Глэйд вечный, Глэйд бесконечный - Дашнер (Дэшнер) Джеймс

В нарисованный Фрайпаном круг Джеки сложила кучу веток и сучьев, а Айзек принялся разжигать костер.

– Подождите! – остановила его Химена. – От огня у нас будут одни неприятности.

– Мы разжигаем костер каждую ночь, и никаких неприятностей, – отозвался Айзек.

Костер разгорелся, потрескивая сухими сучьями.

– Лучший звук из тех, что я слышал за весь день, – произнес Фрайпан.

Айзек отлично понимал, что старый глэйдер имел в виду. Дома, на острове, после того, как погибли его отец и мать, огонь стал для Айзека единственным утешением. Он мог сидеть, не смыкая глаз, до самого утра, и смотреть, как медленно догорают угольки в очаге кузнечного горна. Этот очаг для Айзека был спасением; он помог ему прийти к одной важной мысли: чтобы вернуться к жизни, вещь должна полностью сгореть и явиться из пламени очищенной и обновленной. Это и к людям относится! Огонь людям не враг, а добрый друг!

Джеки подбрасывала в костер небольшие ветки.

Химена же подошла к огню и принялась забрасывать его землей.

– Эй, послушай! Ты что делаешь? – возмутилась Джеки.

– Я не собираюсь рисковать! – отозвалась Химена. – А что, если люди с Виллы ищут нас?

Положив ладонь на рукоятку висящего на бедре ножа, она продолжила:

– Я не собираюсь туда возвращаться. Ни с кем, даже с Карлосом. И хуже всех там – профессор Морган!

И она сделала несколько шагов по направлению к обрыву.

– Все хорошо. Все будет хорошо! – шептал Айзек, пытаясь говорить как можно спокойнее. Он понимал Химену, он отлично представлял, через какие ужасы она могла пройти на Вилле. И он знал: они, все вместе, никогда не позволят людям с Виллы вновь забрать ее.

– Мы уже далеко от Виллы, – сказал он Химене. – И никто нас не найдет. Мы в полной безопасности. У них сейчас главная забота – починить оборудование, которое ты вывела из строя.

Последний довод представлялся ему наиболее весомым.

Старина Фрайпан выслушал Айзека и, совершенно невозмутимо, принялся чертить своей палкой новую окружность для костра.

– Не нужно слишком нервничать, – сказал он. – Если они захотят забрать тебя, им придется забрать и нас.

Джеки, не теряя времени, перекладывала принесенный из леса хворост на новое место.

– Вы ничего не понимаете!

На Химене просто лица не было – так она волновалась.

– Вам-то бояться нечего! За вами они точно не придут. А меня будут искать.

Плечи ее затряслись от подступающих рыданий.

Айзеку был непонятен источник ее страхов.

– Это потому, – спросил он, – что они тебя так долго изучали, и им жаль потраченного времени и сил?

– Совсем не поэтому!

Химена стащила с плеч рюкзак и, расстегнув передний кармашек, кое-что оттуда достала.

– Вот! Я забрала это перед тем, как мы сбежали, – пояснила она.

– Что это? – спросила Джеки, отвлекшись от веток, которые держала в руках.

Солнце еще не село, и в неясном свете, царившем в лесу, Айзек рассмотрел то, что Химена извлекла из своего рюкзака – небольшую стеклянную ампулу, содержащую какую-то темную жидкость. К поверхности ампулы была приклеена бумажка со сделанной от руки надписью. Но Химена не разрешила Айзеку слишком долго разглядывать ампулу и быстро сунула ее в рюкзак.

– Что это? – вновь спросила Джеки.

Айзек же почувствовал, как у него засосало под ложечкой.

– Ты что, украла это? – спросил он.

И только Фрайпан смолчал, недоверчиво покачав головой.

– А ты думаешь, я собиралась отправиться на главную Виллу с пустыми руками?

Химена быстро закрыла и застегнула рюкзак на молнию, после чего подняла глаза и сказала:

– Это средство для Исцеления.

Наступила долгая тишина.

– Но ты сказала, что никаких средств для Исцеления нет! Или мне показалось? – спросил Айзек. И вновь – тишина, нарушаемая лишь согласным гуденьем насекомых.

– Если это – средство для Исцеления, то почему миз Коуэн отправили в кому? – спросила Джеки, которая во всем стремилась дойти до самой сути.

Химена забросила рюкзак за спину.

– Вы совсем ничего не понимаете? – спросила она и посмотрела на старину Фрайпана, который, однако, тоже выглядел озадаченным.

– Зря я вам все показала, – сказала Химена разочарованно и направилась к краю обрыва.

– Тогда объясни, чтобы мы поняли!

Айзек устремился за Хименой. Девушка остановилась и обернулась.

– Болезнь миз Коуэн вызвана не последствиями Вспышки. Неужели не ясно? У нее генетическая реакция на неизвестный раздражитель. Может быть, это из-за близкородственных связей на острове.

Услышав последние слова, Джеки возмутилась.

– Нет у нас на острове близкородственных связей! – воскликнула она и, отшвырнув сучья, бросилась на Химену.

Айзек ринулся, чтобы встать между ними, а Химена стащила с плеч свой рюкзак и сунула Айзеку.

– Джеки! Перестань! – крикнул он.

Джеки толкнула Химену; та, в ответ, толкнула ее еще сильнее. Пока они толкались, Айзек успел глянуть на передний кармашек рюкзака, в котором притаилась ампула со средством для Исцеления.

Наконец, Химена зло проговорила:

– Вы что, идиоты? От костра пойдет дым, и нас найдут – либо врачи с Виллы, либо полушизы. Вам это надо?

Но Джеки эти слова не убедили, и девушки вновь принялись толкаться.

– Эй, прекратите!

Айзек выставил вперед руку с рюкзаком. Ему уже приходилось видеть, как дерется Джеки: для полушиза, который с ней сцепился, это закончилось смертью. Айзеку не хотелось, чтобы Химена повторила его участь.

Фрайпан же сел на свое место и спокойно проговорил:

– Да пусть себе повозятся, Айзек! У нас в Глэйде, когда нужно было спустить пар, мы устраивали состязания по бегу. Если Химена на кого-то и злится, то это не Джеки.

– Ты несешь полную чепуху! – воскликнула Джеки, делая шаг назад. – С одной стороны, ты говоришь, что средства для Исцеления нет, а с другой, что оно у тебя есть.

Она всплеснула руками и почти прокричала:

– Где же правда?

Химена покачала головой:

– Они могут сколько угодно думать, что создали такое средство, но это совсем не значит, что оно у них есть.

И забрала у Айзека свой рюкзак, зло стрельнув в него глазами, словно это не она сама отдала ему свое имущество.

Чем больше времени Айзек проводил в компании этой странной девушки, тем меньше он ее понимал. Но очень хотел ее понять, и это было его самое сильное желание.

Именно желание найти средство для Исцеления привело Клеттер на их остров и стало причиной всех проблем и трагедий, случившихся с той поры. Может быть, они неправильно поняли Клеттер, и Исцеление та понимала по-своему, иначе, чем они. Тем более что сама Клеттер не слишком-то стремилась объяснить, чего им ждать от Исцеления или от Божества.

– Я тебе верю! – негромко произнес Айзек.

Химена, удивленно вскинув брови, спросила:

– Веришь?

Он кивнул.

– Если это средство не для нас, то, может быть, оно предназначено для Божества или для его народа. Во всяком случае, для профессора Морган и ее людей эта ампула важнее жизни, и они на коленях приползут сюда, чтобы ее забрать. В этом-то я уверен…

Джеки недовольно фыркнула и отвернулась. Как она сейчас была похожа на Садину, когда он, Айзек, принимал в споре подруг сторону Триш! Но он не хотел быть ни на чьей стороне. Лишь хотел быть честным и требовал честности от других.

– Успокойся, Джеки! – сказал он. Как ему хотелось найти такие слова, чтобы она поняла, что он сочувствует не только Химене, но и ей!

– Айзек… – начала было Джеки, все еще стоя спиной к группе.

Он подошел к ней, готовый к тому, что увидит на ее лице либо слезы, либо выражение злобы, но лицо девушки не выражало никаких эмоций. Джеки словно застыла.

– Что такое? – спросил Айзек. – Что случилось?

Но Джеки не ответила, а только кивнула в северо-восточном направлении. Там, над верхней кромкой деревьев, тянулся белый дым, и клубы его поднимались все выше и выше в небо. Кто-то, совсем недалеко от их лагеря, разжег на ночь свой собственный костер.