Да и в целом нормальный он.
Мирный.
А свиньи… ну, у него свиньи, а у нас Скотина. Так что обычное соседское равновесие.
— Его матушка когда-то сбежала из-под венца и сочеталась браком с простым гвардейцем.
— А бывают такие? — я опять удивилась. И матушка прыснула.
— Хорошо, с не самым простым, родовитым, но, как понимаешь, рода тэр Туар и ат Уа Бруин — весьма различаются по положению.
Бруин? Даже так? Ветвь не просто старая. Младшая коронная. Бруины роднились с королевским родом не раз и не два. И поговаривали, что во времена иные они и на престол с интересом поглядывали. Но только поглядывали и, поглядев, решили не рисковать. А потому по сей день сохранили и власть, и могущество, и состояние.
— Несомненно, подобный поступок вызвал гнев главы рода. Он потребовал голову наглеца, но король поступил иначе. Он сделал Туара герцогом, пусть и жалованным, не по праву крови. Но и это вызвало серьёзное недовольство.
Я думаю.
— Выделил приданое. И в целом отец Доннала был в весьма неплохих отношениях с государем. Прежним государем. Они росли вместе, потом служили. Однажды он и жизнь государю спас, точнее, тогда ещё наследнику. Собственно, формально титулом пожаловали именно за это.
Я вообще как-то не слышала, чтобы такие титулы жаловали. Ладно, баронские там, графские, но чтобы герцогский? Но, честно, вся эта геральдика меня изрядно утомляла. Надо будет у Кина порасспросить, авось, чего-нибудь этакого читал.
— Государь прилюдно назвал Туара младшим братом. А Бруинам порекомендовал отнестись к молодым с пониманием. Мол, любовь, чувства и прочее.
— И как?
— Сложно сказать. Доннал как-то обмолвился, что от него ждали большего и весьма разочаровались, когда он предпочёл оставить двор.
— А он был при дворе?
— Начинал службу там, и ему прочили неплохую карьеру.
— Но что-то пошло не так? — иногда и я могу проявлять догадливость.
— Та война искалечила многих. И ему досталось.
Надо же, какие подробности. И знает их матушка вовсе не от соседей. Стало быть, общаются они с соседом весьма давно. И это радует.
— Отец и Доннал были знакомы, там ещё, при дворе. И когда произошло несчастье, то Доннал единственный, кто предложил помощь. Он и сам только-только оправился от ранения. Я делала кое-какие настойки… его мучили сильные головные боли, но, Киц, не говори. Мужчины не любят, когда кто-то помнит их слабыми.
— Не скажу.
— Доннал сперва снял это поместье. Хозяева бросили после того, что случилось. Испугались, что всё может повториться. И первые месяцы, пока шло строительство, мы жили там.
А я и не задумывалась.
И вправду. Тут ведь ничего не осталось. Да и фон такой, что беременным женщинам он явно не полезен. Выходит, сосед помог.
— Потом уже Доннал приобрел и поместье, и земли. Службу он оставил после ранения. Бруины надеялись, что он найдёт место при дворе, но ему там было сложно. Да и не безопасно.
— Почему?
— Из-за ранения. Когда у человека постоянно болит голова и эта боль возникает от громких звуков, запахов или духоты, этот человек становится раздражителен. Пошёл слух, что он не совсем нормален. Следом появились те, кто захотел проверить. Дуэли начались…
А судя по тому, что жив наш сосед, то завершались они в его пользу.
— В конце концов, ему просто запретили участвовать. И быть там стало сложно. А здесь — тишина, покой и свежий воздух.
Полагаю, что не только воздух, но промолчу.
Одно дело так, обсудить, и совсем другое лезть ко взрослым людям со своими умствованиями.
— Благодаря Донналу у отца и получилось то, что получилось. При дворе были люди, которые сказали своё слово.
Матушка вздохнула:
— Но свиньи — это одно. А ведьма…
— Это остальное. Мам, ну я ж не замуж тебя выдаю! Так, спокойный провинциальный роман для души. Чтоб розы вот…
— В вёдрах?
— Хоть в бочках. Прогулки под луной. И вообще, кстати, а кто он по рангу?
— Гранд-мастер.
— Вот… помощь гранд-мастера химерологии в наших обстоятельствах точно не будет лишней.
Потому как неспокойно мне. Категорически неспокойно.
Глава 11
Глава 11 О старых обидах и хорошей памяти
От майора Гомо дрожал весь преступный мир, включая мафиозников.
О том, как правильно сочетать профессию и имя.
— То есть, — дэр Туар развернул веер из тонких костяных пластин. — Вы предлагаете…
— Не заострять внимание на некоторых нюансах, — произнесла матушка с мягкой улыбкой. — В конце концов, вы ведь не обязаны…
— Вмешиваться в чужие дела сердечные, — герцог бывал весьма понятлив, когда ему это хотелось. — Несомненно. Да и, помнится, нет у нас законов, запрещающих молодым людям примерять женское платье. Тем паче, что ваш сын, помнится, эльф, а у них хватает странностей, не говоря уже об обычаях. Национальный колорит там…
Ну да, кстати, если что, будем ссылаться на простые эльфийские странности с национальным колоритом вкупе.
— То есть вы не против? — уточнила я, потому что с их светской беседой нельзя быть до конца уверенным, как тебя поняли.
— Отнюдь, — улыбка дэра Туара была безмятежна, как болота в полдень. — Помнится, в свое время гвардейцы изрядно отточили на мне свое чувство юмора.
А память у соседа долгая.
На наше счастье.
— А поскольку мне запрещено было участвовать в дуэлях, то отдельные личности позволили себе даже больше, чем следовало бы. Безнаказанность, увы, порождает ощущение вседозволенности.
— Вы поэтому не вернулись в столицу?
— Отчасти. Впрочем, ничуть о том не жалею.
И я ему поверила.
— Однако в свою очередь, милая тэра Каэр, у меня будет к вам встречная просьба, — он поднялся и с поклоном подал матушке руку. — Не затруднит ли вам взглянуть на один куст. Увы, болеет. И мои садовники не в состоянии понять, чем ему помочь. А сорт редкий. И раз уж вы здесь, то с моей стороны было бы грешно не воспользоваться этакой оказией.
— С огромной радостью, — матушка поднялась, одарив герцога лукавым взглядом. — Вы пока, полагаю, обсудите некоторые нюансы…
— Прикладной химерологии, — сказала я.
— Именно, — герцог ухватился за идею. — Мне как раз нужна небольшая помощь в лаборатории. Разрабатываю одно средство на основе темной силы, а накопители разрядились
— Полагаю, Кицхен с удовольствием поможет.
Куда я денусь.
В лабораторию меня не провели, но накопители герцог принес, целых три и вполне приличные. Ну, сил мне не жалко.
— Когда отбываете? — поинтересовался герцог, откладывая веер
— Пока не знаю, — я покрутила камень. Гладкий, плотный и огранка правильная. Натуральный или искусственный? Если и второе, то поделка высшего качества. Сила ложилась ровно, следовательно, внутренняя структура была, может, и не идеальна, но всяко близка к таковой. — Приказ, собственно, мы ещё не получили. Но думаю, что не задержимся. В связи с этим я хочу попросить вас ещё кое о чём.
Он вытянулся. И помрачнел.
Развернул костяное крыло веера и тотчас захлопнул, резко, даже нервно. С чего вдруг? Хотя, может, слишком много просьб за один раз? Дэр Туар поднялся и совершил немыслимое — повернулся ко мне спиной.
— Если вы хотите поговорить о том внимании, которое я уделяю вашей матушке, то уверяю, что помыслы мои чисты.
— Не сомневаюсь.
И вправду не сомневаюсь, поскольку будь на его месте кто-то другой, эта история не затянулась бы на годы.
Да и вообще хотя бы началась. А то только поглядывают да вежливыми письмами обмениваются. Хоть ты матушке пиши, чтоб явилась и зафеячила тут великую любовь. Я бы и написала. Была такая мыслишка. Но, во-первых, это не совсем честно по отношению к ним. Во-вторых, краёв матушка не видит. И в результате может получиться так, что эпидемия любви захлестнёт всю округу.
Дэр Туар вздёрнул подбородок, крутанул тонкий ус и продолжил:
