Прежде чем войти в академию, я на всякий случай огляделась. Ни одной красавицы в лохмотьях обнаружено не было. А жаль.
Я просочилась через ворота, прошла по аллее к замку, кое-как открыла тяжёлые двери и юркнула в холл, поднялась по лестнице, прошла по коридору, переступила порог собственных покоев и…
Ничуть не удивилась, обнаружив в спальне Кайрата Майерхольда.
— Сдаётся мне, в моей комнате ты бываешь куда чаще, чем в своей.
— Резонное наблюдение.
— Зачем пожаловал?
— Разве ты не рада меня видеть? — хмыкнул он. — У меня есть для тебя кое-что занимательное, — куратор достал из кармана красный конверт и протянул его мне. — Открывай.
28
— О нет, только не красный конверт… — прохныкала я, отступая к стене. На лице принца отразилось недоумение, а левая бровь живописно вздернулась. Пришлось пояснять: — Каждый раз, когда кто-то приносит мне красный конверт, дело добром не кончается. Это уже выведенная формула. Аксиома, если хочешь.
— Хочу, — кивнул Кай с улыбкой. — Объяснения хочу.
— Ну смотри! В красном конверте пришло требование выписать меня из приюта. В красном же конверте пришло уведомление о том, что я отныне вновь вхожу в славный, гори он белым пламенем, дом Вердье. В красном конверте король пригласил меня ко двору, чтобы потом с фанфарами выдворить в академию, где мне выдали тебя… То есть, где меня выдали тебе… Короче, дело — дрянь! Брось в огонь.
— Открывай уже, — фыркнул Майерхольд, всучив гадкую бумажку мне в руки.
Надувшись, я все же сорвала печать и достала на свет божий…
— Ну я же говорила, дело — дрянь, — резюмировала со вздохом.
— Всего лишь приглашение на бал в честь участников Игры.
— И где я не так сказала?
Наставник усмехнулся. Сдаётся, ему тоже грядущий светский раут не по душе.
— Кстати, это тебе, — произнес он, кивая в сторону стола, на котором стояла узе-е-е-енькая корзиночка с куцым букетиком ромашек.
Неужели он решил подарить мне цветы?.. Настроение резко похорошело. Я воспряла духом и даже нашла в себе силы улыбнуться.
Рано:
— Заходил наш давний приятель. Мы с ним… поздоровались, — выражение лица принца сделалось столь зловещим, что даже мне захотелось поёжиться. — Он был очень мил. Заикался, правда. Но букетик оставил. Если я правильно посчитал, то там чётное количество цветочков. Не берусь утверждать, но мне кажется, он на что-то намекает…
На корзину я отныне смотрела так, словно в ней лежит утыканная иглами кукла с моим лицом, а не миленький букетик, нагло содранный с ближайшей клумбы.
— Отчего же не спросил? — хмыкнула я, гадая, что же делать с веником.
— Генералы нынче уж больно быстро бегают. Полагаю, у него возникли дела. Очень неотложные.
Н-да, впечатление от принца у Рандорра осталось неизгладимое. Но с благоразумием, вернее — с его зачатками, женишок определённо не дружит. Иначе бы не сунулся в академию, по коридорам которой ходит мрачный Кайрат Майерхольд.
— Ева, — протянул наставник, резко сменив тон. — Если ты всё же заодно с Астартом, знай: от Рандорра он тебя не спасёт. Он в целом не станет спасать тебя. Забудет сразу же, когда ты отработаешь свою роль.
От этих слов моё настроение окончательно сдулось. Сложилось рогаликом, булькнулось в сортир и саморучно нажало на рычажок спуска.
— А ты, стало быть, спасёшь? — поинтересовалась ядовито.
— Я — да, — заявил Кайрат столь уверено, что не поверить в силу его слов было невозможно.
— И что же ты сделаешь? Убьёшь его?
Глаза Его Высочества холодно сверкнули.
— Есть много способов спасти женщину от другого мужчины, — только и сказал он.
По коже пробежали мурашки. Меня так и подмывало расспросить его о «способах», однако Кай быстро кивнул и вышел вон.
Ну спасибо, наставник. И что теперь прикажешь делать? Лежать полночи, таращиться в потолок и гадать, как именно ты будешь спасать меня от генерала? Выходит, что так.
Вот только и без его загадок мне было о чём подумать. Я была уверена, что вовсе не смогу поспать сегодня, однако ошиблась. Стоило голове коснуться подушки, как я тотчас потеряла связь с реальностью.
Я всегда думала, что будет очень приятно проснуться поутру, открыть дверь и найти на пороге букет цветов с милой запиской «Для самой красивой девушки в академии!».
Неправильно думала, короче.
— Чтоб тебе икалось, Рандорр, — прошипела, глядя на очередную подарочную корзину. На сей раз побольше и с более приятным наполнением. Видно, генерал понял, что куцые ромашки не трогают дамские сердца, и пошёл в наступление пёстрой герберой.
Спасибо хоть не чётной гвоздикой…
— Хм, — глубокомысленно изрёк Кайрат, заприметив букет.
— Не «хм», а жуть, — буркнула, отпихивая корзину ногой к стене. Затаскивать сие пахучее безобразие в комнату я не собиралась.
— Я бы посоветовал ему сменить магазин цветов.
— Я бы посоветовала ему сменить невесту!
— Отличная идея для желания, которое ты сможешь задать кристаллу. Если доберёшься до него, конечно же, — издевательски проговорил принц.
— Да иду я на твою тренировку, иду, — отозвалась я, всё ещё недовольная столь внезапным появлением Рандорра в своей жизни.
Тренировка прошла по классике: Его Высочество глумился, я потела, стреляла из арбалета и упражнялась с саблей. После мы разошлись в разные стороны.
Куда пошёл принц я не знала, а вот я потащилась на занятия. Ерзала до обеда и, дождавшись большого перерыва, бросилась в столовую, чтобы насладиться едой в тишине и покое…
В тишине и покое, я сказала!
— Смотрите! Смотрите! — шептались адепты, глядя на огромный розовый куст, плывущий по воздуху.
Нет. Только не это… Не надо!
— Шмяк! — ведро с букетом приземлилось на стол. Из цветов, кряхтя от натуги, выбралась пикси. Взмахнув крылышками, она достала свёрток, развернула его, встряхнула пару раз, прокашлялась и протянула зычно: — О, моя милая невеста! От всего своего сердца, что бьётся только потому, что в этом мире есть ты, преподношу тебе сей скромный дар. В твоих чудесных глазах можно утонуть, а на носу — повеситься!
«Было бы славно», — подумала я на этом моменте. Пусть он утонет в глазах и повесится, так и быть, на моём носу. Я совсем не против!
— От взмаха твоих густых ресниц поднимается ветер!..
Отлично! Пусть его ещё и сдует!
— От улыбки твоих пухлых губ становится тепло и душа поёт!..
Кто-нибудь отберите у него бумагу!
— Я люблю тебя, Евангелина Юрай! Вечный твой раб, А. Рандорр! Фу, ну и муть, — заключила феечка.
И не говори…
Пикси достала невесть откуда блокнот и ручку, которые после протянула мне:
— Фейская служба доставки «ПринесёмЕслиНасНеСдуетВетер» заказ выполнила. Пожалуйста, распишитесь здесь, здесь и здесь, если принимаете посылку.
Принимать посылку я категорически не хотела, однако отправлять малютку обратно мне было жалко. Черканув фамилию в нужных местах, я прошептала:
— А можете оттащить всё это добро на ближайшую свалку? Я доплачу.
— Не можу, — категорично заявила пикси, улетая восвояси.
Впрочем, вернулась она очень скоро. Приволокла коробку конфет в форме сердечка и со словами «Вывалилось по пути» бросила мне на стол.
— Там ещё одна портянка… Ой! То есть любовное послание. Читать?
— НЕТ!
Выдохнув с облегчением, фея всё же оставила меня. А вот позор был решительно настроен остаться — все адепты, что находились в этот момент в столовой, таращились на меня. Кто-то с насмешкой, кто-то с любопытством, а кто-то просто злобно.
Последнее относится к сестричке, чей бывший жених обзавёлся целью завалить меня цветами.
Ну, а что я? А я — вежливая: натянув на лицо широкую улыбку, помахала ей рукой. Элеонора поджала губы и отвернулась.
Хоть какая-то польза от генерала. Что-что, а насолить поганке-сестре всегда приятно.
Ах, знала бы она, с какой я радостью готова вернуть жениха в её цепкие ручонки — не злилась бы так.
