О том, что дело может не выгореть, я сейчас предпочитала не думать. У меня, конечно, был запасной вариант, если что, в последние пару месяцев сменить тему курсовой и всё же снизойти до Ромашки… Но не успела я его предложить, как профессор Бридинг словно решился.
– Ладно! – заявил он залихватски. – Похвальное рвение надо поощрять. В конце концов, ты могла так сильно не заморачиваться. В общем, даже если у тебя не получится, ты опишешь весь процесс поэтапно и обозначишь, в какой момент эксперимент сорвался. Будем знать, как делать нельзя, а я засчитаю за курсовую.
Из аудитории я выскочила счастливая! Да так и витала в облаках всю следующую лекцию. В столовую я почти летела, не замечая ничего вокруг. Как вдруг меня схватили за руку и развернули в другую сторону.
– Нет, сестрёнка, нам сейчас туда нельзя! – категорично заявила моя близняшка Джинни.
– Почему? – не поняла я, но покорно позволяла себя вести.
– О, там сейчас у ректора ревизия! Проверяет работу домовых и вносит коррективы! Я, конечно, понимаю, что за таким занятием он нас вряд ли заметит, но…
– Но рисковать нельзя, – закончила я, печально вздохнув. Котлетка мысленно проплыла у меня перед глазами и помахала бочком.
Второго принца Каспиана посадили на должность ректора с нескрываемым намерением женить, из-за чего мы ему на глаза старались не попадаться. Хоть в академию другой страны у короля-отца мы и отпросились только под предлогом, что вот она, выгодная для нас принцесс партия сидит в начальственном кресле, но это была всего лишь отмазка.
Обязанности высокопоставленных персон сидели у нас в печёнках, поэтому мы собирались замуж за кого-нибудь попроще. А лучше вообще не замуж, а открыть тут собственное дело или заняться наукой или ещё чем.
Принц Каспиан, конечно, в плане женитьбы был с нами то ли солидарен, то ли близко, потому что только в академии пошёл третий год, как он держал оборону от молоденьких поклонниц. Да и вряд ли бы зацепился за нас взглядом, заметь случайно в толпе. Пусть мы и были очаровашками с ярко-рыжими кудряшками. Но ведь если он нас не видел вообще, так намного надёжней, да?
3
– И чем мы будем обедать? – спросила я слегка тоскливо.
Конечно, мы могли отправиться и в какое-нибудь близлежащее заведение. Но я-то уже явно проголодалась, а до туда пока дойдёшь, пока сготовят…
– Это горе не беда – я уже всё решила! – гордо заверила Джинни.
Не успела я расспросить её в подробностях, как проскочив через пару локальных портальчиков мы уже вышли у нашей комнаты.
– Та-дам! – торжественно заявила сестричка, распахивая передо мной дверь.
– Пи-пип! – приветствовал нас её фамильяр – небольшая зелёная луковица с огромными глазищами и маленькими острыми зубками.
– Привет, Лука, – поздоровалась с ним Джинни, пройдя внутрь, а я проследовала за ней и…
– О-о-о! – заметила я, наконец, на столе маленький пир, прикрытый специальными куполами-артефактами.
Чего там только не было! Свежайший белый хлеб, местные соленья-варенья и несметное количество домашних копчёностей. Колбаски, ветчинки…
– Откуда нам такое счастье привалило? – восторженно заметила я, присаживаясь за стол, которому полагалось быть рабочим.
– Сестрица Фреса отправила папе какую-то посылку гонцом на ковре самолёте, – пояснила Джинни, усаживаясь рядом и сооружая себе бутерброд. – А папа доплатил, чтобы на обратной дороге гонец по порталам доскакал до нас. Остальное я в городе купила – у нас последний семинар отменили, и я сбегала.
– Нам, наверное, морозильный артефакт надо купить, – предположила я, с удовольствием откусывая ветчину с хлебом. – Еды здесь на месяц, а крышечек на пару дней хватает только.
– Уже! – самодовольно заявила сестра, кивнув небольшую тумбочку на колёсиках в уголке. – Я за ним и бегала. И все банки в нём везла.
– А по лестницам как поднимала?
– Да, ребят попросила. Мир не без добрых парней! – важно изрекла она, а я только хмыкнула.
Поди как обычно построила им глазки, а те уже поплыли. Мужской частью академии моя сестрица вертела только так, но я ей не мешала. Да и сама пыталась строить отношения – надо же было понять, хочу ли я вообще выходить замуж.
Словно подслушав мои мысли, в дверь постучали. Прервавшись, я оттряхнула руки и поспешила открыть.
– Ждёшь кого-то? – удивилась Джинни.
– Возможно, – уклончиво ответила я, надеясь, что не просто же так стучат.
С сестры сталось бы не открывать, если не приглашала гостей.
Пришли действительно по мою душу. Милый однокурсник Колин, волнуясь, мялся в дверях.
– Привет, Цеса! – поздоровался он и замолчал.
– Привет, Колин, – ответила я, и тоже не стала торопить.
Впрочем, зря. Ещё минуту мы простояли друг напротив друга, и всё равно пришлось уточнять:
– Ты что-то хотел?
– Я заметил, что ты не пришла на обед! – наконец, сообщил он. Почти торжественно.
– Со мной всё в порядке, спасибо за внимательность, – вздохнула я, не зная, как себя вести. То ли закрыть перед ним дверь, то ли всё же вытянуть, ради чего он пришёл.
К счастью, он видимо моё настроение уловил и, пересилив себя, всё же выдал:
– Ты ведь не уезжаешь никуда на каникулах? Я бы хотел тебя пригласить… Вечером, на Самайн, в ю… южную башню!
– Хорошо, – поспешно согласилась я, и парень аж глаза распахнул. – Во сколько?
– В одиннадцать, после отбоя, – отрапортовал он, не веря своему счастью.
– Я приду. Если вдруг что-то отменится, постараюсь предупредить, – пообещала я и поспешно сообщила: – А сейчас, извини, но у меня срочное дело.
– Да-да, конечно! Спасибо! – искренне поблагодарил Колин, и тут же смылся вдаль по коридору.
Сестра сдерживалась ровно до тех пор, пока я не закрыла дверь, а потом Джинни прорвало:
– Это что за невиданная щедрость? Зачем он тебе?
– Хороший милый мальчик, который точно не позволит себе ничего лишнего, если я не захочу, – пояснила я свой выбор.
– Да он себе лишнего не позволит даже если ты захочешь, – категорично припечатала сестра. – Зачем только в южную башню позвал? Туда же все ходят чтобы пере… спать, – в последний момент поделикатничала Джинни.
– Там, говорят, красиво и романтично, – пожала я плечами. – Возможно, мы даже пару раз поцелуемся. Почему нет?
