— Пакет нужен? — механически спросила женщина и осеклась.
— Да, — кивнул я. — Самый большой, какой у вас есть.
* * *
Вспышка.
На этот раз мы материализовались на тихой, вымощенной плиткой парковке перед элегантным трёхэтажным зданием из стекла и белого камня. Вывеска гласила: «Клиника регенеративной медицины». Воздух был чистым, пахло соснами и антисептиком.
«Избушка» всё ещё лежала на боку, но Ди-Ди, судя по докладу, уже почти починила гидравлику пострадавшей опоры.
— Выходим, — скомандовал я. — Состав тот же.
Реакция персонала клиники сильно отличалась. Никакого ступора. Вместо него нервная суета и страх. Из дверей высыпали несколько человек в белоснежных халатах. Один из них, седовласый мужчина с бейджем «Главный врач», сделал шаг вперёд, выставив перед собой руки, словно пытался остановить лавину.
— Что… что вам нужно? — его голос дрожал, но он старался держаться. — У нас здесь больные!
— Знаю, — ответил я. — Поэтому я и здесь. Мне нужен ваш банк донорской крови и гемосинтезатор.
Главврач побледнел ещё сильнее.
— Но это… это невозможно! Это стратегический запас!
— Теперь это мой стратегический запас, — отрезал я. — Вам придётся восполнить свой из других филиалов. Валериус.
Вампир шагнул вперёд. Я увидел, как в его красных глазах, обычно холодных, как лёд, промелькнул хищный огонёк. Не радость. Оживление. Как у гурмана, которому после долгой диеты предложили его любимое блюдо.
Кристалл на этот раз молчала, просто хищно улыбалась. Клыков вампирша не скрывала и ей определённо нравилось, как шарахаются медсёстры и санитары.
Лазарус, не дожидаясь дальнейших команд, развернулся и отправился на поиски синтезатора с той же невозмутимостью, с какой пять минут назад шёл за ящиками с тушёнкой. Медики расступились перед ним, как вода перед носом ледокола.
Через десять минут альпы вынесли из клиники все криоконтейнеры с маркировкой «Кровь. Группа II. Резус-фактор положительный». Я снова подошёл к трясущемуся главврачу и достал денежный пульт, готовя транзакцию на приличную сумму.
— Это… за… кровь? — пролепетал он.
— И за моральный ущерб, — сказал я. — Сдачи не надо.
* * *
Третья вспышка.
На этот раз переход ощущался иначе. Мягче. Словно мы не прорывали ткань реальности, а скользили по ней, как по шёлку. Когда мир вернулся, он был совершенно другим.
Мы стояли посреди ржавого скелета былого величия. Космодром «Байконур-13» был идеальным памятником человеческим амбициям и последующему разгильдяйству. Гигантские, заросшие бурьяном стартовые площадки, похожие на алтари забытых богов. Ангары, в которых мог бы разместиться небольшой город, теперь служили домом для ветра и стай мутировавших голубей.
И посреди всего этого — кипучая, суетливая деятельность моих наёмников, которые, матерясь на трёх языках, пытались превратить этот металлолом в самую грозную оружейную фабрику на планете. Благодаря им рядом с обветшалыми постройками росли новые конструкции из блестящего металла и бетона.
«Избушка» наконец-то встала на обе ноги. Скрипя и протестуя, но встала.
Рабочим помогали роботы.
Десятки, сотни роботов. Строительные дроны, похожие на гигантских пауков, сваривали балки. Транспортные платформы перевозили грузы. Монтажные манипуляторы, жужжа сервоприводами, устанавливали какое-то оборудование. Они работали слаженно, методично, без суеты. Это был гигантский, гудящий муравейник, строящий что-то грандиозное.
Мой экипаж, высыпавший на рампу, выглядел ошарашенным. Все смотрели на эту грандиозную стройку, на снующих туда-сюда рабочих, на краны, перетаскивающие какие-то невероятные конструкции, и не могли сложить два и два.
— Волк… — начала Лекса. — Что это за цирк с конями? Ты говорил, что запускаешь своё производство, но… блин… Ты что, ограбил металлургический завод?
— Лучше, — ухмыльнулся я. — Я его купил. Вместе с этим милым космодромом.
Ди-Ди издала звук, похожий на писк восторженного дельфина, и, кажется, была готова упасть в обморок от счастья. Её глаза, отражавшие искры от сварки, бегали от одного объекта к другому, и я уверен, что её мозг уже начал создавать проект восстановления вон той ржавой фермы.
— Ядрёна гайка… — выдохнула она с выражением благоговения, какое бывает у верующего, попавшего в рай. — Капитан… это…
Она не договорила, просто сорвалась с места и подбежала к ближайшему роботу-сварщику. Тот прекратил работу и повернул к ней голову с оптическими датчиками.
— Долорес! — тут же взревел Гудвин из внешних динамиков избушки. — Что этот твой Волк опять удумал⁈ Это же стройка века! А где смета⁈ Где техническое задание⁈ Почему меня не поставили в известность⁈ Это возмутительно!
Вайлет уже получила от меня доступ к локальной сети и начала сканирование:
— Энергосеть: готовность тридцать пять процентов. Периметр: защищён на сорок процентов. Взлётно-посадочная полоса: восемнадцать процентов готовности к приёму тяжёлых судов.
Впервые за долгое время её статистика говорила не об угрозах, а о возможностях.
Кармилла окинула взглядом бескрайнюю степь, прищурив рубиновые глаза. Не сказать, что перспективы её вдохновляли.
Роза вышла с мешками семян в руках. Она глубоко вдохнула степной воздух и улыбнулась. Её лианы потянулись к почве, словно здороваясь. Здесь, на этой выжженной земле, она собиралась создать сад.
Валериус смотрел на горизонт, на стартовые площадки.
— Какая дыра, — презрительно бросила Кристалл, оглядываясь. — Ни одного бутика.
Её никто не услышал.
— Ты всё это время планировал построить вот это? — тихо спросила Шондра.
Я кивнул и посмотрел на покорёженную, но всё ещё живую «Избушку». На свой экипаж, который наконец-то обрёл твёрдую почву под ногами. На гигантскую стройку, которая была моим секретом, моим козырем, моим будущим. Мимо нас, аккуратно огибая наш шагоход, проехала транспортная платформа с огромной балкой на манипуляторе. Работа не останавливалась ни на секунду.
Я улыбнулся. Впервые за этот безумный день по-настоящему.
«Чип, ты нашёл алгоритм?» — уточнил мысленно.
НАШЁЛ ЛИ Я? КАПИТАН, Я НАШЁЛ ЦЕЛЫЙ КАТАЛОГ! ЕСТЬ «ЛАЙТ-ВЕРСИЯ» — УСКОРЯЕТ ВРЕМЯ В ДВА РАЗА. ЕСТЬ «ПРОФИ» — УСКОРЕНИЕ ДО СТА РАЗ, НО ВОЗМОЖНЫ СЛУЧАЙНЫЕ ВИЗИТЫ ТЁЩИ. И МОЙ ЛЮБИМЫЙ, «РЕЖИМ БОГА» — ВРЕМЯ ТЕЧЁТ ТАК БЫСТРО, ЧТО ВЫ УСПЕЕТЕ ЗАВЕРШИТЬ СТРОЙКУ И ПОСМОТРЕТЬ ВСЕ СЕЗОНЫ «САНТА-БАРБАРЫ», ПОКА СНАРУЖИ ПРОЙДЁТ ПОЛЧАСА. КАКОЙ УСТАНАВЛИВАЕМ?
«Догадайся», — усмехнулся я мысленно.
ПОНЯЛ. БОЖЕСТВЕННОСТЬ, ТАК БОЖЕСТВЕННОСТЬ!
Перед глазами, на внутренней стороне век, вспыхнула схема. Сложная, многоуровневая, состоящая из незнакомых символов. Это была не та комбинация, что я использовал для прыжка. Более сложная. Более… элегантная.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ВО ВРЕМЯ ПРИГОТОВЛЕНИЯ ПЕЛЬМЕНЕЙ, ОНИ МОГУТ СВАРИТЬСЯ РАНЬШЕ, ЧЕМ ВЫ ЗАКИНЕТЕ ИХ В ВОДУ.
Я достал Гиперкуб и начал вращать секции. Пальцы двигались сами. Схема, которую показал мне Чип, стояла перед глазами, как чертёж.
Сорок три квинтиллиона комбинаций. Любую можно собрать всего за двадцать ходов. И только одна подходит, чтобы победить.
КОРПОРАЦИЯ «МОЗГОВОЙ ЧИП ВОЛКА» НЕ НЕСЁТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА УСКОРЕННОЕ СТАРЕНИЕ, ПРОПУЩЕННЫЕ ДНИ РОЖДЕНИЯ, ВНЕЗАПНО ВЫРОСШИЕ БОРОДЫ И ВОЗМОЖНОЕ ОСОЗНАНИЕ БРЕННОСТИ БЫТИЯ.
Символы на гранях куба начали светиться. Но не голубым, как раньше. А золотым. Густым, тёплым, как расплавленный мёд.
Щелчок.
Но мир не поплыл. Не исказился.
