Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич
— Слишком слабо, — подтвердил мою догадку тёмный эльф.
Памятуя о том, как едва не поджарил на пляже гномиху, второй раз сгенерировал я разряд не особо сильнее прежнего, и вновь — ничего.
— Соберись! — рявкнул Роман. — Мы его теряем! Разряд!
Этот паразит точно задействовал какой-то из своих пси-навыков, поскольку на миг мне почудилось, будто на столе лежит не манекен, а всамделишный дроу, ну и жахнул от души, дабы спасти его от неминуемой кончины. Конечности механического болвана конвульсивно дёрнулись, мерзко запищал звуковой сигнал, вразнобой замигали на панели управления лампочки, преимущественно красные, запрыгали-заскакали стрелки на многочисленных окошках измерительной аппаратуры.
Мой вроде как наставник полюбовался на всё это безобразие, затем объявил:
— Каюк!
Я потёр ладонями друг о друга, дабы унять зуд в кончиках пальцев, и буркнул:
— Оно и неудивительно, без подготовки-то!
Эльф в ответ глянул с некоторым даже удивлением, поскольку наверняка ждал, что стану обвинять его в своём провале или самое меньшее попытаюсь объяснить случившееся досадной случайностью. Но вспышки негодования он не дождался, вот и принялся обесточивать аппаратуру, а попутно снизошёл до объяснений:
— Значение имеет как мощность разряда, так и его частотные характеристики. Хватает и других параметров, но это база.
Я озадаченно хмыкнул.
Роман обречённо вздохнул.
— Смотри, зелёный! — произнёс он, указав на грудь манекена. — Иногда нужно подстегнуть недостаточную мышечную активность или даже запустить её с нуля, а иногда требуется её ослабить или выровнять ритм. Сейчас же твоё воздействие мало того, что нанесло фатальное поражение электрическим током, так ещё и модальность у него была, как для снятия фибрилляции желудочков сердца. Угробил ты пациента, Гудвин. С гарантией!
Я чуть не рыкнул в ответ матерно, насилу сдержался. Втянул воздух носом, выдохнул ртом, сказал:
— Ну, гномиху я как-то вот так реанимировал. После утопления.
— Дуракам везёт, — фыркнул Роман, подтвердив мнение на сей счёт врача скорой. — Ну и у гномов конституция более крепкая, поэтому устойчивость к разного рода пси-воздействиям заметно выше, нежели у эльфов, пусть даже и тёмных. Индивидуальные особенности тоже надо учитывать. Для каких-то рас предпочтительны пиковые нагрузки, для каких-то они приведут к непоправимым повреждениям нервной системы и внутренних органов. Кто-то хорошо переносит длительное воздействие, а кто-то от такого запросто может скопытиться, пусть ты даже половины фатальной для него мощности в ход не пустишь.
У меня вырвался обречённый вздох, тёмный эльф задумался на миг, потом сказал:
— С генерацией электрических импульсов у тебя всё очень неплохо, поэтому в понедельник сделаем контрольные замеры, и начнёшь зубрить сравнительные таблицы из справочника. Если не будешь филонить, к концу месяца получишь корочки помощника реаниматора. Заранее сочувствую твоим будущим пациентам, но в их случае твоё вмешательство станет меньшим злом.
Я пропустил ехидное замечание мимо ушей и поинтересовался:
— Так может, мне прямо сейчас сравнительные таблицы и взять? Посмотрел бы на выходных.
Эльф пожал плечами:
— Бери.
Засим мы и разошлись в разные стороны, вроде как даже без былой неприязни друг к другу.
Библиотекарша меня узнала и сразу выложила на стойку шахматный учебник. Я от него отказываться не стал, но вдобавок взял справочник реаниматора со сравнительными таблицами пси-устойчивости представителей разных рас и ещё попросил выдать на руки пособие по аутотренингу. Попросил и получил, причём в журнального формата книжицу оказалось вложено сразу несколько конвертов с гибкими грампластинками — синими и полупрозрачными.
Захотелось их незамедлительно прослушать, но перво-наперво из центра повышения квалификации я поехал в профилакторий, где после посещения столовой едва не уступил соблазну придавить ухом подушку, только куда там — дел же невпроворот!
Поспешил в общежитие, вынес мусор, подмёл двор и за воротами, а в ответ на требование тёти Тамары навести порядок в скверике указал на ещё не облетевшие до конца деревья:
— Вот осыплются, тогда и смету в кучи. Вывозить только кто их и куда будет?
— А это не твоя забота! — отрезала комендантша. — Ты, главное, смети.
Я пообещал всё сделать и спустился к себе, включил радиолу, запустил на проигрывателе грампластинок один из миньонов, а после углубился в изучение пособия, оставлять которое без присмотра в профилактории, равно как и справочник реаниматора, не собирался. Всё ж для служебного пользования литература, умыкнёт кто — замучаюсь отписываться. Пусть уж лучше под замком полежит.
Устроившись на штабеле досок, я вернулся к чтению, но музыка отвлекала, не позволяя сосредоточиться на чтении, вот и выровнял дыхание, начал представлять, как переполняет тело от кончиков пальцев и до макушки приятное тепло. После моргнул, а открыл глаза, лишь когда постучали в дверь.
Поясница занемела, меж лопаток ломило, шея после пребывания в долгой неудобной позе едва ворочалась. Я сообразил, что всё это время самым бездарнейшим образом продрых, вот и рявкнул зло:
— Кого там ещё принесло⁈
— Это я! — послышался голос Тони.
Захотелось озвучить замечание умного кролика о том, что «я» бывают разные, но удержался, с кряхтением поднялся на ноги и отпер дверь.
— Ты чего тут? — поинтересовался стиляга.
— Живу я тут теперь, — буркнул я, дошёл до радиолы и обесточил её.
Тони смущённо потупился:
— Гудвин, ну ты же понимаешь, — неуверенно промямлил он, — что если снова к Элле заедешь, то у меня ни одного шанса на продолжение с ней отношений не останется?
«Ещё один себя недооценивает», — мысленно посетовал я и махнул рукой.
— Не парься, как ремонт сделаю, получше вашего любовного гнёздышка конура получится, а до конца месяца мне в любом случае койка в профилактории полагается.
Стиляга после этих слов заметно расслабился, вот я и спросил:
— Сам-то чего тут?
— К Араму собираюсь, за Эллой пришёл.
Я озадаченно хмыкнул:
— Он же говорил, ему по четвергам распространители не нужны!
— Так мы на дискач!
— Ох, Тони! — покачал я головой. — Ты такими темпами денег там оставишь куда больше, чем заработаешь.
Стиляга беспечно рассмеялся:
— Солить их, что ли?
Мы поднялись во двор, там к нам присоединилась Эля. Она поцеловала Тони куда чувственней, нежели просто хорошего знакомого, но я не испытал ни малейшего намёка на ревность: как видно, в кои-то веки инстинкты оказались вполне солидарны с разумом в том, что расстались мы с фигуристой медсестрой не просто вовремя, а прямо-таки в самый последний момент. Вот только бежевое вязаное платье облегало Элю второй кожей, и вид соблазнительных изгибов навёл на мысль, что теперь ничего не мешает матросить её, так сказать, в факультативном порядке. Но, конечно же, не стал принимать эти соображения в расчёт, выкинул из головы.
Тони тут же потянул подружку к калитке — у него, судя по всему, с ревностью и орочьими инстинктами был полный порядок, — но медсестра упёрлась и обернулась ко мне:
— Гудвин, ты штаны принёс? — спросила она.
Я покачал пакетом.
— Оставь тогда тёте Тамаре, я на выходных постираю и заштопаю, — пообещала Эля и лишь после этого позволила ухажёру увести себя со двора.
Я тоже задерживаться в общежитии не стал — как узнал у тёти Тамары который час, так и рванул в больницу, но почти сразу в темечко и переносицу начало отдавать болью, пришлось перейти с бега на шаг. В итоге припозднился и встал в хвост выстроившейся к нужному кабинету вереницы орков. Врачей и фельдшеров пропускали без очереди, водителей проверяла собственная комиссия, а санитарам и медбратьям ничего не оставалось, кроме как трепаться в ожидании приёма обо всякой ерунде — немудрено, что всеобщим вниманием немедленно завладел мой заклеенный лейкопластырем нос.
Похожие книги на "Меня всё ещё зовут Гудвин (СИ)", Корнев Павел Николаевич
Корнев Павел Николаевич читать все книги автора по порядку
Корнев Павел Николаевич - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.