Расслабившись, я было считал себя неуязвимым для таких медленных и очевидных атак. Да, порой она заставляла меня удивиться, под какими немыслимыми углами заносились удары, но в сущности все это я контролировал и был готов свести на нет любую атаку, просто превосходя ее по физической силе и опыту.

Но она, как оказалось, не так проста. Схитрила, сделала несколько ложных выпадов, дабы заманить меня к деревянному тренировочному столбу. И в решающей своей атаке вынудила меня удариться об деревяшку спиной. Тогда-то она, абсолютно честно, меня и поразила, ударив грязным мешочком в навершии в грудь.

— Я победила! — Согнулась она в пополам, тяжело дыша, и ликуя от своего успеха. — Я победила нашего лидера! Марк, — она подняла на меня взгляд, из-под спутанных волос, ниспадающих на лицо и лоб, — я смогла тебя одолеть.

Я отставил оружие, приблизился к девушке и дружески обнял за плечи.

— Молодец, отличный бой! Ты меня всухую уделала. — Разделил я с ней радость победы.

— Если б ты не поддавался еще, вообще была бы сказка! — Улыбалась она, так ярко, как никогда прежде. Да и вообще, признаться, никогда не видел ее настолько восторженной, как в этот момент личного триумфа.

— Ма-а-арк! — Завопил Владимир! — Слабак, будешь драться со мной, я тебя научу как перестать недооценивать новичков! Виолетта, — рявкнул инструктор, — заслуженная победа, иди отдыхай!

Частично бои уже завершились, когда мы встали с кинологом друг напротив друга. Варя запросила остановку, признав поражение — Ира в какой-то момент, что называется, «пристрелялась» и стала куда результативнее отправлять снаряды в цель. А волшебница, бурно тратя магические силы, поймала магическое истощение. Обе девушки остались довольны своей тренировкой. Одна научилась защищаться от летящих в нее смертельных снарядов, вторая попадать в движущуюся цель и предугадывать движения.

Лиза и Линь Синь репетировали реконструкторский бой, и лупились на палках, как на мечах. Владимир пытался направить их в нужное русло и призывал к серьезности, но две девушки из совершенно разных культур плевать хотели на правила и просто от души повеселились и размялись, раздав друг дружке тумаков, а после, приняв ничью, обнявшись вернулись под свод пещеры, клянчить у Жени мазь от ушибов.

Про Женю. Она не отказывалась от сражений напрямую, но Владимир, судя по всему, узнал о положении нашей целительницы и не привлекал ее к боям. И правильно сделал, я целиком и полностью разделял подобный ход. Отстранить ее от битв я мог себе позволить. Либо это что-то другое, но допытываться, чтобы узнать истинную причину, почему она не только не сражается, но еще и никаких акцентов на ней Владимир не сделал, не стану. Потому, девушка, понаблюдав за боями, быстро поняла, что ссадинам и ушибам быть, и ушла в лазарет.

Борис почти моментально одолел Егора. Парнишка просто ничего не смог противопоставить мощи здоровяка, и они даже взяли несколько реваншей друг у друга, дабы отточить иные развития событий. В итоге, Егор признал себя побежденным, в очередной раз схлопотав палкой по голове, но опираясь на корректирующие выкрики Владимира я могу сделать вывод, что кое-какие уроки маг-прорицатель все же извлек.

Катя и Микаэль, по требованию девушки, сражались всерьез. Она с металлическими кинжалами, он с мечом. Воин не струсил опасного боя с использованием смертоносного металла и вызов принял. В этом сражении и пролилась первая кровь. Ничего серьезного — кинжальщица результативно пробивала кожаный доспех воина, но не доводила свои атаки до конца, дабы тренировочный бой не превратился в трагедию, воин же огрызался, как умел, и даже однажды попал, зацепив девушку по бедру.

Этот бой остановил сам инструктор, ибо оба бойца были излишне горячими и не желали сдаваться. Риск навредить друг другу рос ежесекундно, и наставник это понимал, потому развел их по разным сторонам и запретил в дальнейшем драться настоящим оружием в тренировочных боях. Нам, с его слов, нужна выучка, а не трупы из-за гордости.

— Готов? — Спросил меня кинолог, удерживая каким-то странным хватом копье — его острие направлено в землю, а его неведущая рука держит древко почти у противоположного конца, лихо изогнутая в локте.