Хроники Мертвого моря (ЛП) - Каррэн Тим

Итан почувствовал, как его надежда улетучивается. В этом месте?

Надеяться на такое было бессмысленно.

Прежний Маркус вернулся, гордый и высокомерный.

— Все еще думаешь, что мы на Альтаире-четыре, кретин? — спросил он.

— Да, — ответил Итан. — Думаю, так и есть.

14

ИТАН ХОТЕЛ БЫ оказаться неправ. Видит бог, что хотел бы. Но он не думал, что заблуждается. Инстинкт подсказывал, что если они находятся в Атлантическом океане, значит, Хайалиа [4] расположен на темной стороне луны. Сама мысль о том, что они смогут найти здесь спасение, была чудесной фантазией, но он просто не мог ее принять.

Потянув за трос, Итан подтащил плот к крылу, и тут и без того скверная ситуация значительно ухудшилась.

Вода начала бурлить и пениться, покрылась короткими острыми волнами, выбрасывающими в воздух фонтаны брызг. На поверхность стали стремительно вырываться огромные пузыри, будто под водой дышал Годзилла, водоросли вздымались под напором волн.

— Быстрее! — крикнул Итан, подтягивая плот.— Нам нужно сесть на борт!

Плот подпрыгивал и раскачивался, как и все вокруг. Эйва забралась на него первой, затем Маркус и, наконец, Итан. Времени на инвентаризацию спасательного снаряжения у них не было. Они нашли весла, расстегнули купол и погребли прочь, преодолевая волны и пробиваясь сквозь водоросли. Звук шуршащих и скребущихся по бокам и дну плота морских растений более чем нервировал.

Когда «Дассо-Фалькон» начал растворяться в тумане, из океана появился цефалопод, освещаемый огнями самолета.

— Боже, смотрите! — воскликнула Эйва.

Этого сложно было не заметить.

— Какого черта? — произнес Маркус, будто до него только дошло, что флора и фауна мертвого моря довольно специфична.

Прежде чем самолет полностью затянуло туманом, они увидели, как существо поднялось и схватило его. Оно походило на скопление розово-оранжевых мыльных пузырей, удерживаемых воедино блестящим, похожим на липкую паутину материалом. Тупоконечные щупальца и толстые отростки сомкнулись вокруг самолета, словно кулак, принялись яростно его трясти, отчего тот начал подпрыгивать на водорослях. Самым безумным казалось то, что существо словно и не пыталось разрушить самолет. Оно будто играло с ним, поднимало его в воздух, опускало под воду и позволяло снова всплыть... прямо как ребенок с игрушечным корабликом в ванне.

— Гребаная тварь ломает мой самолет! — воскликнул Маркус.

«Да, это так, — подумал Итан. — И ломает неспроста. Исключает для нас этот вариант».

В последний раз, когда он увидел самолет, цефалопод забрался на него и погрузился вместе с ним под воду.

Маркус снова начал грести.

— Теперь этот клятый плот — все, что у нас есть.

15

ЕЩЕ ДВАДЦАТЬ МИНУТ они гребли, углубляясь в туман, но больше не видели того мигающего света. Сложно было понять, плывут они в его сторону или противоположную. Окруженный клубящимся туманом и повторяющимися островами сорняков, он мог находиться где угодно.

Они потушили лампу и перестали пользоваться фонариками. Единственным источником света для них была светящаяся палочка, найденная на плоту среди снаряжения. Глаза уже привыкли к сумеречной мгле, и, если бы рядом что-то мигало, они непременно заметили бы.

— Попробую выпустить еще одну ракету,— предложил Маркус.

Общего согласия он, конечно же, не спрашивал. Поднявшись на ноги, Маркус выстрелил из ракетницы. Заряд улетел вверх под углом в пятьдесят градусов, взорвался вдалеке снопом красных и оранжевых искр и сияющим огненным шаром стал медленно спускаться. Туман был густым, плотнее, чем когда они находились в самолете. И все же Итан был уверен, что увидел вдалеке силуэты, окутанные мглой, — огромные, аморфные фигуры, которые появились на пару секунд и снова растворились во тьме. Он мог бы дать им название, но не осмелился.

Итан знал, что, если долго вглядываться в туман, начинает мерещиться всякое: лица, фигуры, крадущиеся тени.

— Кажется, я что-то видела,— сказала Эйва.

— Например? — спросил Маркус.

— Не знаю.

— У тебя же должны быть какие-то мысли.

«Конечно, должны быть, — подумал Итан. — Скажи, что ты думаешь, Эйва. Скажи нам, что ты там видела».

Он услышал, как она сглотнула в темноте.

— Корабль, — сказала она.— Кажется, я видела корабль. Большой корабль.

— Ну, это уже кое-что, — обрадовался Маркус.— Должно быть, тот мигающий свет шел от него.

— Нет, я так не думаю.

— Ты ничего не понимаешь.

Но Итан знал, что все прекрасно понимает, просто Маркус был слишком глуп и упрям, чтобы это принять. Он собирался упорствовать, как и всегда.

— Маркус... это был старый корабль, понимаешь? Парусник, как у пиратов. Вроде тех, которые показывают по телевизору.

Какое-то время Маркус молчал, затем произнес:

— Здесь? Почему такой старый корабль находится здесь?

— По той же причине, что и мы, — ответил Итан. И про себя подумал: «Потому что он ждет нас».

— Давайте взглянем на этот корабль, — сказал Маркус.

Но Эйва покачала головой:

— Наверное, не стоит.

Точно так же считал Итан. Хотя это мало что значило: Маркус погреб в сторону корабля, и Итану ничего не оставалось, кроме как грести вместе с ним.

— Водоросли... они расступаются, — указала вперед Эйва.

Итан увидел, как это происходит. Скопления водорослей разделялись, образуя для них идеальный канал. Это было не случайно: они находились в движении, с шелестом сбивались в кучи, расступаясь, как Красное море [5].

«Конечно, — сказал себе Итан, — ведь они нас ждали. Они указывают нам путь. И приветствуют нас».

— Не нравится мне это, — заявила Эйва. — Раньше они не хотели уступать нам дорогу, почему делают это сейчас?

Маркус покачал головой:

— По кочану, вот почему. Господи, женщина! Просто скажи спасибо, что они не окружили и не загнали нас в ловушку.

Они гребли еще минут пять, шли с хорошей скоростью, поскольку водоросли им не мешали. Туман висел смрадным саваном.

Итан знал, что они уже близко. Ему не нужно было видеть корабль, чтобы знать наверняка, — он чувствовал это нутром, как приближение неминуемой опасности.

16

КОГДА ИТАН УВИДЕЛ, как из тумана, словно материализующееся привидение, появился корабль, нарастающий у него внутри ужас кристаллизовался, вызвав состояние, близкое к истерике. Если б он был один, то непременно бы закричал.

— Вы только посмотрите на это, — сказал Маркус. — Будто выплыл из старого фильма.

Эйва обхватила себя руками. Ее заметно трясло.

— Корабль-призрак, — произнесла она, и это было довольно верным определением.

Все направили на судно лучи фонариков и тут же пожалели об этом. Все равно что светить в склеп.

Возможно, при жизни это был длинный бриг с высокими мачтами и слегка наклоненным носом, которым рассекал моря... но после смерти, здесь, на этом кладбище цветущих водорослей и призрачного тумана, он превратился в плавучую гробницу. Скопления водорослей взяли его в кольцо, блестящие зеленые корни и лианы, словно могильный мох, в изобилии разрослись по всему корпусу. И даже обвивали покосившиеся фальшборты. Вздымающиеся мачты исчезали в призрачной дымке. Тросы болтались, словно мертвые змеи, снасти обвисли, паруса, серые, как саваны, истлели и превратились в лохмотья. Реи торчали, словно обглоданные кости.

Смрад взломанных гробов и потревоженных могил исходил от его разлагающегося сумеречного остова, будто он сам был трупом. Петли бледного, похожего на паутину грибка свисали с балок, словно испанский лишайник.

— Я не собираюсь подниматься на эту штуковину, — серьезно сказала Эйва.

Итан не винил ее. Обвитый щупальцами тумана и кишащий зловещими тенями, корабль ухмылялся им, словно череп. По крайней мере, так казалось его пропитанному тьмой разуму.