Нарушенная клятва - Чейз Ева

Однако Зиан продолжал окидывать все своим проницательным взглядом: мы были уверены, что Энгель предусмотрела какой-то способ доставлять сюда припасы. Почему-то я сомневалась, что всю канадскую зиму она жила на подножном корме.

Разве можно питаться только кленовым сиропом и сосновыми иглами?

Я поскользнулась на камне, но сумела удержать равновесие и не упасть. На меня тут же устремились две пары глаз: Доминик – слева от меня, Джейкоб – справа.

Но на этот раз ни в одном из них не читалось и намека на враждебность. Дом повернулся в мою сторону и приподнял брови – немой вопрос о том, все ли у меня в порядке.

Я быстро ему кивнула. Мои внутренности время от времени побаливали, словно осталось еще несколько крошечных трещин, которые окончательно не срослись, но большую часть вчерашнего дня я провела, отдыхая то в одном, то в другом вагоне поезда.

Прямо сейчас я чувствовала себя лучше, чем в бо́льшую часть последних двух недель.

И главным образом потому, что по моему телу больше не циркулировал яд, который постепенно доводил меня до изнеможения.

Я проигнорировала пристальный взгляд Джейкоба, хотя чувствовала, как он задержался на мне, пока мы пробирались между деревьями. Той ночью, когда поезд чуть меня не прикончил, что-то заставило его переключиться с обвинений на извинения, но я еще не полностью оправилась от эмоционального удара, чтобы адаптироваться к этим переменам.

Как я могла быть уверена в том, что какой-то из следующих моих шагов не заставит его вновь передумать?

Я глубоко вдохнула, наполняя легкие прохладным сосновым воздухом, но вдруг замерла, услышав звук ломающейся ветки.

Треск раздался три раза подряд. Это сигнал, который, как заранее предупредил Зиан, он подаст, если что-нибудь заметит.

Не говоря ни слова, я вместе с остальными стала красться по лесу в его сторону. Он немного нас опередил и теперь стоял на гребне невысокого, поросшего мхом утеса.

Он подождал, пока мы все соберемся вокруг него, и указал вниз крутого склона. Все, что я могла разглядеть – это еще больше деревьев, но Зиан, должно быть, смотрел прямо сквозь них.

– Вон там тропинка разветвляется на два направления, – сказал он так тихо, что едва заглушил шелест ветра в листве над головой. – Прямо на перекрестке стоит маленькая хижина, и я думаю, что внутри нее кто-то есть.

Андреас попытался всмотреться в том направлении, как будто решил, что тоже сможет видеть и сквозь твердые предметы, если хорошенько постарается.

– Ты думаешь, там охрана?

Зиан кивнул:

– Или что-то в этом роде. Сначала я решил, что это может быть просто лесник, но… если мне не показалось, то человек, который находится в хижине, носит металлический шлем.

Хранитель. Мой пульс участился, мышцы инстинктивно напряглись.

Джейкоб помрачнел и поджал губы:

– Мы спустимся и допросим его, но действуем осторожно. Вокруг могут быть и другие, а у него наверняка есть способ как-то предупредить их о том, что возникли проблемы.

Дом посмотрел на него:

– Если мы подойдем и увидим, что поблизости никого нет, то прежде, чем он нас заметит, ты мог бы связать его своей силой.

Андреас покачал головой:

– Лучше не сразу. Помнишь хранителей на заброшенном объекте? Этот тоже может помешать мне залезть в его воспоминания… если будет знать, что мы здесь.

Джейкоб так неуверенно ему улыбнулся, словно сомневался в том, как Андреас воспримет его слова – и это при том, что он был с ним согласен.

– Да, прежде чем мы начнем действовать, Дрей должен заглянуть ему в голову и выяснить как можно больше.

Я решила, мы все уладили, но теперь пристальный взгляд Дома устремился на меня.

– Что думаешь, Рива?

Впервые за то время, что они разрабатывали планы для этой миссии, кто-то из них поинтересовался моим мнением. Бо́льшую часть последних двух недель они игнорировали меня, даже когда я настаивала на том, чтобы быть услышанной.

Почувствовав, что все их внимание обращено на меня, я заколебалась. На самом деле мне нечего было добавить. Мои навыки едва ли могли считаться полезными при допросе.

По крайней мере, в привычном смысле.

– Все это звучит неплохо, – сказала я. – Но, если что, я снова смогу рассказать свою слезливую историю, чтобы отвлечь его от блокирования своего разума.

При словах «слезливая история» Джейкоб скрипнул зубами – эту пренебрежительную фразу он не раз бросал мне в лицо.

Андреас улыбнулся мне еще более неуверенной улыбкой, чем та, которой одарил его Джейкоб.

– Я сделаю все возможное, дабы убедиться, что тебе не придется этого делать.

Я пожала плечами, словно в этом нет ничего особенного, хотя на самом деле предпочла бы больше не обнажать свою душу перед какими-то незнакомцами. Если, конечно, у меня будет такой выбор.

Но если придется… Я хотела скорее найти эту женщину и завершить миссию. Понять, какую информацию она может нам дать – и имелся ли вообще во всем этом какой-то смысл.

Мы спустились с холма, переставляя ноги еще осторожнее, чем раньше. К тому времени, как мы добрались до подножия утеса, я могла различить сквозь деревья фрагменты хижины. Ее построили из дерева, чтобы она сливалась с лесом, но от непогоды бревна с годами потемнели.

Для первой части плана были нужны способности Андреаса, поэтому он взял на себя инициативу и, устремив взгляд прямо перед собой, начал медленно и осторожно пробираться сквозь кусты.

Когда он остановился, мы тоже замерли в нескольких шагах позади него.

В течение нескольких минут мы просто ждали, стоя так тихо, что самым громким звуком было наше дыхание. Андреас тоже оставался неподвижным и тихим, но по его напряженной позе я понимала, что он уже действует.

Резко опустив плечи и прерывисто вздохнув, он повернулся к нам.

– Он точно работает с Энгель, – прошептал он, – уже долгое время. Не могу сказать, какие из воспоминаний, которые я видел, самые свежие, и ни одно из них не показывало, как добраться отсюда до дома – или даже то, что дом, который я видел, находится близко отсюда.

– Ты не узнал, сколько еще хранителей может быть поблизости? – спросил Зиан, осматривая лес с обеспокоенным выражением лица.

Андреас поморщится.

– У него были воспоминания о разговоре с ней, когда рядом находились еще один или двое, так что вряд ли нам следует рассчитывать на то, что он окажется здесь единственным.

Я обняла себя руками.

– Ты не узнал, предупреждали ли его, что мы можем здесь появиться?

– Нет, но я могу сузить круг воспоминаний лишь до прямого взаимодействия. Он никогда не видел нас лично. Если бы кто-то говорил с ним о нас или показывал ему фотографии, я бы не обязательно это нашел.

Доминик нахмурился.

– Мы можем просто проскользнуть мимо него и выбрать один из путей, и если он никуда нас не приведет…

Его предложение прервалось внезапно раздавшимся шумом, который заставил всех нас вздрогнуть. Пока звук разносился по лесу, Джейкоб хлопнул рукой по карману:

– Телефон. Какого хрена? Я поставил его на беззвучный режим.

Андреас замахал на него руками:

– Это, наверное, какое-то экстренное оповещение. Выключи!

Но было уже слишком поздно. Как раз в тот момент, когда Джейкоб нажал на экран, дверь в хижину с грохотом открылась.

– Джейк! – зарычал Зиан низко и настойчиво, и я поняла, что дело не в телефоне.

Вскинув руки, Джейкоб повернулся к хранителю, который, подняв оружие, уже маршировал к нашему укрытию.

Винтовка тут же отлетела в одну сторону, а мужчина, издав испуганный стон, повалился на землю в другую.

Мы помчались сквозь деревья к заросшей сорняками тропинке, туда, где он упал. Хранитель свирепо смотрел на нас из-под своего шлема и пытался двигать руками, которые силами Джейкоба оказались вытянуты по бокам.

Судя по тому, как подергивались его плотно сжатые губы, я поняла, что Джейкоб решил держать рот хранителя на замке. До нас доносились только приглушенные, испуганные звуки.