Пригородная готика (ЛП) - Кин Брайан

Озираясь по пути, Лиззи понимала, что если бы она предприняла попытку побега, то непременно заблудилась бы в этом темном лабиринте, и в итоге ее все равно бы нашли, схватили и предали пыткам за неповиновение. Возможность оказаться вшитой в Столб Душ или распластанной на столе с осьминогом в вагине гасила все ее побуждения о побеге.

Однако еще одной причиной, почему девушка не пыталась сбежать, ту причину, которую она даже не желала признавать, было то, что ей понравилось то пьянящее чувство безграничной власти над жертвой. Чувство собственного превосходства. Значимости. Даже могущества.

И она хотела испытать его снова.

При всем остальном, ее гложило любопытство. Она хотела понять цель всего этого.

Девушка улыбнулась, когда Конор взял ее за локоть и повел по узкому темному коридору. Их шаги отдавались эхом.

- Я готова, - сказала Лиззи, смахивая упавшую на лицо паутину.

- К чему готова? - спросил Конор.

- Ко всему. Я готова ко всему.

Впереди показался слабый проблеск света.

Глава 15

Оказавшись в служебном коридоре, Селеста и Одри замедлили шаг, чтобы перевести дух. Шума погони не было. Не было и освещения, поскольку обе девушки не стали включать свои налобные фонарики. Они осторожно крались, обходя кучи мусора и отходов, держась подальше от грязных стен.

Селеста остановилась и принюхалась.

- Что такое? - прошептала Одри.

- Я чувствую запах... крови...

Одри встрепенулась и тоже принюхалась.

- Я тоже чувствую запах.

- Откуда он идет? - Селеста осмотрела свои руки, все еще перепачканные кровью Херефорда. - О, черт. Это от меня. Ложная тревога.

- Наверное, от нас обеих так пахнет.

- Как только мы выберемся отсюда, я неделю проведу в ванной, - ответила Селеста. - А потом я сделаю маникюр.

- Это вряд ли. Я про маникюр, - напомнила ей Одри. – Карантин еще никто не отменял. Салоны красоты закрыты.

Селеста закатила глаза.

- После всего этого дерьма ковид может идти в жопу.

Продолжив свое продвижение, девушки еще несколько раз останавливались, прислушиваясь, нет ли за ними погони, но в коридоре царила тишина. Постепенно их глаза наконец приспособились к темноте. В конце коридора они наткнулись на дверь, выбравшись к выходу из торгового центра. В темноте они могли различить лишь смутные очертания, но Селеста облегченно выдохнула, словно уже выбралась наружу.

Однако, когда они приблизились к наружной двери, она замедлила шаг, почувствовав, что что-то не так. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, в чем дело.

Войдя в торговый центр, они оставили дверь слегка приоткрытой, подперев ее шлакоблоком. Теперь подпорки не было, а дверь была закрыта.

Это ловушка.

Селеста не успела предупредить Одри о сделанном открытии. Та уже подбежала к двери и дернула задвижку. Но засов не сдвинулся с места. Вместо этого мелькнула искра и послышался треск электричества, а затем Одри резко отшатнулась назад, рухнула на пол и замерла без движения. Пистолет, на удивление, не выпал из ее руки.

Селеста бросилась к ней. Она положила револьвер Херефорда на пол и опустилась на колени рядом с бессознательной девушкой.

- Одри? Эй! Эй, очнись, Одри. Ты меня слышишь?

Не было сомнений, что Одри пострадала от удара током. Для понимания этого не нужно было быть ни электриком, ни доктором. Опасаясь, что Одри может умереть, она пыталась проверить пульс и привести ее в чувство, но не помнила ничего из курса оказания экстренной медицинской помощи. В школе Селесте пытались вложить эти знания в голову, но она никогда не была прилежной ученицей.

Девушка подняла вялую руку Одри и попыталась нащупать пульс на ее запястье, вспоминая, как это делают персонажи телевизионных сериалов, но пульсации под кожей не почувствовала.

- Черт, - застонала она. - Какого черта я вообще делаю?

Внезапно Одри открыла глаза, и Селеста закричала, отшатнувшись от неожиданности и грохнулась на задницу. Одри стремительно села, с силой втянув воздух.

- Господи Иисусе, - задыхаясь, пробормотала Селеста. - Ты, блять, напугала меня до чертиков, Одри! Я думала, ты умерла. Ты в порядке?

Одри не сразу ответила. Она пребывала в оцепенении, тупо уставившись на дверь как зомби. Волосы свисали ей на глаза, но даже за завесой челки Селеста видела, что та даже не моргает. Однако она была жива, что уже утешало. Дыхание пострадавшей было тяжелым и неровным, и она, казалось, находилась в состоянии шока.

- Эй, - забеспокоившись, окликнула ее Селеста. - Посмотри на меня.

Одри сделала еще один большой вдох и медленно повернула голову в сторону Селесты.

- Что случилось?

Селеста вздохнула с облегчением.

- Дверь под током, я думаю. Тебя сбило с ног, когда ты дотронулась до нее.

- Что это за запах?

- Кровь на нас обоих. Помнишь?

Одри покачала головой.

- Нет, не то. Это похоже на... жженые волосы.

Селеста наклонилась и потрогала волосы Одри. Кончики были ломкими и словно подпаленные.

- Это от тебя.

- У меня что, сгорели волосы? - голос Одри перешел на визг. - У меня хоть что-то осталось?

- Не пугайся. Кажется, все не так уж плохо. Кончики только немного подпалило. Вот и все. Их можно состричь.

Одри откинула волосы с глаз и наклонилась вперед, присматриваясь к двери.

- Она под током?

- Ага.

- Кто это сделал? Херефорд?

Селеста пожала плечами.

- Может быть. Я не знаю. Он не единственный сумасшедший ублюдок здесь. И думаю, даже не предводитель этого цирка уродов.

- Согласна, - кивнула Одри. - Он был лишь приманкой, на которую мы купились.

- Не мы купились. Брэдли. Это он повелся на россказни этого ублюдка.

Пару минут они сидели молча, пока Одри приходила в себя. Селеста пошевелилась и поморщилась от боли во всем теле. Казалось, ее трактор переехал, хотя ранена она не была. По крайней мере, не серьезно. Лицо болело в том месте, куда ее ударили, но это не смертельно.

- Наверное, они схватили Брэдли и Стюарта, - сказала Одри.

Селеста кивнула, фыркнув. Она вспомнила о последней перепалке с Брэдли непосредственно перед разоблачением обмана Херефорда. Это был момент конца их отношений. Девушка считала, что и сам Брэдли это понял. И сейчас она злилась на него за то, что он втянул их в эту историю. Он не проверил личность Херефорда. Он привел свою команду в опасное место, не предприняв элементарных мер по их защите. Все это было на его совести.

И все же... они с Брэдом были близки, хотя больше физически, чем платонически. Ей казалось, что после таких продолжительных отношений, она должна была что-то чувствовать к нему, но ничего к нему сейчас не питала. Не было ни сожаления, ни беспокойства о нем, ни чувства утраты.

Она была просто опустошена.

И могла только злиться на него.

Девушка снова фыркнула и смахнула слезы с глаз.

- Наверное.

Одри придвинулась ближе к Селесте, приобняв ее. Селеста сначала напряглась, но потом обмякла в ее объятиях. Она уткнулась лицом Одри в шею и разрыдалась. Рубашка Одри тут же пропиталась от ее слез. Девушка гладила ее по спине и шепотом утешала ее, твердя, что все будет хорошо.

Селеста осторожно разорвала объятия и рассмеялась.

- Это я должна утешать тебя, - сказала она. - В конце концов, тебя ударило током.

- Со мной все нормально.

- Я испачкала твою рубашку соплями. Прости.

Одри посмотрела на пятно на своей рубашке и улыбнулась.

- Ничего страшного. Это хорошо сочетается с пятнами крови и грязи, ты не находишь?

Они обе рассмеялись.

- Красивая рубашка, - заметила Селеста. - Где ты ее взяла?

- Чак мне купил ее. Он... – у нее задрожал голос, и она подавила зарождающиеся рыдания. - Чака больше нет. Умер. Он... он... как мог... его кровь на этой рубашке, и он...

- Я знаю. Мне жаль.

Одри вцепилась Селесте в руки и затряслась, не в силах говорить от охватившего ее горя.