Долг человечества. Том 5 (СИ) - Попов Михаил Михайлович

— Ага! — Зычно гыкнул блондин.

— И правда красивый, — добавила Варя, — но не в моем вкусе.

— Ну так вот. Предыстория у меня неинтересная, да и в целом я крайне заурядный человек. Четвертый уровень, целительница, взят базовый навык, одна пассивная способность магический потенциал и очищение еды и воды от токсинов. Очень, знаешь ли, помогало в последние дни в нашем бывшем лагере. — Последнее предложение сказала она с такой тоской и скорбью в голосе, что меня это слегка шокировало. Что же они ели…

— У тебя есть идеи, зачем я тебя забрал? — Продолжил я задавать вопросы, теперь отчетливо понимая, что делегирую обязанности управления этой новой группе или ей, или Илье, причем больше склоняюсь к первому варианту, а Муромцу подыщу другой отряд.

— Ни малейшего представления. — Невозмутимо ответила девушка. — Я ни в чем не блистаю, потому это для меня самый удивительный и непонятный момент. Ты упоминал только, что я нужна тебе как связная, но судя по тому, что ты объяснил Вячеславу про свой сундук-телепортер, у тебя нет нужды во мне. Прояснишь?

Я ждал этого вопроса, впрочем, так и так бы объяснил. Варя тоже, походу, крайне заинтересована в моих истинных мотивах, ведь я не обсуждал с ней то, что хочу получить взамен помощи, которую я оказал их фракции. Да и у меня самого, признаться честно, только там родилась эта идея, когда я увидел, в каких условиях живет самая крупная по численности фракция людей.

— Тебе одной известно в полной мере, как именно проходила ваша эпидемия. Симптомы, что предшествовало, чем лечили. — Раскрыл я карты.

— Да я даже не знаю, что толком ответить тебе на эти вопросы. Начинается как обычная простуда, — Агнесса зябко поежилась, словно вспоминая что-то очень неприятное, — но потом в легких появляются хрипы и кашель как от сильного бронхита, чем только не лечили. Многие умерли от этой болезни, мои навыки и еще десятка других целителей хворь эту не берут, а квалифицированного врача у нас нет.

— Ну, я так и думал. — Кивнул я. — Вот для этого ты мне и нужна, Агнесса.

Она непонимающе нахмурилась и уставилась на меня.

— Но я же сказала, что лечение почти не давало результатов, ты хочешь, чтобы я кого-то у тебя лечила?..

— Нет, — оборвал я, — моих людей лечить не надо. Но у меня есть весьма талантливый целитель и алхимик, и если кто-то на этом полигоне и способен синтезировать лекарство, то это она. — Я дал время обдумать услышанное, и парой мгновений позже продолжил. — Проблема в том, что женя не видела саму болезнь, ей нужен анамнез, симптоматика, да куча всего, что знаешь только ты или кто-то из ребят.

— Вы… — Она окинула взглядом сначала меня, потом перевела взгляд на Варю, внимательно слушавшую нашу беседу. — Хотите создать для нас лекарство?

— Для фракции Вячеслава. А вы теперь мои, — твердо сказал я, — и моя фракция здорова. Но я заключил с Вячеславом договор о сотрудничестве. Коммунисты будут поставлять мне сырье, и я бы хотел, чтобы болезни не стали причиной низкой выработки и учащения смертей. Так что я решил, что лучшее начало плодотворного союза, это взаимовыгодный обмен. Но Вячеслав пока не знает о моих намерениях, я планирую преподнести это с еще более выгодного ракурса.

Илья смерил меня взглядом, расширяющимся в удивлении. Он явно не ожидал от меня такого прагматичного и циничного хода.

— Вчера мы наладили производство медицинского спирта, — бросил я, вернув взгляд на Агнессу, — что многократно повысит шансы создать действенное лекарство. Так что его изготовление вопрос времени и твоей памяти.

В повозке воцарилось молчание, каждый переваривал услышанное по своему. Расчет и прагматизм, который я только что продемонстрировал, странным образом успокоил людей больше, чем любые пламенные речи о дружбе и братстве. И это справедливо — я бы и сам не верил человеку, который альтруистично решает тратить время, силы и ресурсы на что-то эфемерное, называющееся «спасением». А вот с ноткой личной выгоды проглотят, и я нигде не лукавил. Мне и правда нужны здоровые, сильные союзники.

В мире, где все, даже самое плохонькое, обрело цену, мой подход был банально проще и понятнее, ведь укладывался в плоскость выгод.

Со временем зевать стал не только я. Спокойная дорога, укачивающая и убаюкивающая, дикая усталость уже с самого утра, от недосыпа и постоянных тревог. Остаток пути мы проделывали в полном умиротворении. Самоходная телега, послушная моей магии, мерно переваливалась через ухабы. Солнце, так и не сумевшее пробить плотную пелену тяжелых туч, начало клониться к западу. Лес вокруг нас постепенно менялся, и густые, непролазные кущи и буреломы сменялись более редким хвойным подлеском, а земля перестала быть рыхлой, сменившись на твердую каменистую почву.

Нам пришлось сделать крюк — обойти болота, на транспорте там никак не проехать, потому путь по времени все еще и занимал меньше времени, но был более заковыристым. Ну, по крайней мере взглянули на еще неизведанные территории.

Конечно, еще и напрягало то, что мы вообще-то фактически в охотничьих угодьях различной гадости, и выступаем тут как на сафари. Но, тьфу-тьфу, обошлось, и врагов по пути нам не повстречалось. А леса, в которые мы сейчас заезжали, были уже знакомыми. Мы приближались к дому.

Слабость накатывала волнами. Физически я был вымотан, и откровенно говоря мечтал только о ванне и кровати, но еще сильнее истощился магически, истратив большой запас своих сил на управление транспортом. Вода камень точит, так и у меня тут, и могу сделать предположение, что я опустошил свои запасы процентов на шестьдесят.

Было и еще одно. Ментальная усталость, измотанность от обилия событий, судьбоносных решений и бега по острию ножа. И есть хотелось, но коллегиально решили не делать ненужных остановок, и в пути закусили сухпайком, приобретенным из магазина достижений. Не хотелось терять время вне безопасной зоны.

Воздух заметно похолодел. Сумерки в этом мире всегда наступали резко, вроде только-только было светло, а потом оп! и нет света, как от переключатели. Тени от сосен удлинились, а после и вовсе слились в одно единое черное пятно.

— Командир. — Голос Эмиля, сидевшего спиной ко мне, внезапно прервал тишину, и в нем не было ни следа былой расслабленности. Парень напряженно втягивал ноздрями окружающий прохладный воздух. — Ты чуешь?

— Что именно? — Я чуть сбавил скорость повозки, инстинктивно подбираясь и отгоняя морок и сонливость. Что-то мне не понравился его тон.

— Дым… — Подтвердил Иван, тоже принюхиваясь. — Эмиль, на разведку, Агнесса, мы должны посмотреть.

— Отставить. — Бросил я. — Что происходит?

Телегу я остановил, удерживая ее балансиром так, чтобы она от перекоса веса не завалилась, все еще тратя свои магические силы. Колеса истошно скрипнули. Промелькнула на границе сознания мысль, что телегу надо бы смазать, глядишь сил бы потратилось меньше.

— Много дыма, южнее, в километре от нас. И воняет странно, мокрыми псинами. — Поспешил прояснить Эмиль.

До нашей горы оставалось не больше трех-четырех километров. Мы как раз выходили на широкий, открытый простор, с которого должна была открыться панорама на наш горный хребет. В этот миг ветер переменил направление, дунув нам в лица, и теперь я тоже это почувствовал.

— Это не из долины, — заговорила обеспокоенно чародейка, — Марк, что будем делать?

— Командир, отправь нас на разведку. — Попросился Иван.

— Эмиль, Ваня, делайте, разведайте обстановку и доложите. Остальные остаемся здесь, вылезаем, разомните ноги. — Согласился я с доводами двух новичков и сам поспешил покинуть транспорт.

Молчун, Муромец, Агнесса и Варя последовали за мной, двое разведчиков же, быстро договорившись между собой о плане действий, минутой позже скрылись в темноте подступающей ночи. Я вынул из инвентаря артефактное копье, слегка размялся вместе с ним, разгоняя кровь по затекшему телу.

— Может, нам стоит пойти с ними? — Предложил Илья, но я мотнул головой.

— Это их специализация, пусть возвращаются с информацией, что там так воняет, и будем думать уже.